Академия Выживания. Студент по обмену (СИ) - Иванова Яна - Страница 52

— Сельмунд сам виноват, — начал Илларион, сидя напротив в мягком кресле. — Отец много раз давал ему шанс, это был последний.

— Но что мне теперь делать? — спросила я.

— Меня больше всего волнуют слова магистра Рагнара. Старик никогда не разбрасывается словами. Если он сказал тебе про опасность, то здесь всё действительно серьезно.

— Если что-то и намечается, то это определенно в праздник Богов, то есть завтра, — сообщила свои догадки Арнора.

— Кто-то очень не хочет, чтобы ты попала на бал, — размышлял Илларион.

— И этот кто-то наверняка ваш Сельмунд! — закончила эльфийка. Не хватало ей в зубах трубки и в конце слов «Элементарно, Ватсон!».

— Нет, — отвергнул предположение сестры эльф. — Сельмунд не докатился бы до такого. Возможно здесь замешана та студентка, что крутит роман с профессором.

И тут я вспомнила, как в самом начале Лара рассказывала мне, что бывает с теми, кто засматривается на Сельмунда.

«— У нас запрещено крутить романы со студентами, но магистру все-равно, потому что до близости у него никогда не доходило, а значит и не было ничего.

— А почему не доходило? Боится, что его самого попросят отсюда?

— Нет, не доходило потому, что девушки просто-напросто погибали. Находили их мёртвыми то в туалетной комнате, то в своей собственной постели.»

Неужели я на очереди?

— Виолетта-а! — позвала меня эльфийка и я очнулась.

— Я кажется знаю, кому я мешаю, — решила озвучить своё предположение я. — Это Акасия, сирена и любовница Сельмунда. Мы с ней давно повздорили, а сейчас она лишилась парня, и возможно любовника из-за меня.

— Как и я предполагал. Что ж, я объясню всё отцу, думаю, для тебя он сделает исключение, и ты пойдешь на бал без этой дурацкой грамоты.

— Но разве это небезопасно? — спросила я. — Сирена однозначно будет на балу.

— Там она ничего не сможет тебе сделать, — успокоил меня Илларион. — В Академию прибудет сама богиня Тера. В нашем мире «бог» это всего лишь статус, но дается он всё-таки не просто так. У Теры очень сильная магия, которая своей силой блокирует чужую. Максимум, что сможет сделать твоя сирена на балу, так это ударить тебя рукой, что не смертельно.

— Ну, это смотря с какой силой и куда ударить, — поспорила я.

— Её целью как раз было то, чтобы ты на этот бал не попала, а осталась в общежитии, где она с легкостью сможет воспользоваться магией и уничтожить тебя.

— Магия у богов хоть и сильная, но лишь на небольшом расстоянии, — подсказала Арнора.

— А не лучше ли мне завтра просто остаться здесь? — предложила я. Что-то перехотелось на этот бал идти, да и вообще в академию возвращаться.

— Нет. Если не завтра, то после завтра она воплотит в жизнь свой план.

— Тогда как мне быть?

— Я буду сопровождать тебя на этом балу, там ты покажешь мне, как выглядит твоя сирена, а дальше я сам с ней разберусь.

Эльф был серьезен как никогда, но впервые эта серьезность очень мне нравилась.

Илларион так никуда меня и не отпустил. Отправил Арнору гулять по магазинам самостоятельно, а сам велел мне пойти спать в комнату, в которой я когда-то облысела. Спорить я не стала, но попросила лишь дать чего-нибудь перекусить, а то в животе уже дня два ничего не было. Позаботилась о моем ужине уже знакомая мне служанка Николь, которая порадовала меня перед сном вкусной похлебкой, горячим сладким напитком и кусочком ягодного пирога. В общем, уснула я сытая и отчего-то счастливая.

Наутро меня уже ждало белое платье рыбка на тонких лямках, усыпанное множеством мелких драгоценных камней. Всё-таки вкус у эльфийки безупречный. Уже не терпелось надеть его и покрасоваться перед Илларионом…и Анаксагором. Черт, Виолетта, о чем ты думаешь?

Вернулись мы в академию где-то после полудня. Коридоры были забиты студентами, преподавателями и новыми существами. Илларион довел меня до комнаты в общежитии, в которой уже не было той ужасной прожженной дыры, а вместо нее красовалась белоснежная дверь. Эльф остался ждать снаружи, так как боялся, что в любой момент может нагрянуть сирена.

