Пояс для Эмилии (СИ) - Янюшкина Вероника Александровна - Страница 7

Но…

Сумятицу внесла встреча с Анной во дворе дома Милы. Не могла она «случайно проходить мимо», только не глубокой ночью, когда обычные люди спят беспробудным сном. Нет.

Остановила, попросила пойти неизвестно к кому, пообещала неприятности, дала камень. Может, она приняла лекарства или выпила крепкого алкоголя? Ну, кому понадобится охотиться на второкурсницу журфака? Влияния и опыта нет, знаний мало, в банке не открыт вклад на миллионы, не арендована ячейка, где хранятся драгоценности. Разве что кто-то желает навредить отцу, но тогда лучше бить по его любимице-Светлане, а не по вечно проблемной младшей. И с талантами Анна тоже что-то напутала. В общем, нет веских оснований, чтобы брать всерьёз слова ночной гостьи.

На странице получилась схема. Факты справа, выводы слева, внизу итог. Взлохматив белокурые пряди, Мила оглядела зал. Со столиков около окна официант убирал грязную посуду, другой нёс кому-то кофе и пряники. Тройка школьников шумно обсуждала шансы футбольной сборной на участие в чемпионате Европы, а за барной стойкой лениво поедал тирамису и слушал музыку в наушниках Павел, однокурсник Милы. Странно, что он не дома с учебниками и конспектами. Похоже, у зануды-зубрилы, как его прозвали Катя и Оля, есть другие интересы. Оно и правильно.

Девушка вытащила жемчужину. Серая, словно капелька тумана, без шероховатостей, наплывов перламутра и прочих дефектов, привычных для магазинных дешёвок. Наловчились некоторые продавцы выдавать пластмассу за натуральный морской жемчуг, но это другое.

Крупная… надо же, пылинка прилипла. Большим пальцем Эмилия смахнула мусор и… схватилась за горло. Подарок Глеба Антоновича ледяной змеёй обвил шею, а агат, казалось, прожёг кожу.

— Ох!

Пусть-ка ожерелье полежит в сумке. Возможно, шнурок маловат или камень плохо огранён, царапает шею.

К рассвету на столике Милы стояли пустые три кружки из-под горячего шоколада и две тарелки с крошками и сиропом от тарталеток. Официант вежливо спросил, не желает ли посетительница заказать ещё чего-нибудь, не стоит ли вызвать такси в аэропорт или на железнодорожный вокзал. Небось, заметил под скамейкой вещи и решил, что девушка коротает время до отправления.

Пойти, что ли, погулять. Сегодня суббота, Маша не проснётся раньше полудня, а сердить подругу Орловой не хотелось.

Над городом занималось утро. В синем, словно разбавленные чернила, небе гомонили ласточки, по тротуарам и газонам вышагивали голуби. Уборщики сметали листву, и, будто смеясь над людьми, ветер срывал с каштанов новые кудри и рассыпал за спинами коммунальщиков. Люди на остановках зевали. Ещё бы, половина седьмого. Вот-вот проснётся отец, увидит пустую комнату младшей дочери и рассвирепеет. Представив, как он рассердится, Мила усмехнулась. Сам виноват.

Следом «Чайную ложку» покинули два человека. Делая вид, что любуются погожим днём, они степенно шагали за девушкой. Не сейчас, не время. Мышка ходит вокруг клетки.

***

— Отлично.

Закатив пылесос в подсобку, Мила расправила ковёр. Прежний Глеб Антонович приказал выбросить. После ограбления Маслаковы решили обновить интерьер и заказали паласы и мебель, наняли рабочих для окраски стен и потолка, оплатили новую охранную систему. Отныне за прохожими наблюдали видеокамеры, по сигналу тревожной кнопки в магазин готовился выехать полицейский наряд. Прежняя оказалась несостоятельна.

Мила и Инесса, за дополнительную плату, довершали преображение «Венского Вальса». Осталось повесить занавески, вкрутить лампочки в светильники, протереть стеллажи и можно открываться. Да половина полок пуста, но Глеб Антонович уже договорился о покупке новых коллекций. День-два, и магазин снова откроет двери посетителям. Скорее бы!

— Закончила с ковром? — Инесса промывала тряпку в тазике тёплой воды.

— Ага.

— Тогда шторы прицепи. Я высоты боюсь, ещё с лестницы упаду.

— Куда их положили?

— Под прилавком посмотри.

