Плохой парень, Купидон и я (ЛП) - Уильямс Хасти - Страница 23

Ой, да плевать. Я в любом случае умру.

– А ты никогда не думал, что я не из твоей Лиги, Андре? – подмигнула я.

Его рука с ножом задрожала, глаза налились яростью, а грудь начала вздыматься часто-часто. Клянусь, если бы взглядом можно было убить, я бы уже лежала на глубине семи футов.

– Т-ты… – с запинкой выдавил Андре.

И тут раздался чей-то смех.

Я рискнула взглянуть на того, кто почти спас меня от смерти, и мои глаза расширились от удивления.

Горячий, сексуальный задира в черной футболке и джинсах – это мог быть только один человек.

Рис Картер.

– Ха-ха-ха, боже, ха-ха-ха, – откровенно ржал Рис. – Ты правда думал, что у тебя есть шанс с моей девушкой? – Он наигранно утер слезы с глаз – выглядело это забавно – и усмехнулся: – Блин, это так мило.

ГЛАВА 19

– Что ты сказал? – взяв себя в руки, ответил Андре. Конечно, он все еще выглядел как садист-психопат, но по крайней мере сдерживал эмоции – уже спасибо.

Рис медленно и непринужденно подошел к нам.

– Хмм, ты глухой или тупой?

Андре совсем растерялся.

– Что?

– Тупой, – кивнув, решил для себя Рис. – Определенно тупой.

– На твоем месте я бы следил за языком, – пригрозил Андре.

Естественно, на Риса это никак не повлияло. На самом деле, вид у него был скучающий.

– О-о, угроза. Боже, я трясусь от страха, – наиграно вздрогнул он, и я едва сдержала смешок.

Проигнорировав его, Андре повернулся ко мне, и я рвано вдохнула.

– Это твой парень? – спросил он со смесью ярости и отвращения.

Я через силу кивнула.

Рис делано всполошился. Из этого парня вышел бы отличный актер.

– Да ладно тебе, не стоит так расстраиваться. Уверен, ты хороший парень, хоть по тебе и плачет психушка, но, серьезно, в этом плане ты меня не интересуешь…

Андре резко повернул голову – аж шея хрустнула.

– Что?!

– Извини, просто я не из «этих», если ты понимаешь, о чем я, – невозмутимо намекнул Рис.

Я уже с трудом сдерживала смех.

Сложно поверить, что пару минут назад я была на грани смерти, а теперь, когда появился Рис, не могла перестать улыбаться.

Щеки Андре покраснели от ярости.

– Хочешь сказать, что я гей?

– А разве нет?

– Какого хрена? Нет!

– Чудно, иначе мне было бы неловко это делать.

И не дав Андре опомниться, Рис с разворота ударил его в живот, а затем зарядил коленом в пах.

Да, делать это было бы неловко, будь Андре геем.

Но он быстро пришел в себя и направил нож на Риса. У меня задрожали руки. Рис был отличным бойцом, но у Андре было преимущество – холодное оружие.

– Ты за это заплатишь, ублюдок…

– Меньше слов, больше дела, – подмигнул ему Рис.

Андре бросился на него, целясь ножом в лицо, но Рис успел пригнуться и вовремя отскочить назад.

– Ай-ай-ай, как грубо, – отчитал его Рис как ребенка, что, конечно же, разозлило Андре еще сильнее.

Он толкнул Риса, повалив его на холодный твердый пол. Тот в ответ ударил Андре в лицо, затем пнул в грудь и скинул с себя. Через считанные секунды оба парня уже стояли на ногах и махали кулаками.

Закрыв лицо руками, я присела на корточки и прислонилась к стене. У меня не осталось сил на это смотреть. Меня раздражало то, что я не могла ни вмешаться, ни остановить эту драку.

Мне просто хотелось, чтобы все закончилось.

Господи, прошу, останови эту драку.

Господи, прошу, защити Риса Картера.

И тут я услышала, как кто-то с криком упал. Услышала, удары кулаков о лицо и ответные содрогания от боли. А в следующее мгновение осталось тяжелое дыхание лишь одного человека, и я взмолилась Небесам и Земле, чтобы проиграл Андре.

Чьи-то теплые руки аккуратно убрали ладони с моего лица, и за пеленой слез я увидела темно-зеленые глаза.

