Пустышка (СИ) - Кенборн Кора - Страница 25

— Я не ожидала таких эмоций. Не была готова с этим справиться.

Признание Шайло останавливает меня, и я прижимаюсь к стене. Схватившись за дверную раму, наклоняюсь ближе, раздраженный тем, что она обсуждает произошедшее между нами с Уиллом.

— Никто не говорил, что все будет легко, — успокаивает Уилл сочувствующим голосом. — Но с каждым разом будет проще.

— Уилл, я чувствовала себя виноватой. Я никогда в жизни не испытывала этого чувства.

— Ну, это одна из сторон. За что ты чувствуешь вину?

Шайло просто вздыхает.

— Мне лучше вернуться. Он разозлится за длительное отсутствие. Спасибо за беседу и за доброту.

Черт!

У меня есть секунды, чтобы спрятаться, иначе я попался. Пячусь в темноту пустой уборной и прижимаюсь к внутренней стене.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь.

Считаю цокот ее каблуков и жду, когда шаги затихнут и, наконец, исчезнут, после чего возвращаюсь в коридор к офису Уилла.

— Как трогательно.

Уилл поднимает голову и пристально меня изучает. Из-за его восторженной реакции на мою персону у меня возникает отчетливое ощущение, что он совсем не удивлен моим присутствием здесь.

— Добавить подслушивание в список преступлений, Кэри?

Ладно. Лучшая защита — это нападение. Впечатляет.

Обхватываю пальцами спинку стула и сверкаю ухмылкой.

— О чем болтали?

— Ты знаешь, я не могу обсуждать с тобой условников. Или детали их дел.

Хихикнув про себя, фиксирую локти и усиливаю хватку на стуле. Движение переносит мои бедра к спинке, отчего бутылек с таблетками упирается в мою ногу. Стоп, причина моего пребывания здесь вдруг не такая уж и банальная.

Часть меня, которая ждала доказательств, теперь уверена, что передача таблеток Уиллу нарушит испытательный срок Шайло. Всего одно действие заставить ее собрать манатки и свалить нахрен из моего центра и из моей жизни навсегда.

— Зачем ты на самом деле пришел сюда, Кэри? — Уилл снова поднимает глаза, что-то строча на кипе бумаг.

Однако другая часть меня помнит ее обреченный взгляд в уборной. Я опускаю руку к карману, но затем поднимаю ее к затылку.

— Прогуливался неподалеку.

— Полная хрень, ты ненавидишь возвращаться сюда с тех пор, как закончился твой срок условно-досрочного освобождения. — Бросив ручку на стол, он встает и засовывает бумаги в кожаный портфель. — Я думаю, тебе пора перестать беспокоиться о том, что происходит между мной и Шайло, и разобраться, что происходит между вами двумя. Ты говоришь, что ненавидишь ее, но я никогда не тратил столько энергии на того, кого недолюбливаю.

— Ты офицер по условке или психиатр?

— Без разницы, приятель. Я опаздываю на встречу.

Посмеиваясь, он проходит мимо меня и ждет, когда я последую за ним, прежде чем закрыть и запереть дверь.

Уилл уходит, а я торчу в коридоре, как ебаный идиот. Последнее, в чем хочется признаваться, так это в его правоте, хотя он привел веские аргументы. Как бы я не утверждал, что ненавижу Шайло — она первое, о чем я думаю, когда просыпаюсь и последнее, о чем я думаю, прежде чем заснуть, а также сводит меня с ума в течение дня.

Она в моих жилах. Снова отравила мою кровь.

Отойдя на достаточное расстояние, Уилл резко останавливается и бросает на меня взгляд через плечо.

— Эй, Кинкейд?

— Что?

Ухмыляясь, он указывает на затемненную комнату позади меня.

— В следующий раз прячься дольше.

ГЛАВА 15

Шайло

Вздохнув, провожу рукой по периметру окна на заднем сиденье лимузина, опасаясь поездки почти так же, как и пункта назначения. Надеюсь, Кэри куда-нибудь ушел. После произошедшего в среду хотелось бы избежать конфронтации.

Лгать не буду — то не было моментом для гордости. В мои планы не входило пожирание даже одной таблетки Бьянки, не говоря уже о горсти. Я сильнее этого. Я побывала в тюрьме, черт возьми, почему же повела себя словно слабачка?