Русалки были в комнате, вовсю собираясь. Ида причесывала свои зеленые волосы, Айланта пыталась самостоятельно затянуть корсет, а Лара наколдовывала на своем платье волшебные голубые огоньки. Я тоже не стала отставать от девочек и принялась собираться. Волосы я решила оставить распущенными, попросив Иду магией уложить их крупными локонами, а Лара одолжила длинные сережки в форме ромба. Надев платье, купленное Арнорой, я почувствовала праздничное настроение. Оно было будто по мне сшито — идеально подчеркивало фигуру и скрывало недостатки. Платье не было пышное, как у русалок, и несмотря на множество драгоценных камней, смотрелось скромно. Однако, я знала, что выгляжу безупречно.

В нашем университете часто устраивали танцы, но почему-то только здесь я впервые почувствовала, что иду действительно на настоящий бал.

— Ой, я совсем забыла про обувь! — вспомнила я.

Лара засуетилась в поисках подходящих мне каблуков, но внезапно раздался стук в дверь. Русалки замерли, и я тоже.

— Кто там? — с испугом спросила я. Я была уверена, что это пришла сирена.

— Это я, — в ответ послышался глухой голос Иллариона.

Я с облегчением выдохнула.

Открыв дверь, за ней стоял эльф, а в руках его белоснежная коробка.

— Арнора уже преподнесла тебе подарок, — начал эльф, жадно осматривая меня с головы до пят, — теперь моя очередь, — и протянул коробку мне.

Я улыбнулась, произнеся невнятное «спасибо», закрыла дверь, оставляя за ней немного смущенного эльфа, и помчалась к кровати, чтобы скорее открыть коробку. В ней лежали обтянутые кружевом белоснежные туфли на тонком каблуке — такие нежные и легкие. А главное, идеально подходящие к платью.

Я непроизвольно обернулась и посмотрела на плотно закрытую дверь, за которой стоят эльф. Прижав его подарок к груди, счастливо улыбнулась.

— Вот это да-а-а, — протянула красноволосая русалка, пристально наблюдая за мной.

Я тут же перестала улыбаться и сделала вид, будто бы не заметила её комментария. Но к Айланте подключилась Лара:

— Я предполагала, что так и будет, но не думала, что ты сможешь влюбиться в это чудовище! — русалка сказала это с какой-то неприязнью. Да, она недолюбивала Иллариона.

— Я ни в кого не влюбилась! — как можно уверенней ответила я.

О какой любви идет речь? Я просто рада, что теперь наши отношения с Илларионом стали немного лучше, чем прежде. Вот и всё.

— Определенно влюбилась! — сделала вывод Айланта, улыбаясь во все свои белоснежные зубы.

— А я слышала, что нашу Ви видели рядом с Анаксагором, — решила поучаствовать Ида в разговоре.

— Так-так…

— Анаксагор? — приподняла бровь Лара. — Я смотрю тебя прям магнитом тянет к плохим парням.

— Они не плохие, — решила почему-то встать на их защиту я. — Просто…

— Просто ты по уши влюбилась, — не унималась Айла. — Ух, попахивает любовным треугольничком! Вот веселуха!

— Послушай, — Лара сделала шаг ко мне и максимально серьезно произнесла: — Не связывайся с ними. Ни со одним ни с другим. Эти парни совсем не для таких девушек как ты. Ты — землянка! Они просто уничтожат тебя, если ты вдруг решишь связать с кем-нибудь из них свою судьбу.

— Я и не собиралась. С чего вы вообще взяли, что мне кто-то из них нравится? — возмутилась я.

— Мы видели сейчас твой взгляд, — подметила Айла, которая тоже в миг стала серьезной.

— Что это? — указала рукой Ида на белые туфли, которые я до сих пор прижимала к своей груди. — Его подарок, да?

— Ви, прислушайся и оборви уже то, чего пока еще нет, — сказала Лара и вернулась снова собираться. Девочки тоже молча последовали её примеру.

Разговор надолго врезался мне в голову. Я вдруг поняла, что мне совсем небезразличен Илларион и я рада, что именно с ним я иду на бал, хоть и пригласил первый на него меня Анаксагор.

В просторном светлом зале, который освещало множество волшебных огней, наколдованных преподавателями, по кругу стояли все студенты, что были допущены на бал. Нерадивые ученики, которые и пальцем не ударили, чтобы подготовить академию к приезду богини Теры сидят в общежитии и путь на праздник им закрыт. Скажу, что таких студентов оказалось немного, поэтому бальный зал бал был практически забит волшебными существами этого мира. В академию прибыла не только сама богиня, но и целая её семья, состоящая из братьев, сестер, племянников и племянниц, родных по крови и духу, а также все жители её дворца. В общем, народу было много.