– Рис, – еле слышно произнесла я и инстинктивно уткнулась лицом ему в грудь.

– Эй, все хорошо, – прошептал он, крепко меня обнимая. – Все закончилось, Хлоя.

Иногда осознание ситуации приходит к тебе уже после того, как все закончится.

Запрокинув голову, я посмотрела на Риса. По его виску стекала капелька пота, розовые губы приоткрывались от частых вдохов, челюсти были стиснуты, брови озадаченно нахмурены, а глаза казались пленительным омутом, в котором я тут же растворилась.

По моей щеке скатилась слезинка, и Рис ее смахнул.

– Ну, давай, пошли отсюда.

Поднявшись, Рис вздрогнул и схватился за живот. Мы оба посмотрели вниз и увидели, что его черная футболка пропитана кровью. Он медленно ее задрал, и я ахнула.

Рис был ранен.

– Вот черт, – поморщился он, пытаясь встать прямо.

– Рис, тебе нужно в больницу! – вскрикнула я, осторожно придерживая его за талию.

– Нет. Никаких больниц.

– Почему?

– Потому что врачи спросят, что случилось, а мне нельзя в полицию. – Он помотал головой, словно отгоняя плохие воспоминания. – Нет, больше никакой полиции.

И впервые после драки я обратила внимание на Андре – он лежал на полу без сознания. У меня по спине пробежали мурашки. Я знала, что он жив, но все же не хотела, чтобы у Риса из-за меня были какие-то проблемы.

– Тогда пошли ко мне.

Рис резко вскинул голову.

– Хочешь залезть ко мне в штаны?

Я впала в ступор.

– Ч-ЧТО?

Он с удивлением посмотрел на меня.

– Боже, да ты сексуальная хищница.

– Эй, что ты несешь…

– Я не из таких парней, Хлоя. Я не пойду к тебе домой, чтобы «послушать музыку» или «посмотреть твою коллекцию марок».

– Рис! Какого черта? Ты что, спятил…

– Сначала мне нужно ДКВ.

– Это еще что такое?

– Доверие, комфорт и взаимосвязь, – серьезно ответил он.

Я легонько хлопнула его по голове.

– Мои родители – врачи, идиот.

~ * ~

До дома я доехала на пределе допустимой скорости, затем, припарковавшись, с багровым румянцем на щеках завела Риса на крыльцо и дрожащими руками открыла дверь. Свет везде был выключен, и я застонала. Родителей не было, они оставили мне записку на журнальном столике.

Хлоя!

У нас с отцом сегодня двойная смена.

Вернемся утром.

Надеюсь, ты хорошо повеселилась на вечеринке.

Лол, мама.

– Прекрасно, – пробормотала я.

Рис прочитал записку через мое плечо.

– Почему твоя мама написала «лол»?

– Она думает, что это означает «люблю, обожаю, люблю».

Рис громко рассмеялся.

Какая ирония.

Я направилась к лестнице.

– Ну, пошли наверх.

Его губы растянулись в хитрой улыбке.

– Признайся, ты пытаешься меня соблазнить.

Мое лицо заалело.

– Ч-что? Нет! Заткнись!

– Пошли наверх? – вскинув бровь, передразнил он.

– Там мы храним аптечку, идиот.

~ * ~

– Осторожно! Я хрустальный, не забывай.

Рис лежал на моей кровати без футболки. Я закатила глаза и продолжила дезинфицировать рану. Затем нашла самую маленькую иголку, чтобы все зашить.

Рис категорически отказался ехать в больницу, хотя порез оказался глубоким. К счастью, не настолько, чтобы привести к серьезным осложнениям или большой потере крови, но все же рана причиняла ему боль, пусть он старательно пытался этого не показывать.

– Ты уверен? – в миллиардный раз спросила я.

Рис устало выдохнул.

– Господи, Хлоя. Да! А теперь поторопить, пока я не умер.

Я вознесла молитву и наконец воткнула в кожу иголку.

Казалось, прошло десять мучительных часов – хотя на деле всего десять минут, – когда я полностью зашила рану и забинтовала ее.

Закончив все, я выбросила использованные материалы в мусорку и вымыла руки. Взгляд поймал отражение в зеркале: я по-прежнему была в черном платье, только теперь оно выглядело помятым и грязным, а волосы все растрепались.