Всё просто. Я не думала, что меня припрут к стенке.

Слышать душераздирающую историю Келли хреново, но когда я вошла и увидела родителей Кэри, меня загнали в тупик. И без того тонкая нить моих эмоций порвалась при виде его матери. Я сорвалась, а он отправился за мной, сделав то, чего я меньше всего от него ожидала.

Если бы я не знала наверняка, то подумала бы, что Кэри хотел сломить меня. Мальчик, которого я покинула, уже не тот, к которому я вернулась. Но независимо от того, кем он стал, я хотела его. Боже, до сих пор хочу, но поддаться похоти все равно, что наказывать себя снова и снова. Как бы сильно я ни жаждала его, он последнее, что мне позволено иметь.

С тех пор, как Кэри перевернул мой мир вверх дном в той уборной, прошло пять дней и единственное, что мне остается — проигрывать этот момент в голове. К сожалению, он ведет себя так, как будто ничего не произошло. Как будто он не был в нескольких секундах от того, чтобы поиметь меня на той грязной раковине.

А знаете, что самое отвратительное? Я бы позволила ему это сделать.

Не смотря на всю брехню о женской силе и самостоятельности, я бы закрыла глаза и позволила бы ему обращаться с моим телом, как с сосудом. Потому что, откровенно говоря, это все, чем я могу теперь для него быть. Я это знаю, и он тоже.

— В центр Кинкейда, мисс Уэст? — Малкольм смотрит в зеркало заднего вида, отражающее мой ничего не выражающий взгляд через открытую перегородку. Водитель ведет себе абсолютно корректно, а от его сильного британского акцента и безупречных манер Бьянка писается в штаны.

— Увы, — вздыхаю я, опустив голову на спинку сиденья.

Он кивает, видимо, понимая, что лучше воздержаться от уточнений.

Умный мужчина. Бьянка платит ему приличные деньги явно не за красивое лицо.

Лавируя по дороге, я закрываю глаза и притворяюсь, что нахожусь в другом месте. Ненавижу автомобили. Мало того, что закрытое пространство взрывает мой мозг, так еще мне не с кем поговорить, что позволяет мыслям свободно прокручивать мой обширный каталог плохих жизненных решений. О некоторых я сожалею, но кое-какими слишком наслаждалась, чтобы мечтать исправить. Увы, иногда время может стать злейшим врагом. Оно заставляет подвергать сомнению вещи, о которых ранее вы не задумывались.

Например, мысли о Кэри Кинкейде.

И его рте.

К ним, признаю, можно пристраститься.

Я заостряю внимание на окне, когда заднее сиденье начинает сужается, окружая меня со всех сторон. Я закашливаюсь и глубоко вдыхаю, надеясь, что это остановит стеснение. Ничего не получается. Воздух сгущается, заполняя легкие и забивая горло давно потушенным дымом. Запахом горящей резины. Металлический привкус крови не проходит, сколько бы раз я не вытирала рот.

Слепо хлопаю по кнопке на окне, надеясь, что, черт возьми, смогу его опустить, прежде чем перепрыгну через сиденье и остановлю машину. Наконец мне удается нажать на нее пальцем, давая стеклу высвободить меня из тюрьмы и просунуть голову из машины. Я хватаю ртом воздух, который нещадно развевает волосы по лицу, но всасывание удушающей влажности лучше, чем вдыхание кислорода из смертельной ловушки.

Изучаю окрестности. Никаких туристических пляжных лавок, но мы как-никак путешествуем по району, в котором бы я запиралась на десять замков. Еще рано, поэтому неумолимое летнее солнце еще не привлекло поклонников пляжа. Тем не менее, переулки не пустынны и кое-какие указатели кажутся знакомыми.

— Малкольм, как далеко отсюда до центра?

Ни один серебряный волос не сдвигается с места, как он вздергивает подбородок и чешет голову.

— О, где-то полтора километра. Не волнуйтесь, скоро прибудем.

Я перекидываю ремень от сумочки через плечо и обхватываю дверную ручку пальцами. Бьянка обосрется со страху, когда узнает, что я сделала, но сначала нужно разобраться со своими проблемами.

— Остановись и выпусти меня.

— Прошу прощения, что?