Конец соглашения (ЛП) - Мармелл Ари - Страница 24

— Ведьма уже приходила к тебе один раз! Она не может…! — божество подсказало ей, что она начала кричать. — Мне нужно убедиться, что ты в безопасности, Робин. И даже не начинай бред про обузу. Я бы так сказала и до твоей раны, и ты это отлично знаешь.

Ее подруга нахмурилась, отвернулась, но кивнула.

— Фостин…

— Я курьер, Шинс. Я знаю, какие люди в благородных Домах и кругах торговцев.

— Знаю, но…

— Но ты не знаешь меня, — горечь и понимание слились в одно. — Ты не доверяешь мне.

— Боги! — не навык и вмешательство бога, а чистая удача не дала бокалу Шинс улететь из ее руки в стену или потолок, когда она всплеснула руками. — Ты упрямая как она! — воровка прошла по комнате — всего пару шагов, но все же смогла — и нависла над парой на диване. — Робин тебя любит. Этого хватает, чтобы я доверяла тебе, пока ты не дашь мне повода передумать. Фостин, мне нужно, чтобы ты осталась тут, потому что Робин останется тут, — она быстро продолжила, чтобы Робин не успела возразить. — Мне нужно, чтобы с ней кто-то был. Что бы она ни думала об этом. Есть вопросы или тревоги, которые не касаются плана? Вы ведь знаете, что он все равно не поменяется.

Ренард прижал кулак ко рту, улыбаясь за ним.

— Нет, генерал Виддершинс, ничего такого.

— О, уймись.

— Есть вопрос, — сообщил Эврард слишком спокойно. — Ты не собираешься вернуть мне мою рапиру? Только не говори, что это не мой меч, раз в рукояти нет рубина.

— О, точно. Это… Я оставила ее, когда Игрейн и Ренард утащили меня из гильдии Искателей. Так что можно одолжить еще одну? На время, пока это… все… Ох, думаю, ты одержим, раз у тебя такое лицо. Тебе не больно? Думаю… да, я просто… встретимся тут позже. Всем пока.

Она побежала, но только на улице поняла, что еще сжимала в кулаке бокал.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Паскаль Сорель из стражи Давиллона отклонился на спинку простого стула, который стоял перед его обшарпанным столом в кабинете с грязными и серыми стенами, и зажал переносицу пальцами. Будь в комнате кто-то еще, стало бы ясно, от чего у него напряжены плечи и болит голова. Неровные стопки бумаг, созданные из-за множества проблем в Давиллоне, могли быть тяжелее стола, на котором находились.

Конечно, в кабинете никого не было. Тут никого не должно было находиться, и он никого не видел.

— Ты слишком стараешься, — сказала Шинс из угла у двери.

Паскаль будто подавился, выхватил мушкет он и направил его — хоть и не очень метко — раньше, чем его стул перестал дрожать, а он перестал сидеть на грани падения с него.

— Тебе еще рано седеть, — сказал черноволосая, благодаря дешевой краске, девушка, все еще ведя себя беспечно. — Но не переживай. На светлых волосах почти не видно.

— Боги, Виддершинс! — он опустил пистоль на стол — точнее, на бумаги на столе — но еще мог быстро взять его. — Как ты сюда попала?!

Она прищурилась и посмотрела на него, лениво постукивая ногой по вытершемуся ковру.

— Ладно, — сдался он. — Тогда зачем ты здесь? Вообще-то, я должен тебя немедленно арестовать!

— С чего ты это взял? — спросила она. — Не имеешь права. Но тебе приказали бы меня арестовать. А ты знаешь, что это неправильно, потому так не делаешь.

Паскаль молчал мгновение, рассеянно потирая бородку, пытаясь уловить логику.

— Не могу спорить с этим, — он улыбнулся. — Но я бы и не знал, как. Джулиен предупреждал, что с тобой не нужно говорить.

Шинс тоже улыбнулась, хоть знала, что сквозь улыбку видно боль, и что так будет всегда, как бы она ни старалась скрывать это.

— Паскаль, ты знаешь о его… его…?

— Теле, да, — несколько документов, может, важных, смялись в его пальцах. — Когда я узнаю, кто это сделал…

— Ее зовут Лизетта Суванье. Она управляет сейчас гильдией Искателей, свергнув Скрытого лорда, и… — она глубоко вдохнула, взяла себя в руки. На то была причина. Лизетта и ее люди знали, где были ее квартиры, они не были безопасными. Стража хотя бы могла защитить остальных. — Я могу дать наводку, где может быть его тело. И тело Женевьевы Маргулис. И, кхм, остальных.

