Ты ненадолго уснешь... - Головань Марина Владиславовна "Voloma" - Страница 97

От последнего заявления, Сэм не удержался и прыснул.

  - Да, Тео у нас в этом мастер и поверь мне это круче всех твоих комиксов. Я права?

   - Как никогда! - довольно отозвался Тео.

Хоуп снова перехватила взгляд Сэмма, который то и дело соскальзывал в сторону.

   - Что-то не так?

   - Нет, - полностью расслабившись, мальчик совершенно не обращая внимание на то, что с ним делают, хотя любой другой ребенок на его месте давно бы испугался. - Это удивительно, Хоуп! Ты теперь совсем не боишься.

   - Да, ты прав! Это мое царство, место, где я могу творить, применять все свои знания. Здесь я как дома.

   - А знаешь почему?

Он теперь совсем не смотрел на своего любимого доктора, с любопытством продолжая рассматривать кого-то за дверью.

  -  Почему же?

На лицо мальчика опустилась прозрачная маска.

   - Твой страх похож на серый, злой туман, который закрывает тебя почти всю. А она его забирает всякий раз, как ты сюда заходишь. Он извивается, как дикая дворовая кошка, которая всех подряд царапает, сердится, что не может до тебя добраться, а она будто и не замечает. Просто держит... Ты ведь никогда не задумывалась, почему в больнице ты чувствуешь себя как дома?

  -  Просто я люблю свою работу.

   - И потому что она всегда здесь рядом...

Неприятный жуткий холодок пополз вверх по телу Хоуп, начиная с пальца на правой ноге, который по традиции был «на воздухе». У Сэма, на лицо были все признаки галлюцинаций.

  - Кто, Сэм?

Мальчик уже закрыл глаза, но все же успел выдохнуть:

  - Виола.

                                                                                    ***

Обратно до аэропорта Бенедикт добрался чудом. Его так и распирало позвонить сестре, чтобы сообщить хорошие новости, но на дороге творился бедлам, а видимость из-за дождя была, практически, нулевая. Вода лилась с неба сплошной стеной на иссушенную землю. Разыгралась не просто гроза, а самый настоящий шторм. От стоянки, где пришлось оставить машину, Бенедикт бросился в здание аэропорта и за пару минут промок до нитки. Перегруженный людьми зал ожидания не внушал оптимизма, а глянув на табло расписания рейсов, Нэд негромко выругался. Все полеты были отменены. Сотовая связь тоже отрубилась, работали только стационарные автоматы, к которым образовалась огромная очередь.

Беспокойство грызло изнутри, а вынужденное бездействие выматывало и злило больше всего. Бенедикт то и дело, метался в мыслях от переживания за отца, к тому, как обстоят дела у Сэма.

Были потеряны почти два дня, и только чудом удалось устроиться в захудалой гостинице на окраине города, где Бенедикт ждал только одного, когда восстановится связь. Телефон подал признаки жизни только к вечеру второго дня и едва не завис от шквала сообщений о пропущенных звонках. Все они были от сестры и матери, только одно от Микки Дьюри. Голосовая почта тоже была переполнена.

В ругающей хронологии коротких посланий Бенедикт явно слышал, как сдают нервы у Шерил, пока не прослушал сообщение где, говорилось, что отца официально арестовали.

Фокус с больным сердцем удался и оформив подписку о невыезде, а также уплатив немаленький залог, Илай Купер остался в более менее больничных условиях коротать дни, уже ничуть не симулируя предынфарктное состояние.

Быстро набрав номер Бенедикт заметался по своему номеру, который можно было пересечь за каких-то три шага от стены до стены.

   - Нэд?! - хлюпнул в телефоне голос.

  -  Шерри, сестренка, прости, что тебе пришлось одной пройти через весь этот кошмар, но у меня хорошие новости!

  - Бенедикт, куда ты запропастился? Что стряслось? Ты сам в порядке? Предварительное слушание назначено на послезавтра. Лайнелл пытается выстроить линию защиты и буквально рвет и мечет, потому что у него связаны руки твоим договором.

  -  Все верно. Как можно скорее передай ему поручение сделать запрос на выписку из картотеки частного диализного центра в Балтиморе — «АйДиЭн Сентр» и коллекторскую форму Уолланда. С полномочиями помощника адвоката Лайнеллу это не составит особого труда, а если он наткнется на отказ, скажи, что следующие кто им позвонит будут ребята из ФБР.

