Обращенная (СИ) - Ораит Елена - Страница 6

Нет.

Невозможно.

— Неправда! Не может быть! Ты врёшь!

— Может, я и вру, но узнать это мы сможем не раньше завтрашнего утра. Полное обращение завершится как раз ко времени предрассветной охоты. А пока — отдыхай и набирайся сил.

И вышел.

Оставшаяся одна в комнате Хелли, наконец, смогла принять сидячее положение и, поджав колени к груди, тихо заплакала.

Убийца.

Вот, кем она стала…

Часть 3

Хелли проснулась от боли. Мышцы ломило, а сухость во рту сводила с ума. Опустив глаза, девушка заметила стакан стоящий на полу у кровати. Он выделялся на фоне грязи и пыли ярким пятном, словно пришёл сюда из другого мира. Протягивая руку, она и не подозревала, что сможет выпить всю жидкость в один глоток.

Это не помогло.

Смоченному горлу стало чуть полегче, но безумная жажда не прошла. Словно что-то колючее свернулось в клубок внутри неё, на долгие года, а теперь — проснулось и заскреблось, прося чего-то неясного.

За спиной открылась дверь. Раздались тяжёлые шаги, в которых она, к своему удивлению, различила скрип песка на полу и доселе неведомый ей звук: растягивание кожи, скрашенное тихим шуршанием от касания штанины и ботинка. Это было невероятно: девушка словно превратилась в одно огромное ухо и могла лишь жадно ловить нужные шорохи среди всей симфонии дома. Совсем рядом кто-то кругами бродил по комнате, чуть дальше — скреблась в дыре в стене мышь, а за границей дома — только построившая гнездо птица звала кого-то неведомого.

— Уже встала? — сказал вошедший, возвращая её в состояние "здесь и сейчас", — Ты неплохо справляешься.

— Я… — только и смогла выдохнуть Хелли, — Я слышу столько всего. Так много звуков.

— Ты раньше плохо слышала?

Девушка промолчала. Её слух нельзя было назвать музыкальным, да и тихие разговоры никогда не касались ушей, словно специально придуманных для громких криков и резкой музыки. Однако это не доставляло ей хлопот в реальной жизни, в таких замкнутых пространствах как машина или комната, она без проблем ориентировалась и неплохо улавливала происходящее.

А теперь… что это? Неужели, разница настолько велика?

— Нет, я слышала нормально, — осторожно ответила она, понимая, что вампир ждёт ответа, — У меня никогда не было проблем со слухом.

— Хм… Возможно, это — последствие слишком быстрого обращения. У всех это происходит по-своему, нельзя сразу предсказать ни последствия, ни появление каких-либо способностей.

— У меня могут открыться способности? — спросила Хелли и вдруг, не понимая, что говорит, добавила, — Теперь я могу уйти?

— А у тебя есть — куда? — выгнул бровь парень, — Не думаешь, что твои соседи станут очень интересоваться изменениями, произошедшими за столь короткое время?

— Изменениями? — она бросила взгляд на свои руки, которые выглядели абсолютно обычно, — Но, я же в норме.

— В вампирской — да. В человеческой… сомневаюсь.

— А что со мной не так?

Хелли почувствовала, как всё ещё стоящий сзади мужчина мягко берёт её за плечи. Она рванулась в сторону, но силы были не равны.

— Ну-ну, не кипятись, дорогуша, — и почти ласково увлёк её в угол небольшой комнаты, — Я всего лишь хочу объяснить одну вещь, — то, что она считала шкафом, после рывка покрывала, оказалось зеркалом, — В человеческий мир ты больше не вернёшься.

Хелли с трудом удержала себя в руках: смотрящая на неё из зеркала девушка была совсем не похожа на ту, что собиралась в клуб не так давно. Красные опухшие глаза казались последствиями либо тяжёлой аллергии, либо — долгой ночи рыданий в подушку. Сухие безжизненные губы поражали своей бледностью, а кожа — белизной. Словно утратив за ночь весь загар, лицо стало болезненно-бледным. Хелли хотелось кричать и плакать одновременно. Но вместо этого девушка истерически засмеялась.

— Ну-ну… — снова повторил вампир, — Это временно, не стоит так реагировать. Это — всего лишь последствия резкой жажды. После охоты ты снова станешь самой собой.

— "После охоты"? Но я не хочу!

— Хочешь. Прислушайся к тому, что происходит внутри. Ты голодна. Скоро голод станет невыносимым, тогда тело потеряет контроль и ты, не понимая, что происходит, сама отправишься на поиски жертвы.