Ей было плохо, хоть она и не произнесла имя Александра, но она знала его как Адрианна Сатти. Было бы сложно описать связь между Виддершинс и Делакруа, так что она решила отложить этот момент.

Промолчав, эмоции на лице все говорили за него, Паскаль придвинул к краю стола перо и чернильницу, не переживая, что сбил несколько стопок бумаг в процессе. Он вытащил пустой лист из выдвижного ящика и положил его рядом.

Шинс взяла это все, села и второй стул использовала как стол.

— По первому адресу точно можно найти одного из них. Остальные места — вероятное расположение.

— Я могу понять, — сказал страж, — связь между тобой, Джулиеном и мадемуазель Маргулис, но что за другие?

— Личное дело, — и, чтобы пресечь эти вопросы, она сменила тему. — Кстати… поздравляю с повышением, майор.

Она оторвала взгляд от записей и заметила, что печальная маска на его лице была схожа с ее лицом.

— Я бы предпочел не занимать это место, — сказал он.

— Знаю. Я тоже, — она еще немного скребла пером о бумагу, а потом опустила лист на пол у стула, придавила его чернильницей. — Я тут не только из-за могил.

— Я так и понял.

— Паскаль, мы с тобой плохо знаем друг друга, но мы работали вместе. Джулиен доверял тебе, и ты знаешь, что Джулиен доверял мне, чем бы я ни… занималась в жизни. Надеюсь, это означает, что я могу доверять тебе.

— У меня нет повода думать иначе, судя по тому, о чем ты меня просишь.

— Ха, это хоть честно. Паскаль… почему меня вообще разыскивает гильдия? Я никого не убивала перед тем, как ушла — людей, по крайней мере — и даже если бы дело было в Геспелене, многие важные люди могут все объяснить, и я не знаю, почему ты так на меня смотришь, но я нервничаю.

— Виддершинс…

— И этот тон: «Я не хочу тебе этого говорить». Я так часто его слышу. Это как отдельный язык.

— Просто ты… — он не смог продолжить. Бардак на столе вдруг привлек его внимание.

Шинс уже казалось, что в ее желудке хрустела бумага.

— Говори, Паскаль. Прошу.

Страж вздохнул и посмотрел на нее, и она испугалась сочувствия на его лице.

— Именем Демаса, правосудия и законов Давиллона, — он явно цитировал, — уличная воровка, известная как Виддершинс — настоящее имя неизвестно — должна быть задержана на месте, используя все силы, по подозрению в убийстве майора городской стражи Джулиена Бониарда.

Она не могла дышать. Не могла думать. Комната и мир перевернулись, и она упала бы на потолок, если бы не впилась в стул мертвой хваткой.

— Что? — пискнула она не своим голосом. Только потом она поняла, что это напоминало ей себя на десять лет младше.

— Виддершинс…

— Как ты мог такое подумать? Как хоть кто-то мог так подумать?

— Я так не думаю! — убедил он ее. — Но приказ пришел сверху. Многие стражи не слышали всей истории произошедшего на кладбище в тот день, но они и не поверили бы.

— Но ты был там! Ты мог рассказать людям, что случилось!

— Я ничего не видел, помнишь? Джулиен оставил меня сторожить врата. Я знаю о произошедшем лишь то, что рассказали мне ты и остальные. И, если бы я не видел Ируока в действии, я бы не поверил.

Шинс притянула колени к груди, опустила голову на спинку стула.

— Боги. Они думают, я… о, боги…

Казалось, Паскаль хотел выйти из-за стола и как-то утешить ее, но не знал, как именно. Это так напоминало Джулиена, что она чуть не расплакалась, улыбаясь при этом.

— Не знаю, помогло бы то, что я был свидетелем, — объяснил он. — Командир Арчибек уверен в твоей вине. Будь у меня неоспоримые доказательства, ситуацию удалось бы изменить, но… — даже от его беспомощного пожатия плечами одна из стопок бумаг пошатнулась, зашелестела.

— Ольгун? — прошептала она. — Мы его знаем?

Только смятение. Ладно, или этот Арчибек верил всей душой, что Шинс была виновна в преступлении, которого не совершала, или…