Формула ботана: маг плюс лох (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 24

Палатка «Василисы» торчала в центре — а где же ещё? Хорошая такая палатка. Расписная и высокая, как терем красы-девицы. Вокруг «цвет рыцарства». Если здесь не половина лагеря, так четверть точно. Ещё четверть отдыхает от утренней смены. Третья — от ночной, а последняя — от вчерашней вечерней. Так и охраняют мадам друг от друга — больше не от кого. Посторонние тут не ходят. А фискалы уже доложили мадам о красноголовом Нартахе — этом антиквариате из былых времён. Слишком любопытны взгляды у благородных рыцарей — простому островитянину такие не по чину.

А вон тот оригинал в белом — у самого входа в палатку — явно имеет о себе такое мнение, что залюбуешься. Хотя на Стаса он смотрит нормально. С интересом и, пожалуй, со снисходительным дружелюбием. На первый взгляд. Наступит время для второго попристальней, тогда можно и определиться с его намерениями. А пока…

— Я уже отчаялся встретить хотя бы одного Нартаха, — признался оригинал, подойдя к спешившемуся Стасу. — Думал, вы навсегда покинули эти земли. Аркатан, — протянул он руку.

Дескать, признаю тебя равным. Пока что. Мол, этому отрепью вокруг сроду руки не подам, а тебе нате, пожалуйте, жмите. А Стас не гордый — он просто слегка обнаглел, обозлившись на приём, устроенный этим миром. И не собирается с ним миндальничать. А в остальном тоже нате, пожалуйте. Он крест-накрест сжал руку и локоть снизошедшего щёголя. Именно снизошедшего — второй взгляд уже состоялся: покровительственный. Отчасти оправданный: вшивый островитянин и недобитый Нартах — парень явно нуждается в шефстве более счастливого собрата-мага. Никем иным с таким именем он быть не может: Аркат Ан — Аркат Волшебник на каком-то там древнем языке. По идее, Стасу тоже нужно пришпилить к имени такое окончание — имеет право. Но он воздержится: если его начнут обзывать Стасаном, он устанет морды бить.

— Стас, — представился Нартах.

Волшебник приподнял бровь — где-то на пару миллиметров — но требовать объяснений не стал. Волшебники не люди — они выше этого. И любая их причуда имеет глубоко скрытый мистически-галактический смысл.

— Её Светлость ожидает, — отступил на шаг Аркатан и гостеприимно повёл рукой в сторону господского особняка.

— Подождёт, — холодно оповестил Стас, решив держать марку, раз уж ему на неё указали. — Господин Аркатан…

— Аркатан, — поправил тот.

— Аркатан, — кивнул Стас. — Нужно поговорить.

Интересно: сдрейфишь? Или не ты, а у тебя тут на побегушках?

— Тогда пойдём ко мне, — без тени смущения, зато уже с осмысленным интересом предложил маг. — А Светлость подождёт Фартаха с его гостем Нартахом. Невелика птица.

— Лучше куда-нибудь на открытое место, — многозначительно предложил Стас.

— Даже так? — хмыкнул Фартах. — Ну, что ж. Давай на открытое. Ты, кстати, голоден?

— Потерплю. Как насчёт услуги авансом?

— Твои спутники? Не беспокойся. Их примут мои люди. Я уже распорядился, — предупредил Фартах уже на ходу, потащив Стаса на вершину ближайшего плешивого холмика.

— Никто, кроме покойников? — усмехнулся Стас, показав кулак скользнувшей следом Витке.

Пигалица приобрела независимый вид девицы, спешащей по своим делам. Стас повторил жест увещевания, и мелкая прохиндейка собрала бровки домиком, силясь выдавить слезу. Стас злобно оскалился — она многообещающе сощурилась и убралась обратно к возку.

— А ты мне нравишься, красноголовый, — заявил Аркатан, дождавшись конца семейной мелкодрамы.

— А я с тобой ещё не определился, — отбрил Стас.

Фартах ожидаемо рассмеялся. Стас знал цену подобным признаниям в духе обезоруживающей нахальной честности. Тот, кто съел собаку на самом изощрённом вранье, весьма благосклонно принимает поданную под таким соусом правду.

— Тебя наняли, чтоб подрасчистить подножие трона, — принял предложенную манеру вести переговоры Фартах.