— Нет.

— Можешь сопротивляться сколько угодно. Всё равно то время, когда ты начнёшь убивать, уже скоро. Вампир должен питаться, хочет он того или нет. Впрочем… — мягко протянул парень, — Я мог бы оставить тебя в покое и дать насладиться тем, как собственный организм восстаёт, требуя свежей крови. Суток тебе хватит?

— Я не собираюсь убивать. Лучше умру сама!

— Как знаешь…

Хелли лежала на кровати и смотрела в потолок. Деревянный и грязный, он никак не менялся вот уже полдня. По свету из окна она определила, что пришёл полдень. Пришлось прикрыть лицо одеялом: от солнечных лучей глаза немилосердно щипало, а кожу жгло. На секунду это отвлекло девушку от желания выскочить на улицу и впиться в горло проходящей мимо женщине с сумками.

Она слышала, как жертва, остановившись напротив окна, копается в карманах. Как шуршит кожа, касаясь одежды. Потом звякнули ключи.

Жертва живёт рядом.

Можно будет добраться до неё без проблем.

Запах человеческой крови, просочившись даже сквозь закрытое окно, заставил Хелли сглатывать. К счастью, пытка продолжалась недолго: женщина вошла в дом, хлопнувшая за её спиной дверь словно обрубила поток запаха, на какую-то секунду дав возможность дышать. Удлинившиеся клыки кольнули нижнюю губу и девушка сглотнула капельку собственной крови.

Не то.

Кто-то прошёл мимо. Хелли прислушалась к собственным ощущениям: мужчина, около сорока, курит, иногда выпивает, двое детей, вторая группа крови, совсем недавно поранился. Не понимая, что происходит, она уже прилипла к окну, сквозь плохо заделанные щели которого и поступала к ней информация об окружающем мире. Божественный запах крови проплыл мимо, унося возможность впиться зубами и…

С трудом закрыв глаза и понимая, что через настолько грязное окно всё равно не сможет ничего рассмотреть, Хелли почти заставила тело вернуться обратно в кровать и уставилась в потолок.

Время текло медленно и мучительно, заставляя стискивать зубы и думать о том времени, когда подобные желание были чем-то далёким и несущественном. Голод был слабым, жажда — и вовсе почти не ощущалась. Почему же она не дорожила подобным богатством?..

Снова скрипнула дверь, тело подорвалось, готовое к атаке на жертву в любой момент. Но запах ворвался в создание, рождая разочарование: вампир. Хелли едва не заскулила от жалости к себе: горло стало сухим, немилосердно хотелось есть. Как она в подобном состоянии умудрилась заснуть хоть на секунду — вообще загадка.

— Готова?

— Я всё равно не буду убивать.

— Что ж… твоё право, — парень бросил ей в руки куртку и что-то, на ощупь напоминающее бельё, — Одевайся, нас ждёт охота.

— Что это?

— То, в чём сегодня ты выйдешь на улицу.

— А… Где…

— Просто одевайся.

Повернувшись к нему спиной Хелли медленно притянула к себе тонкую ткань и рассмотрела получше. Судя по всему, это было платье, но длинна… Пожалуй, оно бы лучше подошло для проститутки, а не для вампирши. К счастью, для невысокого роста оно было не таким откровенным и, посмотрев в зеркало, девушка поняла, что выглядит вполне прилично, тем более — куртка закрывала грудь.

Идя по лестнице, Хелли ловила звуки, казавшиеся ей чем-то странным: обострившийся слух не мог выделить что-то одно. За окном кипела жизнь. Одурманенная какофонией звуков и запахов, она не сразу даже смога переступить порог, выходя из тихого дома в вечерний город, сразу окутавший её тёплым воздухом. Мимо прошла пожилая пара, разговаривая о том, какой корм купить собаке. Они оглянулись, но заметили лишь бледную невысокую девушку в коротком платье и идущего рядом с ней парня в кожаной куртке.

— Меня зовут Эраст, можешь обращаться ко мне так, — представился парень, — Твоё имя мне неинтересно, так что можешь его не говорить. Потом выберешь то, которое нравится. А теперь к правилам охоты: двигайся осторожно, нельзя, чтобы остались свидетели. Нападай на одиноких жертв, если ты одна. Затуманивай жертве мозг перед тем, как укусить, иначе начнёт отбиваться или кричать. Поняла?