Становление Киоши (ЛП) - Йи Ф Ц - Страница 52

— Отличная работа, Сайфул. Я всегда рад быстрому клинку в своем отряде. Я это запомню.

Юноша скрывал трепет как можно лучше.

— Спасибо, сэр.

Цзянжу толкнул тело на спину. Мертвец был в обычной одежде бандита, то есть, на нем была вся одежда, которую он забрал с собой из последнего законного жилища. Этот был в штанах моряка, которых много раз латали с неплохим умением.

Но на его рубашке были странные детали. К воротнику был прикреплен цветок. Он был слишком испорчен, чтобы понять вид.

Цзянжу проверил другое тело. Там не было украшений, но он поискал на тропе вокруг мужчины и нашел то, что искал, на земле. Засохший цветок лунного персика.

«Символ», — подумал недовольно Цзянжу.

Он выпрямился и огляделся. Горы виднелись неподалеку. Говорили, там никто не жил. Говорили, их не перейти. Но эти люди не были одеты для похода.

С всплеском энергии он ударил ладонью по земле. Дрожь пробежала по земле, расходясь, как рябь в пруде.

— Сэр, вы… что-то ищете под землей? — спросил Сайфул.

— Возможно, — Цзянжу разглядывал траву. — Хотя сейчас я сохраняю их следы.

Он пошел по следу противников Сайфула, смотрел на силуэты их пяток и носков, следил, где они оставили грязь на траве. Он давно так выслеживал преступников, слушая землю и читая следы.

Следы вели к полянке с подозрительным серым камнем размером со стул. Цзянжу отодвинул его, махнув ладонью. Под ним был деревянный люк.

— Скрытый проход? — спросил Сайфул.

Цзянжу мрачно кивнул.

— Скрытый проход. В горы.

— Сэр… тут должен быть город? — сказал Сайфул.

— Нет, — процедил Цзянжу.

Хоть он не мог видеть под землей, знание о туннеле позволяло Цзянжу делать разные догадки магией земли и представлениями о камне, чтобы определить путь. Они отправились по туннелю по горе на гончих угрях, раздвигая камни на проходе, полагаясь на ловкость необычных зверей. После препятствий они увидели большой кратер на высоте, и в той чаше их ждала деревня, о которой они никогда не слышали.

Все поселение отсутствовало на карте, не отвечало закону. Гнев Цзянжу едва удавалось сдержать. Он никак не мог избавиться от паразитов, был как слуга, который никак не мог очистить серебро.

Городок казался заброшенным. Они ехали по пустым улицам, между длинных домов, которые насмехались украшениями над четырьмя народами — вещи были украдены из мест их происхождения. Знамя из лоскутов было собрано так, что иероглифы с разных тканей становились слогами Ху и Цзян.

Хуцзян. Таким было название этой навозной кучи.

— Там наш ширшу, сэр, — Сайфул указал на улицу, перекрытую темной вонючей кучей.

Зверь лежал так, словно отдыхал. Мухи летали у его морды, но в остальном он был целым. Любые охотники за диковинками скоро поймут, что в его мертвом теле остался яд.

Профессор Ша расстроился бы. Цзянжу нужно было придумать историю и добавить убедительное количество денег, чтобы гнев мужчины не вызвал подозрения.

Шорох донесся из дома справа. Внутри кто-то был. Цзянжу спешился и пошел к темному зданию.

— Сэр? — шепнул Сайфул. — Одному идти — плохая идея.

Цзянжу отмахнулся.

— Патрулируй улицу.

Он проник внутрь, скользнул у дверной рамы, а не встал на пороге, где его озарило бы солнце. Судя по длинным столам и табуреткам, здание было гостиницей или таверной. Он снова разозлился — эти преступники наслаждались миром в горах так, что строили места для собраний и продажи вина.

Цзянжу прошел вокруг стойки таверны. Он нашел человека, который шумел.

Мужчина сидел на горе подушек. Он был мускулистым, в шрамах бойца, хоть казалось, что прошлая стычка прошла плохо. Его нога была перемотана и с шиной до бедра.

Раненый смотрел на Цзянжу пусто и с опаской, ведь попался. Цзянжу заметил пустые бутылки, до которых он мог дотянуться, банки отчасти съеденной еды. Он все понял. Обитатели поселения эвакуировались пару дней назад, может, испугались ширшу. Засада у горы была жадными бандитами, которые задержались позади. Этот мужчина с переломом не смог пойти, и его товарищи оставили его тут восстанавливаться.