   - Ты что-то нашел? - со слабой надеждой в интонации спросила Шерил.

   - Мы отобьемся от обвинений еще на предварительном слушании. Я не знаю, по какой схеме действовали эти мошенники, но соучастие в незаконной продаже почки Маккарденом на нашего отца не повесят. Удивительно, что подчистив, за собой, практически, все хвосты, эти мрази не особо отнеслись к человеческой дотошности и забывчивости.

  -  О чем ты говоришь, Бенедикт? Ты нашел его сестру?

  - Ванесса Киниэлс мертва. Якобы передозировка, но ее соседка зачем-то хранила стопку писем, в которых было требование Джеймсу вернуть сумму долга за прохождение лечения в диализном центре.

  - Конечно! После того, как он начал жить с одной, это необходимая процедура, - Шерил чуть ли не выкрикнула эту фразу, почти разочаровавшись в словах брата.

   - Дослушай, пожалуйста! Тут дело в датах. Маккарден проходил лечение за три с половиной года до того, как якобы отправился в Европу для продажи почки.

   - Не поняла...

  - На тот момент у него уже была всего одна почка и получается, что незаконное изъяли и продали почку другого человека, а Маккарден был прикрытием и случись проверка, он вышел бы сухим из воды. Данные Диализного центра им. Вашингтона были сфальсифицированы, что дает мне полное право утверждать о том, что в схеме задействован, кто-то из своих, потому что такой объем информации непросто официально внедрить в систему.

  - Невероятно! Нэд, - голос Шерил опустился до шепота. Чувствовалось облегчение от упавшего в плеч груза ответственности. - У нас получилось... У тебя получилось.

  - Нет, сестренка, все-таки, у нас. Я сейчас еду в аэропорт. Буря стихает, возможно, полеты уже разрешили. Продержишься еще немного без меня?

   - А есть выбор? - легкий сарказм указывал, что сестра и правда окончательно пришла в себя.

   - Расскажи все матери и ни в коем случае не говори отцу, что я буду представлять его интересы в суде, иначе он успеет поменять адвоката.

  - Он может закатить скандал прямо во время слушания.

  - Нет. Этот фокус у него не пройдет, адвоката можно будет сменить только после окончания заседания, а оно будет единственным. Все мне пора бежать! Целую!

   - Целую, братец!

Услышать родной голос было таким облегчением, что Бенедикт даже почувствовал, как ноги его подводят. Его распирало от воодушевления и осознания того, что в ближайшем будущем все наладится лучшим образом, а потому хотелось услышать еще одну хорошую новость.

Кнопки телефона глухо промычали в тональном режиме, и пять вязких долгих гудков прозвучали, прежде чем включился автоответчик. Разумеется, доктор Хоуп Ванмеер не могла подойти к телефону. На чудо, Бенедикт, особо и не рассчитывал, а потому, не снижая уровень оптимизма в организме, следующим набрал номер Микки.

  -  Да, слушаю, - торопливо произнес неуверенный голос.

   -Микки, это Купер. Я не могу дозвониться до Хоуп. Что с Сэмом и Луизой?

   - Ах, да! Я звонил, но Ваш телефон был недоступен.

   - Ближе к делу!

  -  Операция прошла в плановом режиме. Времени ушло, даже, чуть меньше, чем рассчитывала доктор Ванмеер. Состояние стабильное. Сэм дышит самостоятельно, активность мозга высокая. Опухоль получилось удалить полностью. Я сам такое впервые видел, но если дело и дальше пойдет такими темпами.. Хотя, нет! Говорить ничего не буду, сами понимаете, профессиональная этика. С Луизой дела обстоят крайне тревожно, но тоже стабильно и на этом я умолкаю. Никто не дает определенного прогноза в отношении девочки.

   - Суеверия, суеверия, дорогой мистер Дьюри! - сказал Нэд, стараясь проглотить ком в горле. - Все понял. К сожалению, я сейчас не в городе и по приезду у меня есть кое-какие неотложные дела. Но ты мне звони, если будут изменение в состоянии детей, а то из доктора Ванмеер информатор хуже некуда. Договорились?