Призрак, который меня любил (СИ) - Марли Валерия - Страница 34

Сивилла указала на что-то пальцем и посмотрев туда, Живица увидела дракона, стоящего около камня. Сивилла подняла руки, сложив их определенным образом и произнесла древнее языке. Поверхность камня тут же, став угольно-черной, пошла рябью и по ущелью разнесся гул.

Камень ожил и Фалька ощутил дыханье смерти на своем лице. Сейчас он был так одинок, что хотелось крикнуть позвать кого-нибудь, просто услышать чей-то голос… Внутренности сдавило холодом и душа замерла, задыхаясь. Все его молодое тело зашлось в крике, не желая умирать. Тело хотело жить, радоваться, любить, быть рядом с… Фалька сделал шаг вперед и провалился в камень, словно в черную бездну. По поверхности камня, как по черной воде, пошли круги, все забурлило, но через миг успокоилось и камень опять стал камнем.

Живица почувствовала все, что ощутил дракон в последние секунды и когда его поглотил камень, вскрикнула, не сумев удержаться и заплакала. Сивилла стояла рядом. По ее лицу текли слезы.

Глава 48. Пробуждение

Но она не могла позволить себе расслабиться. Теперь, когда дракон погиб, а принц был вне опасности, предстояло спасти Вещую, а это было намного труднее.

— Дочка, помоги! Без тебя я не справляюсь! — женщина обратилась к рыдающей девушке и та безропотно, словно лишенная воли марионетка, последовала за матерью. Существо лежало там, где его и оставили. На его груди блестел маленьким солнцем бриллиант.

— Дочка, возьми его. Это последний дар дракона, и он принадлежит Вещей. Ты должна его ей отдать.

— Хорошо, — Живица взяла его и слезы все еще текли по ее лицу.

Вместе женщины взяли существо под руки и повели к камню.

Сивилла велела дочери держать существо лицом к камню, а сама начала читать заклинание. Камень снова став угольно черным, подернулся мелкой рябью. Сивилла ждала, но ничего не происходило. Тогда она снова прочитала заклинание, только громче, потом снова. И когда она уже почти кричала из груди Лизы появились две черные ноги, которые начало затягивать в камень. Поднялся сильный ветер, камень загудел и из груди Лизы показалось черное визжащее существо. Оно билось, ревело и пыталось сопротивляться камню, но тот был сильнее и все втягивал и втягивал сущность в себя. Вот уже существо показалось все. Черное блестящее маслянистое, оно неистово визжало из последних сил цепляясь за Лизу.

Живице приходилось напрягать все силы, чтобы не выпустит Лизу и не позволить ей вместе с существом погрузиться в камень. Когда тварь погрузилась в камень почти наполовину, на помощь Живице пришла Сивилла и удерживать стало легче. Необходимость читать заклинание теперь отпала. Теперь камень тянул тварь сам.

Существо из последних сил держалось за обмякшую девушку только пальцами и вот-вот должно было сгинуть в тьме навсегда, как из камня неожиданно появилась пара черных рук и вцепилась Лизе в горло. Девушка захрипела, забилась и из камня раздался злобный хохот. Тварь вместе с демоном, посланным Валдой, оказались сильнее двух женщин и Живица поняла, что вот-вот и Лизу вырвав из их рук, утащат в камень. Руки были так напряжены, что казалось вот-вот порвутся жилы. Силы были на исходе и Живица поняла, что Вещую им не удержать. Пальцы ее рук начали разжиматься и тогда Сивилла, посмотрев на дочь, крикнула: «Родная, я буду всегда с тобой, прости меня, но иначе нельзя» и отпустив Лизу, вцепилась в демона. Тут же давление исчезло, и Живица вместе с Лизой упала назад. Тварь, демон и Сивила исчезли в угольной глади и камень опять стал обычным.

Живица на мгновение онемела, а затем с криком кинулась к камню.

— Мама, нет! Не-е-ет! Ма-ма-а-а-а!

Но сколько она не била по нему руками, сколько не кричала, сколько не царапала, камень остался обычным камнем. Тогда девушка упала возле него на землю и залилась слезами.

Когда плакать было уже нечем, она встала и подошла к лежащей на земле Лизе. Та изменилась и теперь снова выглядела как молодая женщина. Лиза спала и грудь ее мерно вздымалась в такт дыханию.

