Формула ботана: маг плюс лох (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 43

Наконец, Лёха связал в башке все «за» с «против» и поинтересовался:

— Ну, допустим, Аркатан тебя разводит. Допустим, он верит, что разведёт. Что с того? Как это объясняет его нынешний выверт? На кой ему сдался наш Ук? Шантажировать тебя? Зная, что ты ему шею свернёшь? Именно, зная — сам говорил, что не погнушался демонстрациями.

— Ты, Дреб, в Глинале человек пришлый. И, по местным меркам, тупой, как боец Манежа, — чутка поёрничал Стас. — А меня Ёр-Гах просветил по истории. К примеру, о череде подозрительно своевременных смертей среди родичей мужа Гли-Араны. Сразу после того, как её младшему сынку — тому самому упёртому Гли-Нарлиту — исполнилось два года. Кстати, Ёали, а почему эта стерва сразу не взялась за дело, как только обзавелась вторым наследником? Тут я что-то не соображу.

— Молод ещё, — сухо буркнул тот, покосившись на лысину Юша, торчащую из далата. — Детей не завёл. Не знаешь, что до двух лет они умирают чаще, чем после. Новорожденный ещё не наследник. Пережил первые два годы, тогда стал им. Закон такой.

— Понятно. Так вот. Когда Гли-Нарлит стал запасным наследником, в его семействе началось повально вымирание. Сначала его отец. Почти сразу бабушка — вдова прежнего ратаара — и её сестра. Очень властные и умные, как говорил Ёр-Гах, женщины. Умерла мать вдовы, из того же теста с перцем. И её сестрица.

— Все самые влиятельные женщины Глинала, — кивнул Ёали.

Стас поведал Лёхе про «Умника», «Нитака-нисяка», и «Дурачка» с их семейными окруженцами. Про увлекательную историю вымирания королевского рода на кратчайшем отрезке истории. Про нынешних претендентов, включая младенцев и младшего калеку «Умниковича», которого порвал ручной смалг.

— Чушь! — фыркнул Бритый. — Смалги жуткие хищники, это правда. Ловить их и приручать дохлое дело. Но, если смалг родился в твоём доме и вырос на твоих руках, он верен. Он верен, как никто.

— Это точно, — подтвердил Лёха. — Чушь это с ручным… Если только пёсика чем-то не накормили, отчего он взбесился.

— Кого? — не поняла развесившая уши Витка.

Затаившаяся малявка ловила каждое слово. И Стас готов был поклясться: всё прекрасно понимала.

— Да, смалга, — отмахнулся Лёха, припомнив о договоре не пользоваться родными словечками. — Я не знаток местных дел, верно. Но и в Луарале много болтали о Гли-Аране. Называли её умной бессовестной убийцей родичей.

— Умной? — хмыкнул Бритый. — А вот Фартах считал её полной дурой. Он был рядом с ней много лет. Кому же знать, как не ему?

— Он был рядом много лет, — повторил Стас. — И очень сетовал, что Светлость постоянно приходится тыкать носом в проблему.

— Ему тыкать? — уточнил Лёха. — Тыкать пальцем в очередного лишнего? Расчищать путь… А, кстати, для кого?

— Ёали, — решился, наконец-то, Стас приступить к допросу. — Милостивец попросил помочь закончить эту войну. Я согласился. Я отправился на запад и почти сразу наткнулся на Аркатана с этой стервой. Это один факт. В шатре перед тем безобразием, что спровоцировал Фартах, он попенял Гли-Аране, будто та не подписала какой-то договор с восточными купцами. Мол, те к ней присылали посольство, а она их выставила прочь. Это второй факт. Сам же Аркатан признался мне, что очень заинтересован в бесперебойной беспрепятственной торговле в Глинале. Скажи, Ёр-Гах имеет отношение к тому посольству?

— Возглавлял, — прочистив глотку, неохотно прохрипел Бритый.

Юш, почуяв неспокойствие в его душе, тревожно закопошился.

— Он знает Аркатана лично? Можешь не отвечать, — напомнил Стас, что не желает ссориться из-за того, что и самому уже почти известно.

— Хорошо знает, — проворчал Бритый. — У них общие дела.

— Фартах меня ждал?

— Ждал, — не стал прятать глаз Ёали.

— Это не имеет значения, — твёрдо заявил Стас. — Для нас с тобой не имеет. Когда мы с тобой отправлялись в путь, я был для тебя никем. Ты не обязан был посвящать меня в дела Милостивца. А я не имел права этого требовать.

— Кончай развозить сопли, — поморщился Лёха. — О любви и верности потом. Скоро притащится Фартах. А мы ещё ничего не решили. Ёали, ты знаешь, кого там твой хозяин с Фартахом наметили в ратаары?

