Слезы (СИ) - Шматченко Мария - Страница 27

— Солнышко, если попрошу тебя остаться, ты останешься?

— О чём ты? — удивился тот, и Конни на миг подумала, что, может быть, ей показалось, что он догадался, а тот совсем не это имел в виду.

— Я тебя люблю…

— И я тебя.

Констанция вздрогнула. Интересно, этот ответ был частью всего этого «спектакля», или это было правдой? Ей очень хотелось верить, что последнее. Или же юноша сказал ей это по той же причине, что и звал на «ты» — потому, что они заранее ему это велели, велели играть роль их сына?

— Добрый день! — внезапно раздался, как всегда, безупречно вежливый голос мистера Стюарта. — Его Светлость сэр Джеральд сказал мне, что вы тут, и я захотел с вами поздороваться.

— Добрый день, — учтиво ответил Адриан. — Очень рады вас видеть.

— Как это любезно с вашей стороны, мистер Стюарт! Добрый день!

«Его Светлость сэр Джеральд»… Так на самом деле звучал его титул, но к мужчине так почти никто не обращался, потому что тот сам об этом просил, а новым знакомым не говорил о знатном происхождении. Почему Стюарт так его назвал? Откуда вообще знает о титуле?! Эх, неспроста это всё! Какие-то тайные вещи творились, а Констанция и Адриан никак не могли понять, какие…

— Я тоже очень счастлив встречи, — меж тем сказал их странный знакомый. — А где юные леди? Не захотели прийти?

— Они дома остались. Секретничают.

— Как жаль! А брата отпустили? — мужчина засмеялся. — Вот появится какая-нибудь юная леди и украдёт у них братика.

Адриан вздрогнул при его словах: он относился к Эйлин совсем не как к сестре. Да и обе девушки к нему тоже не как к «братику». Конни засмеялась:

— Они такие юные, мистер Стюарт!

— Любви все возрасты покорны! — и он подмигнул.

Потом отошёл от них — его кто-то позвал. Адриан и Конни переглянулись: в отличие от Джеральда, Мартина, Эви и обеих девушек они не были в таком восторге от нового знакомого. Какое-то интуитивное недоверие. Но внезапно Стюарт вернулся, а «мама» с «сыном» думали, что тот больше не подойдёт.

— Здоровался с мэром, его женой и их приёмной дочерью. Бедняжки! Как они переживают то, что объявилась её настоящая мать, а всё равно пришли! Адриан, вот ты мне скажи, кто мать: та, что родила, или та, что воспитала? Ты что об этом думаешь?

— Не знаю, я об этом никогда не задумывался, но мне кажется, трудно судить, не зная конкретную ситуацию. У всех ведь по-разному.

Мистер Стюарт усмехнулся:

— Это точно! Иногда ведь настоящие матери сами не хотят, зато потом лезут, а иногда настоящим кто-то не даёт, препятствует общению с ребёнком. Если бы я сказал тебе, что я твой отец, чтобы ты подумал?

— Я бы подумал, что это шутка.

— Почему?

— Потому что я знаю точно, кто мой отец. Кстати, а вон и он.

К ним, и правда, радостно улыбаясь, бежал сэр Джеральд.

— А вот и я!

Возвращаясь домой, Джерри и Стюарт шли впереди. Конни и Адриан сзади. Намеренно отстав от них, женщина сказала молодому человеку:

— Какой же он странный! Чего вдруг завёл эту тему? Нам какая разница, с кем он здоровался? Уж точно до чужих матерей — никакой!

— Он догадался….

— О чём?

— О том, кто я такой…

— Да нет, моя радость. Как бы он догадался?

— Не знаю… Но зачем ему эту тему поднимать про матерей? Может, он, говоря «мама», имел в виду «отец»?

Конни ахнула.

— Точно! Может быть…

«Адриан догадался, что он сын Джеральда! — подумала Конни. — Почему сказал, что Стюарт имел в виду отца?! Дотянулись, добоялсь! Так ли он ему нужен? Я уже начинаю приходить к выводу, что Адриаша больше нужен мне, чем Джеральду…»