Цзянжу посмотрел на маленькую неуместную вазу. В ней был цветок персика.

— Я ищу девушку, — сказал он раненому другу. — Она тут была. Очень высокая девушка, выше меня и тебя. Милая, с веснушками, мало говорит. Видел ее?

Мужчина сдвинул брови. Он пытался скрыть правду или вспомнить.

— С ней была маг огня. Девушка с черными волосами и военным поведением…

Цзянжу уловил удар ладонью, который целился в его горло, и направил его в ближайшую полку, разбивая ее. Теперь у мужчины было сломано и запястье. Цзянжу смотрел, как он кипит от боли.

Раненый боец убрал пострадавшую ладонь под здоровую руку.

— Я — Гуань Четыре Тени, — прорычал он гордо. — И я ничего тебе не скажу. Я могу узнать человека закона.

Цзянжу ему верил. После названного имени разговора с такими типами не будет. Он попробует сыграть на эмоциях даофэя.

Он взял из вазы цветок лунного персика и закрутил стебелек между большим и указательным пальцами.

— Время изменилось, — сказал он. — Раньше я следил за этой маленькой группой у края пустыни от одной скважины с водой к другой. Они звали себя Бандой скорпиона. Их было больше дюжины.

Цзянжу уловил то, что искал. Мужчина с презрением фыркнул из-за количества людей в банде. У него группа была куда больше.

— Забавно, что, когда я догнал их, я узнал, почему они шли так медленно, — продолжил он. — Два их члена не могли идти, их ноги гнили. Другие сделали носилки и тащили их по пустыне все это время. Группа убежала бы от меня, если бы они бросили больных, но они решили остаться вместе. Выбрали братство.

Он смял цветок.

— Такими были Последователи кодекса. А я смотрю на тебя, брошенного братьями по клятве, и не вижу ту традицию. Не вижу честь.

Цзянжу позволил слюне попасть на его лицо.

— Братья Осеннего цветения готовы умереть друг за друга, — мужчина вытер губы. — Тебе не понять. Наше дело делает нас…

Он замолк, поняв, что Цзянжу манипулирует им. Гуань был умнее, чем выглядел. Он стиснул зубы и ударился затылком о стену.

Цзянжу скривился и закатал рукава. Легко разобраться не вышло.

* * *

Он вышел на солнце и вытер ладони о ближайшую попону, забытую на веревках, где она сушилась.

«Осеннее цветение, — размышлял он. — Кем же, во имя детей-бастардов Ома, были Осеннее цветение?».

Цзянжу старел. Он не слышал раньше о такой банде. Он, человек, который раньше своими руками мешал половине континента развалиться от бандитов, позволил новой банде заселить довольно большую деревню, которая была возле столицы. Осеннее цветение, кем бы они ни были, какими бы ни были ее цели, были организованы достаточно хорошо, чтобы эвакуироваться, когда они заподозрили вторжение.

Что важнее — только это и было важно — что в их хватке была Аватар. Девушка была тут, это точно. Может, хотела скрыться в отдаленных горах и попала в засаду, как он чуть не попал. Ее поймали и отвели в эту штаб-квартиру. Ширшу следовал за запахом живых, зверь не пошел бы сюда, если бы она была мертва.

Цзянжу проклинал духов и людей, судьбу, нити которой запутались. Аватара похитили даофэи.

Он откинул голову и поискал ответы в небе. Краем глаза он заметил летящую птицу, длинный хвост тянулся за ней, как знамя. Некоторые культуры читали будущее по крылатым существам. Цзянжу не знал, сработало бы это, если бы птицы нашли девочку с рождения и спасли их от беды. Он вздохнул.

Сайфул вышел из-за угла на улицу, направился к начальнику.

— Нашли что-нибудь внутри, сэр?

— Труп, — он посмотрел на юного мечника. Сайфул вместе с горсткой юношей ответил на зов Цзянжу, когда ему понадобились бойцы после стычки с Тагакой, где его ряды поредели. Может, они прибыли слишком быстро и удобно, если подумать.

— Сайфул, я не говорил тебе отправлять послание с одним из наших соколов, — сказал Цзянжу.

Юноша был удивлен.