Формула ботана: маг плюс лох (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 72

— Праны злые! — попыталась атаковать её Нартахтушка, в голове которой явно сбоило.

— Об этом мы с тобой поговорим позже, — весьма себе строго осадила её Ида, слегка встряхнув. — Это наши с тобой тайны. И только наши! — грозно насупилась она. — Понимаешь?

— Ага, — будто зачарованная мотнула головёнкой Кнопка и крепче прижалась к новой наставнице, шепнув той на ухо: — Я никому-никому. Только Стасу…

— Никому, — шепнула ей в ответ Ида и подмигнула обалдевшим Нартахам: — Даже им. Великие тайны Нартахов должны хранить только мы с тобой. И будем хранить, как только ты вернёшь мне силу.

— Я чего-то недопонимаю? — заволновался Лёха. — Или ты тоже решила…

— Тоже, — оборвала его Ида, многозначительно покосившись на взъерошенную головку на своём плече.

— Но…

— Алексей, я выдержу, — безапелляционно заявила эта припадочная по-русски. — Э-э… тот, кто меня прислал, уверен, что кое-кого сможет удержать от глупостей только женщина, — адресовала она уже Стасу, по шпионски опуская имена. — Такая же, как она сама. Не стану набивать себе цену почётным званием заслуженного учителя РСФСР. Просто ставлю вас перед фактом: я достаточно самоуверенна, чтобы заняться воспитанием такой опасной личности.

— Послушайте, Ида Германовна… — ринулся, было, возражать, Стас.

— Нет, это вы послушайте! — неподражаемо хлёстко оборвала его старая опытная училка. — Все свои благие намерения самостоятельно воспитать этого ребёнка можете засунуть себе…

— Ида! — состроил укоризненную рожу Лёха.

— Хорошо, место можете выбрать сами, — невозмутимо дозволила она. — А во всём остальном не смейте даже пытаться мне перечить. Ла… Ну, вы поняли кто, тоже выкаблучивался на этой стезе, почитая себя непревзойдённым педагогом. А сам даже собственного ученика профукал. И мне теперь несколько лет придётся исправлять его косяки. Потому что, если я их не исправлю, то лет через десять это маленькое чудовище вырастет и втянет нас в кровопролитное побоище. Со всей прочей местной магической общественностью! Вы хотя бы с сотой степенью достоверности можете себе это представить?

— Вы правы, — признал Стас, почувствовав громадное облегчение.

Сбросить с себя проблему воспитания малолетки — когда и сам от неё недалеко ушёл — было страшно заманчиво. Вроде и Лёха сообразил, как им пофартило. Потому что вполне искренно отвесил училке поклон.

— Ты их отругала? — чуть ли не восхищенно поинтересовалась Витка, заглядывая в глаза коллеге.

— Отругала, — вздохнула та преувеличенно, на вкус Стаса, тяжело.

Но он поспешил состряпать покаянную мину.

Тут к ним подгрёб Су-Трен, раздосадованный непонятной задержкой. Передние возы уже крутили колёсами в сторону той дороги, что уходила в горы. Последние тоже стронулись с места, а эти долбанные Нартахи!.. Где-то на этой злой ноте его взгляд и остановился на обернувшейся к нему Иде. В первый раз он смог оценить лишь её фигуру — теперь увидал и освобождённое от тряпки лицо.

— Суюхи ни хрена не светит, — оценил Лёха. — Да, нет! Это я так, — поторопился он отмахнуться от вопросительного взгляда соотечественницы. — Су-Трен! Ты явился дать нам пинка?!

Комвзвода осторожно приблизился, старательно уводя взгляд от Иды в любую подходящую сторону. Его воинственный пыл оборвался на взлёте. А иных поводов к беседе в новом ключе просто не завалялось.

— Это… пора, — выдавил он, зацепившись глазами за Лёху. — А вы тут…

— А мы тут! — торжественно подтвердил тот. — Вот, почтенный, Су-Трен, хочу тебе представить нашу старшую сестру, — повёл он рукой в сторону ошеломляющей с первого взгляда красавицы. — Нартах Ида…

— Идаана! — строго поправила его Витка, грозя кулачком.

— А ты у нас Витатуана, — согласился Стас, принимая мелкую из рук Иды и усаживая перед собой в седло.

— А я Витка! — отрезала та, болтая ножками. — Мне так больше нравится. Стас, я хочу ехать с Идааной, — внезапно призналась она чуть виновато.

