Проклятие Гензеля и Гретель (ЛП) - Риркерк Марго - Страница 13

— Не можем, — согласился я. — Надо придумать способ взять тебя на дело. Очевидно, Росвите нужны не только солдаты, но и те, кто чистит и готовит еду.

Она насупилась.

— Чудесно, значит, я буду горничной и буду оставаться на заднем плане, пока ты будешь в центре событий.

— Я попытаюсь протащить тебя внутрь, если это будет безопасно. — Хмурый взгляд остался на ее лице, поэтому я добавил. — Это лучше, чем стоять на заднем плане.

В последующие недели Гретель и я выполняли задания превосходно и намного быстрее, чем миньоны. Не настолько быстро, чтобы кто-нибудь заподозрил, что мы не едим сладости, но достаточно быстро, чтобы это появилось в наших отчетах и обеспечило нам места в специальном деле.

Монотонные дни перетекали один в другой. Мы вставали, тяжело трудились и проводили время друг с другом до того, как наши соседи по комнате возвращались в дом. Несколько раз я попытался заговорить с ними, но стало быстро ясно, что их мозги были слишком далеки от того, чтобы поддерживать какой-либо разговор. Вначале я думал, что они держатся подальше от дома по важным причинам, но проследив за ними несколько ночей, я обнаружил, что все, что они делали после работы — бесцельно бродили вокруг и набивали себя конфетами. Они были полностью зависимы, и я не был уверен, смогут ли они выжить, если их отлучат. Сладости стали всеобъемлющей частью их системы. Я отогнал опасения прочь, решив перейти тот мост, когда доберусь туда.

Гретель и я подумывали подражать блуждающим миньонам, смешавшись с ними, но обнаружили, что в каждом доме есть несколько работников, которые предпочитают оставаться дома и отдыхать, получая свою вечернюю порцию удовольствия от свежевыпеченных сладостей на тумбочках.

Моей самой чудесной частью дня было проведение времени с Гретель. Она была доброй и веселой, и мне нравилось слушать ее истории. Сегодня вечером она рассказывала мне, как однажды книга остановила ее от посещения свадьбы. Я усмехнулся.

— Ты пропустила свадьбу? Я думал, девушки живут именно для таких вещей.

Он показала мне язык.

— Не все девушки. Все свадьбы одинаковы. Если увидел одну, значит, увидел все.

— Понятно. — Она была особенной, не похожей на тех, кого я встречал прежде. В ней не было тщеславия или эгоизма. Гретель была бесстрашным и самым жертвенным человеком. Большинство людей никогда бы не поддержали идею сразиться с ведьмой, чтобы вернуть родного брата. Кроме того, ее желание учиться конкурировало с голодом королевских студентов.

— Расскажи мне больше о тех книгах, которые гораздо интереснее людей, — произнес я, осознав, что молчал слишком долго.

— Но это почти все! — моментально ответила она, и я засмеялся. Мои собственные задания по чтению были работой, а не удовольствием. И потом опять же, никто не побуждал меня читать художественную литературу, я фокусировал внимание на политике, стратегии, экономике и истории.

— Кто твой любимый автор?

Гретель вздохнула.

— Из множества выбрать одного. Лишь тот, кто не является читателем, мог задать такой жестокий вопрос.

— Хорошо, Леди Книжный Знаток. — Я игриво ткнул ее в бок. — Расскажи тогда о своих любимых.

— Скорее всего, ты не знаешь их. Я люблю читать о больших эмоциях и безрассудном поведении, о чем-то, что уверена, армия любит подавлять. Мне нравится Дюма, Гетте, Шиллер.

— Мне очень понравился Фауст, — сказал я, радуясь, что могу внести свой вклад в разговор.

В ее глазах мелькнуло возбуждение.

— Ты читал его?

Я покачал головой.

— Видел театральную пьесу.

Как только слова были произнесены, лицо Гретель изменилось, не в оценивающей манере, а скорее в вопросительной.

— Театральную пьесу, — произнесла она медленно.

Я закусил щеку. Неужто я сказал слишком много? Генералы и даже более низкие офицеры армии нередко ходили в театр. Однако в сочетании с другими вещами, которые я высказал, я мог непреднамеренно раскрыть свою личность Гретель. В будущем нужно быть более внимательным.