— Ты-ы-ы-! — Живица сжала кулаки и кровь хлынула по рукам, когда изломанные ногти впились в ладони, — это все из-за тебя!

Она достала маленький бриллиант и швырнула Лизе на грудь.

— Ты убила их, держи свою награду!

Затем подняв руки, произнесла какое-то заклинание и замерла.

Горе изменило Живицу. Глаза ввалились, вокруг них появились черные круги. Кожа побледнела, покрылась морщинами и стала старой. Руки, все в засохшей крови, выглядели ужасно.

Наконец она махнула руками, но не на Лизу, а чуть в сторону и зеленый луч, блеснувший в е руках, оплавил камень рядом с горловой Лизы. Живица развернулась и сгорбившись исчезла в темноте. Лиза осталась одна.

Рассвет застал Лизу сидящей на земле. Девушка удивленно оглядывала все вокруг и не могла понять почему она голая, что с ней и где она. Последнее, что она помнила, это как лежа дома в своей постели, дочитав любимый отрывок в книге, легла спать. На утро было назначено важное совещание и ей нужно было хорошенько выспаться, чтобы выглядеть на все сто. Но тому, как она могла оказаться в горах, да к тому же еще голой, не могла придумать никакого объяснения. Девушка встала и тут же что-то тихонько звякнув, упало на землю. Она нагнулась и подняла маленький блестящий камешек. Посмотрела через него на солнце. Какой красивый. Неужели бриллиант?! Откуда?

Лиза пошла по ущелью, надеясь, что найдет выход и в конце концов выйдет на людей. «Неплохо бы еще было найти чем бы прикрыться», — подумала Лиза и скрылась в поднимавшемся от земли тумане.

Эпилог

— Хэй, хэй, хэй, собирайтесь, люди, скорей! Все что я вам сейчас расскажу, я не совру, я все докажу!

Возле одноглазого седого музыканта собралось несколько человек, кинув в его ветхую шапку несколько медяков.

— Жил был красный дракон! — начал петь музыкант, — глупый, полюбил он девушку! И была та девушка не простая, а могучая волшебница! Но погиб дракон, не смогла она его спасти, так как в это время спала непробудным сном! Осталась девушке только застывшая слеза, что красивей самого дорогого бриллианта! Горевала она сильно и не смогла жить без дракона! Любил! Отправилась к нему на небо, чтобы обрести счастье с любимым и осталась от них только эта драгоценность! Погубил влюбленных белый злой король. Выпустил демона на волю! Чтобы стать королем, убил белый своего брата — наследного принца и его молодую жену!

— Да ну тебя! За такие песни можно и в тюрьму угодить!

Люди, что постарше, стали расходиться от греха подальше и не зря. Не успел старик еще допеть, как раздался звук фанфар и на площадь вылетел королевский коттедж. В открытой карете, с развивающимися белыми волосам, восседал король. Рядом сидела красивая молодая женщина, одетая во все красное. Карета остановилась прямо возле уличного барда. Девушка наклонилась, чтобы кинут барду монетку и на груди ее искоркой блеснул маленький бриллиант.

— Премного благодарен, — певец склонился до земли.

— Как тебя зовут? — красивые карие глаза заглянули певцу прямо в душу.

— Файрук, красавица!

— Нужно отвечать: Файрук, миледи! — вскочил в гневе король, но калеки уже и след простыл. Исчез в одной из вонючих подворотен.

— Вперед, — раздраженно крикнул король и карета покатила во дворец.

— Не беспокойтесь, дитя мое, — сказал король. Во дворце вас ждет сюрприз! Вам понравится, вот увидите!

— Да, сир, спасибо! — сказала девушка, рассеянно улыбаясь, но мыслями была далеко, рядом с уличным певцом, который напомнил ей кого-то или что-то, что она была не в силах вспомнить, но пыталась изо всех сил!

— Это конец?!

— Нет, что ты! — слова, звучащие в пустоте, отдавались металлическим эхом.

— Тогда что?

— Для тебя это только начало.

— А как же ты?

— Мой путь здесь окончен. Мне пора дальше.

— Куда!?

— Ты все равно не поймешь, — чувствовалось, что говорящая улыбнулась.

— Но мы же умерли, разве нет?