Он сел на соседний камушек, не страшась испачкать белые штаны. Без наигранной пристальности внимательно посмотрел на собеседника. Довольно, кстати, европейскими для японца глазами. Короткая чёрная бородка уложена волосок к волоску. А вот длинные чёрные кудри болтаются по плечам с артистическим небрежением. Красивый мужик. Очень красивый. Но, некрасивый: эгоист и сволочь, что скрывает, спустя рукава. Знакомая печаль. Мужик в полном расцвете собственной значимости. Тщательно шифроваться — дело для него лишь жизненно необходимое. А не первой важности в целях выживания, так сказать. Потому и делает он его аккуратно, а не отдаваясь целиком. Спасибо и на этом. Стас понял: Фартах знает, зачем он здесь, а не строит догадки. Почуял это всеми безотказными печёнками.

— Нет, — возразил он.

Фартах укоризненно покачал головой.

— Нет, — твёрдо повторил Стас. — Меня нельзя нанять. Я ненанимаемый. Все эти ваши национальные пляски с троном мне совершенно безразличны. Буду ещё честней: мне плевать на это. С какой стати я должен во имя вас портить свою жизнь?

— Несправедливо, — совершенно серьёзно поддержал его Фартах. — Поэтому глупо. Но, тебе всё равно не пройти мимо этого. Такая уж судьба у всех анов. Их обязательно втравят в политику людей, как не упирайся

— Знаю, — согласился Стас. — Мне намекнули, что если меня втравят, и я кого-нибудь убью, так не должен переживать. Кого бы я ни убил, всё во благо. Умные люди, — подчеркнул он, — и без меня разберутся, как приспособить к делу оставшихся в живых.

Аркатан хмыкнул. В его глазах что-то весело запрыгало.

— А я слишком ленив, чтоб стать умным, — продолжил Стас объяснять цель приезда, а заодно уж и собственную позицию. — Я самозабвенно ленив, когда меня толкают стать инициативным. Поэтому предпочитаю убить кого-нибудь совершенно случайно и не заметить причинённого ущерба. Оценивать ущерб должны те, кому это интересно. Причём, после того, как дикарь с Восточных островов — которому неинтересно — потащится дальше, гонимый судьбой.

Тут уж Фартах просто заржал, позабыв про тонкости этикета. Отсмеявшись, он признал:

— Ты острослов.

— Мне говорили, — вздохнул Стас. — Может, я всё-таки чуточку умный.

— Несомненно, умный. Только дурак, — радостно оповестил Аркатан. — Захотел с наскока разрешить проблему государственного масштаба и не замараться. Ещё и меня осмелился считать дураком, наглец. Припёрся неизвестно откуда, а ты ему ткни собственным пальцем в того, кого надо убить. Он убьёт и умоет руки. А после будет спокойно спать. Его руки чисты. Совесть тоже: во всём виноват ткнувший пальцем Фартах. Смотри-ка, с виду такой понятный всем тупой островитянин. А на деле тот ещё прохиндей. Кого ты решил надуть, сопляк?

— А вот это поклёп, — возразил Стас. — За твой счёт я проехаться хочу, и не скрываю этого. Выложил тебе первым делом, как честный человек. Но, я же не приставляю тебе нож к горлу. Я только жду, когда кто-нибудь сделает правильный выбор за весь этот бестолковый Глинал. А я зайду сзади. Ну, а потом смоюсь. Кто может запретить человеку попытку решить проблему на дармовщину?

— Нет, ты мне совершенно точно нравишься, — вновь отсмеявшись, порадовал признанием Аркатан. — Настолько, что я почти помогу тебе. Немного. И даже буду частично честным с тобой. Пока ты не станешь мне мешать.

Закатай губу — подумал Стас. Мешать ему! И не подумаю — хрена лысого ты раскрутишь дикаря на интриги. Тычок пальца в жертву и всё — на большее он не подпишется.

— Прямо сейчас могу честно признаться: я ОЧЕНЬ люблю золото, — продолжил деланно исповедоваться Фартах. — И сильно огорчаюсь, когда его становится меньше. А что обеспечивает его достаток?

— Нормальная торговля, — брякнул Стас.

— О! — уважительно округлил глаза Аркатан. — Образованный островитянин. И кто, интересно знать, вас там просвещает, на ваших островах? Какой идиот? Впрочем, на самом деле, мне это неинтересно. А вот торговля мне интересна. Очень интересна. Естественно, мне придётся принимать решение, которое ты пытаешься из меня вытрясти. Но, только в интересах интересной мне торговли. Видишь, я тоже могу обыгрывать свою честность в выгодном ключе, красноголовый. Даже пойду дальше. Признаюсь, что мне выгодно убрать лишних претендентов на трон чужими руками. Тебя это должно порадовать, чрезмерно услужливый Нартах. Однако не обещаю, что сохраню в тайне твою роль в этом деле. И обязательно возложу всю вину за возможную ошибку принятого мною решения на тебя. Если избранный мною ратаар не оправдает моих ожиданий, ответишь за это ты. Не передо мной, понятно — я же не идиот. Перед Глиналом.