Как бы с намеком, Гретель спросила:

— Ты из столицы, не так ли? Никто не может научиться этому акценту, если не был рожден там.

— Да, я из столицы. — Я притворился зевающим. — Я устал. Нам нужно ложиться. Завтра еще один утомительный день. — Я повернулся лицом к стене.

— Доброй ночи, — ответила Гретель, оставив тему на данный момент. Я не знал, сколько еще она позволила бы мне уходить от разговора о моем прошлом, и сколько еще я мог бы лгать ей о том, кем я был.

11. Гретель

Я ожидала, что мое пребывание в Черном Лесу будет намного хуже и ужаснее, чем оно было. Тем не менее, пока повторяющаяся и бессмысленная работа по стирке одежды и ее латанию была не совсем приятной, и я паниковала каждый раз, когда мне предлагали сладости, и нужно было найти, куда их девать, мои дни были далеки от тоскливых. Каждое утро начиналось с ожидания вернуться в дом и провести несколько часов со Стефаном до того, как соседи по комнате вернутся для ночлега.

Со Стефаном было легко общаться. Литература ему была не так интересна, как мне, но его мозг отлично соображал, и он не был похож на мальчиков из моей деревни. Он был молодым, но зрелым и фокусировался на длительных целях вместо временного удовольствия. Думаю, годы в армии делали это с каждым. Стефан был не просто милым. Он был забавным, и с ним я чувствовала себя в безопасности. В наших разговорах никогда не было неловкого молчания. Мы обсуждали историю, экономику и много других тем. Единственная вещь, о которой он не решался говорить — это он сам. Я не была уверена почему. Возможно, как армейский генерал, он не привык раскрывать эту информацию. Или не хотел, чтобы ты узнала о нем настоящем — прошептал противный голос в моей голове. Я прогнала его. Это не так. Что я поняла о Стефане, так это то, что он был противоречивым человеком. Он хотел, чтобы я знала о том, кто он, но что-то сдерживало его. Что-то, как честь и клятва. Но как он предаст обещание, рассказав мне больше о себе?

Зная, что не смогу решить эту загадку сегодня, я достала листок бумаги, который прятала в фартуке и добавила Х, затем сосчитала Х-сы. Двадцать один. Прошло три недели с тех пор, как я приехала в деревню ведьмы. Несмотря на мои усилия, я не смогла найти сову королевы, Тавни. Поскольку я не осмеливалась быть пойманной, уходя и возвращаясь в деревню из имбирного пряника, я не отсылала никаких сообщений королеве. Стефан был уверен, что заклинание не позволяло Тавни прилететь к нам, и, похоже, его не слишком беспокоило отсутствие связи с королевой.

Во время пребывания в деревне из имбирного пряника, я видела брата лишь один раз. Пробудила ли наша встреча что-нибудь внутри него? Помнил ли он что-нибудь о своей прошлой жизни? Глубокая боль появилась в груди и захлестнула все тело. Мне нужно увидеть Гензеля. Нужно убедить Стефана отвести меня к моему близнецу.

Когда я вернулась в дом, Стефан уже был там, что было странно, так как обычно я возвращалась первой.

— Мне нужно с тобой о кое-чем поговорить, — выдали мы одновременно.

Стефан нахмурился.

— Что-то случилось?

— Нет. Ничего, о чем стоило бы беспокоиться. Но я хочу увидеть Гензеля. Он слишком долго вдали от меня. — Я задержала дыхание, ожидая наставлений, но их не последовало.

— Ты очень скоро его увидишь, если все пойдет правильно.

Я озадаченно заморгала.

— О чем ты говоришь?

— Это секретное задание. Росвита отправит группу миньонов в последующие несколько дней. Завтра тренировка.

— Как ты узнал об этом?

— Миньон, с которым я работаю, спросил, не хочу ли я поучаствовать.

— Поняла. Это только для тех, у кого есть военный опыт?

Стефан покачал головой.

— Каждый может прийти на тренировку. Скажи своей начальнице, что хочешь этого.

— Что нам нужно будет делать?

Стефан пожал плечами.

— Предполагаю, это будет физическая проверка, чтобы увидеть, как быстро ты реагируешь и как хорошо держишься на ногах, несмотря на влияние сладостей. Мы должны быть внимательными, чтобы быть среди лучших, но не настолько хорошими, чтобы выдать себя.