— Кто я для них? — издевательски выгнул брови тот.

— А догадки? — наседал Лёха.

Ёали покачал головой и развёл руками. Естественно, он не мог знать. Ёр-Гах к парню благоволил, но и только. Хороший слуга — хорошая штука. А вот до полноценного союзника Ёали, как до Земли на метле.

— Да, это и неважно, — признал Стас. — Для нас неважно. Нам с ними кашу не варить.

— Важно, — хмуро оборвал его Бритый. — Мы должны спокойно уйти к Порогам. Без хвоста убийц. С одними справимся, за ними пришлют других. Мы не можем вечно драться по собственной глупости.

— Согласен, — бросил Лёха. — Тогда, что мы имеем? Аркатан руками Гли-Араны расчищал для кого-то место. Теперь этой стервы нет, и он примчался в Улучел. Ни за что не поверю, будто не к самому Гли-Тралу. Кстати, а кто там сейчас законный наследник? — обратился он почему-то не к Стасу, а к знатоку.

Ёали популярно объяснил, что по букве закона наследником является малолетний отпрыск почившего «Жирдяя», как последнего правившего королька. Но, по факту этому не бывать. Во-первых, у его мамаши не хватит силёнок, подсадить на трон того, кого весь ратааран Глинал упорно считает бастардом. Родни у неё, как грязи, верно, но всё равно не сдюжит. Во-вторых, даже если с происхождением принца всё путём, сопляк на троне не нужен никому.

Следующий на очереди наследник предпоследнего ратаара «Умника». Тот самый калека, порванный псом и успевший со временем страшно озлобиться. Во всяком случае, так считал Ёр-Гах, сильно сожалея, что парня окончательно испортили для важного дела. Нет, калеку на троне можно и потерпеть — плевать на насмешки соседей, когда мы глинальцы круче всех. Но, вот злобный мстительный король, опять же, никому не нужен. Таары, что: подрались, а потом помирились и зажили дружно до следующего путча. Традиции, етить твою! Их не устраивает, когда в перерывах между путчами кто-то рубит головы бывших путчистов направо и налево. Так никакого дворянства не напасёшься. Опять же, земли казнённых уплывут в чужие руки. А это кровная месть и прочая морока.

Третьим на очереди был Гли-Трал, как сын среднего брата «Нитака-нисяка». По букве закона третьим. А вот в реальности первым подходящим: и совершеннолетний, и почти законченный воин, и прочие прелести. Конкретный кандидат.

— Поэтому Аркатан сюда и припёрся, — восторжествовала истина в устах Лёхи.

— И Пран тоже, — напомнил Бритый. — Фартах говорил, будто они враги.

— Он замочил дружка Лахуатана, — напомнил и Лёха. — И его чуть не достал. Мы с тобой свидетели. Или ты думаешь, что это было представлением?

— Не похоже, — протянул Ёали, явно мысленно восстанавливая ход стычки. — Он его действительно чуть не достал. Слишком рискованно для лицедейства. Нет, они враги. Аркатан и Стаса подговаривал убить Прана.

— Значит, конкуренты, — обозначил ещё один подтверждённый факт Стас. — Обоим нужен реальный претендент. Это путь к власти. Если Аркатан так упорно воевал с двумя прежними ратаарами, значит, они его к себе не подпускали. Иначе он не связался бы с той, чьи дети дальше всех от трона.

— Зачем Гли-Тралу Фартах? — удивился Ёали. — Он был с его врагами. А теперь примчался. У Гли-Трала есть Пран. А, может, и не один.

— А ты не понял? — лишь чуть-чуть самодовольно переспросил Стас, гордый проделанной работой. — Фартах теперь его самый лучший друг. Самый верный и полезный соратник.

— Мы знаем, что ты великий умник, — насмешливо скривился Лёха. — Не тяни.

— Всё просто, — мигом поскромнел Стас. — Ради кого Аркатан так старался? Ради Гли-Араны? Странные старания. Он буквально втоптал в грязь её репутацию. Вон, даже в соседних ратааранах она слывёт убийцей родичей. Светлость и впрямь была круглой дурой, если её это не насторожило. А вот если Аркатан старался ради Гли-Трала, то всё вырисовывается — лучше некуда. Руками соперницы Гли-Трала убирают всех, кого надо. Соперницу мешают с грязью. Затем под руку попадает тупой островитянин, но сильный боевой Нартах. Его руками соперницу убирают вместе с её старшим наследником. А, скорей, и единственным, раз младшенький такой несговорчивый бунтарь. Кстати, Дреб, надо бы познакомиться с этим Гли-Нарлитом.