— Нашла. Спасибо.

Тончайший тюль оттенка слоновой кости сгодился бы невесте на фату или подъюбник. Без рисунка, оборок и вышивки, он искрился серебром, словно припудренный драгоценной пылью. Да-а, у того, кто выбирал занавески, превосходный вкус. И толстый кошелёк.

— В конце месяца я уволюсь, — сменщица тёрла стеклянные дверцы, — Глеба Антоновича уже предупредила.

— Почему?

— Не хочу видеть полицаев. Представляешь, они всю мою семью на уши подняли! Даже двоюродного брата в Украине отыскали. Дескать, не встречались ли мы в последнее время, не говорила ли я о планах на будущее! Совсем крыша съехала.

— Они делают свою работу.

— Так бы рьяно бандюганов ловили или олигархов за пятую точку щипали. Нет, простому населению жить не дают.

Мила рассмеялась. Как сказал старший Маслаков, следователь объявил загадочных оккультистку, брата и сестру в розыск. Миновало три дня, но поиски не увенчались успехом. О ночной встрече Мила никому не рассказала. Не поймут хозяева магазина, да и следователь вопросами завалит.

— Сама закончишь? Мне уже пора идти, — Инесса стягивала резиновые перчатки, — весь маникюр насмарку, — пробурчала продавщица.

— Без проблем.

— Тогда до свидания.

Электрики оставили стремянку около окон, и Орловой не понадобилось тащить её по ковру. Сняв кроссовки, она намотала тюль на руку и вскарабкалась на ступеньки. Поступок Инессы не удивил коллегу. Если не допрос в участке, так что-нибудь другое подтолкнуло к увольнению. Всегда без настроения, Дроздова будто маялась за прилавком и считала минуты до обеда. Снисходительно смотрела на клиентов, читала названия минералов по бумажкам, по настроению уходила из магазина. Глеб Антонович не увольнял нерадивую сотрудницу лишь потому, что та была лучшей подругой его племянницы Ангелины.

— Забираться на лестницу — не женская работа, — послышался из-за спины голос Жени, и девушка уронила занавеску. — Только сама не падай!

— Не упаду.

Аккуратно, как фарфоровую куколку, юноша взял помощницу за талию и поставил на ковёр. Может, чаще забираться на высоту? Нет, не глупый, поймёт. Чувствуя, как к лицу приливает кровь, продавщица завязывала шнурки на обуви.

Крючок за крючком юноша цеплял к кольцам и сдвигал на край. Девушка невольно залюбовалась слаженными движениями. Аккуратности младшего Маслакова бы позавидовал любой наладчик музыкальных инструментов. Клавиши и струны так бережно не перебирают!

— Спасибо.

— Не за что, — четверокурсник убрал лестницу в подсобку, — ты уже обедала?

— Н-нет.

— Сходим в «Папарацци»? У них вкусная пицца, и готовят быстро.

— Конечно!

Что ж так кричать. Это дружеское приглашение.

Хоть Мила убеждала себя в обратном, но довольная улыбка не сходила с лица. Как-никак, это отличный шанс ближе узнать парня мечты.

Официант принял заказ на два латте и пиццу с ветчиной и салями. Евгений не стал просить счёт, сразу вложил несколько купюр в меню. Судя по сумме, на чаевые не поскупился.

— Мы что-то отмечаем?

— Звонил следователь. Полиция нашла коллекции в трёх ювелирных интернет-магазинах. После экспертизы всё изымут и вернут нам.

— Как хорошо! — девушка сжала ладони.

— По такому случаю отец выдаст вам с Инессой премии. Он-то как рад.

— А грабители? И прослушка?

— Тут сложнее, — Маслаков сдвинул солонку и перечницу на край столика, — полиция уже прыгнула выше головы.

Да уж. Мила не верила, что снова увидит бесценные труды мастеров прошлых лет. Осядут в заграничных коллекциях, и поминай, как звали.

Официант принёс обед. Девушка с наслаждением откусила острое, хрустящее тесто. Очень вкусно. После бегства из дома Орлова экономила на всём. Маша разрешила пожить у неё, пока подруга не найдёт новое пристанище. Мила не хотела быть обузой и покупала продукты за свой счёт, заранее отдала деньги на оплату коммунальных услуг. Премия будет весьма кстати.

— Переживаешь из-за вчерашнего?

Второкурсница подавилась ветчиной.