Новая магичка тоже кое-чего хотела: ехать верхом. Комвзвода, употевший знакомиться с великой волшебницей, с облегчением унёсся прочь седлать ей турша. Короче, провозившись ещё сколько-то времени, они, наконец-то, присоединились к обозу. Фурор, который произвела Ида, прошёл в дежурном режиме дорожной суеты. И несколько разочаровал Стаса — тот ожидал чего-то этакого. Смятения в душах, что ли? Однако быстро сообразил: кто маги такие, чтобы нормальные мужики показывали им свои чувства? Для них Ида «одна из тех, кто не мы». На таких женщин любуются, а не заглядываются — надо понимать разницу.

Вот так, размышляя о всякой дребедени, он и вступил, наконец-то, на тот путь, за который так боролся. А вот на что он напоролся, станет понятно лишь по прибытии. Всё его порывистое нервотрёпочное путешествие к этим горам промелькнуло чередой нелепых дёрганных случайностей. Его обманывали, врал и он. Его убивали, и за ним не заржавело. Первоначальная самооценка — после воскрешения в этом мире — практически попала в точку: он внезапно и необратимо изменился. Впрочем, возможно, просто достоверно узнал, кто он такой на самом деле. Вот такой вот обиженный судьбой. Без папы с мамой, без привычного комфорта и прежних представлений о жизни.

За себя вполне честно можно было порадоваться: он-то, оказывается, достаточно высоко ценил жизнь, чтобы побороться за неё. И, вроде, не струсил — а тут уже можно и погордиться. Ожесточился, да. Куда-то подевались старые оценки: что можно, а что нельзя. Зато обнаружилось, что он умеет ценить настоящую дружбу. Если верить, будто она и есть то самое. Доверяет ли он тому же Лёхе? Скорей да, чем нет. Они повязаны: и прежним общим миром, и нынешним своим — не таким уж завидным — положением. Хотя… Теперь Стас не вполне уверен даже в Витке — Лахуатан его здорово напряг. Там, где казалось, будто всё в норме, образовалась крутая проблема. И непонятно: сможет ли Ида чем-то помочь, или они всё-таки влипли?

Мыслей была целая куча, но ничего определённого. И спросить не у кого: отца и мамы больше нет. А остальным… Трижды подумаешь, прежде, чем поверить их доводам и обещаньям. Пока тащился сюда с востока, мерещилось, будто взрослеет не по дням, а поминутно. А добрался и остался при своём: толком и не повзрослел. Нет, природу не обманешь: как не мужай, сколько не обзаводись новыми крутыми повадками, на «поумнеть» это слабо сказывается. Оно заберёт столько времени, сколько и полагается. А выживать нужно уже сейчас.

Далеко на горизонте маячила сплошная стена горного Барьера. По извилистой, но вполне ещё нормальной дороге тащился их обоз. В авангарде — бок о бок с комвзвода — гарцевал Лёха, не доверявший это дело растяпе ботану. Примерно в середине обоза ехали Ида с Виткой — этих теперь не растащить. Стас охранял тылы… Верней, его охраняли Су-Ыхтай с парой Сушек, но подрёмывающий в седле красноголовый Нартах всегда получит вовремя плюху к действию. За спиной остался Глинал с его дурацкими традициями. Впереди… пока ещё целая груда страшилок. А как оно там окажется…

Эпилог

— Что скажете, мальчики? — не скрывая растерянности, протянула Ида.

Она никогда не рисовалась перед сопляками: не тыкала носом в свой жизненный опыте и не грузила наигранным поведением. Если чего-то не знала, то прямо так и заявляла. А если пугалась — как, к примеру, сейчас — то явственно держалась рядом, ища в них защитников. Оно и понятно: в этом мире Ида ничего толком не видела. Сидела себе в неприкасаемом замке Прана и сама числилась персоной неприкасаемой. Как вообще отважилась разделить мутную судьбу двух болванов-соплеменников? Отважная тётка — ничего не скажешь.

Круто отважная, если вспомнить все радости их путешествия в эти края. На пресловутые Пороги навязшей в ушах Бездны. Толком о ней никто ничего не рассказывал. Большинство дохли прежде, чем могли наврать о своих подвигах. А выжившие несли такое — слушать байки о местной аномальной зоне Стасу наскучило быстро. Сплошной бред. Смешные потуги безграмотной, но падкой на эффекты фантазии среднестатистического аборигена. И леса тут костяные, и реки огневые и чуда-юда поганые — весь суповой набор. А на деле леса нормальные хвойные, разве только трудно проходимые за отсутствием проходчиков. И реки вполне себе обычные, правда, горные: холоднючие и брыкучие. Что до чудищ…