Демонология (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 29

— Откуда же я могу знать? — Урлик сдвинул на дальний край стола грифельную доску и толстенный талмуд, посадил меня за стол.

— Ты ведь бывал там, что-то у Алины заказывал. Думала, может, знаешь, — я сделала ну очень расстроенный вид.

— Алина… Она вообще слишком часто лезла туда, куда не просили, — Урлик тяжело вздохнул. — Но я не знал, что она не ладила с деканом.

Вот теперь я действительно расстроилась. Если он и вправду ничего не знает, то дело плохо. Тогда я вернусь к схеме «все вокруг враги».

— А ты не знаешь, — мужчина подвинул стул и сел рядом, — госпожа Стелла выжила? Было бы жаль, если бы Школа потеряла такого специалиста, — быстро добавил он, поймав мой заинтересованный взгляд.

Я готова была его расцеловать за неуместное любопытство, тем более что зелье, дарящее зубную боль, все еще действовало. Попался на живца.

— Кажется, у нее практически нет шансов, — почти не соврала я.

Урлик заметно расслабился:

— Жаль, очень жаль. Но, я надеюсь, меры безопасности от этого не ужесточат еще больше. Будет тяжело видеть тебя только на лекциях…

— Да, это будет просто невыносимо, — я не удержалась и пустила-таки зелье по назначению. Пусть Стелла хоть так отомстит, даже если мне это неприятно до колик.

Сославшись на необходимость срочно вернуться в казарму, чтобы не получить запись в личное дело, я хотела уже сбежать, но так просто темный эльф меня не отпустил.

Я поняла, что попала, когда магистр самолично провел меня порталом до ворот охфака, а потом еще долго не выпускал из рук. И не могу же я его оттолкнуть, это все мое прикрытие под откос пустит. Пришлось терпеть и улыбаться, злорадно радуясь хотя бы тому, что зубы Урлику теперь еще с месяц болеть будут как минимум. Зато как только он имел неосторожность отпустить меня, я тут же отступила на закрытую для посторонних территорию за ворота и помахала уже оттуда.

А на ступенях казармы сидел Ворх, причем явно давно и снова с бутылкой.

— Дай сюда, — я села рядом и выпила с половину залпом. И все равно легче не стало, даже от мысли, что зубы Урлику теперь точно будут болеть очень сильно и долго. Было мерзко, хотелось хоть так отбить его запах от себя, даже если не опьянею. За кефиром, что ли, сходить?

— Что узнала? — на удивление мирно спросил Ворх.

— К сожалению, ничего конкретного, но то, что он причастен, сомнений больше не вызывает, — отчиталась я. — Уж очень волновался, что Стелла может выжить.

— Завтра лекции только до обеда, — напомнил вервольф.

— Да, я смогу сходить еще порасспрашивать, — я поболтала бутылкой, но пить не стала, так как запаха дроу, кажется, больше не чувствовала.

— Наоборот, лучше будь в казарме.

— Я не стану сидеть взаперти, когда могу заняться полезным делом, — возмутилась я. — Забудь, я не запуганная маленькая девочка, на которую можно порычать. Я буду делать то, что посчитаю нужным.

— Да, разумеется, это было действительно необходимо для расследования, — Ворх с таким сарказмом указал на ворота, за которыми меня только что зажимал дроу, что меня смех пробрал. — И что здесь смешного?

— Ты. Есть какие-то претензии? Так говори. А если нет, то я спать пойду, устала уже.

И так как претензий я не услышала, то с чистой совестью пошла в комнату.

Ночью я долго не могла уснуть, хоть и очень хотела, ворочаясь под грузом всех сегодняшних потрясений. А когда все же задремала, помедитировав на спящих братцев-некромантцев, то снова оказалась в лесу Лазурного мира сорок лет назад.

— Почему ты все время убегаешь? — непривычно молодой Ворх, практически пацан, бросал камушки в воду.

А я сидела рядом на берегу маленького озерка, подтянув колени к груди, и нервно кусала губы.

— Нельзя же всегда бегать от своих проблем, — он тоже сел, когда камни закончились.

— Можно. Я не могу это объяснить, но мне кажется, мать будет очень недовольна, если узнает, что ты все еще приходишь.

— Пойдем со мной. Что ты собираешься делать в этом сером мире? Давай вернемся в Перекрестный, там много оборотней, не то, что ваша крохотная стайка из шести штук…

— Нельзя. Я должна растить племянницу, если с сестрой что-то случится, — я тоже подобрала мелкий камушек и бросила, по воде пошли круги.

— Этой племянницы и в планах еще нет. А почему бы не своих детей?

— Не знаю, мама говорит, у меня ни в одной из жизней их больше не будет…

— Врет.

— В прошлой не было. Я тоже растила племянницу. Так что хватит приходить, это бесполезно. Уходи в свой мир и оставь меня в покое.

— Нет уж, обойдешься. Я все каникулы тут просижу, если нужно, но ты пойдешь со мной.

Я толкнула его в бок:

— Уходи, проваливай, надоел уже. Не даешь одной побыть.

— Я так точно никуда не уйду, — усмехнулся он, — силенок у тебя маловато. Но можешь бросить мне вызов, если не боишься.

— Нечего мне больше делать, — я окинула его полным сарказма взглядом. — Все равно без шансов. Может, в другой жизни.

Я проснулась от толчка в бок.

— Чего тебе? — я зажмурилась и отвернулась от разбудившего меня Ворха.

— Вставай, пора на занятия.

Я оглянулась, но Неранов в комнате уже не было:

— Сколько же я спала? — уже просто риторически спросила я, глядя на часы. — Опять, что ли, точильщик?

— Нет, просто ты устала, так что я не стал будить тебя раньше.

— Как Стелла?

— Без изменений. Ее аура сгорела полностью, пока рано говорить про улучшение.

— Хотя бы не хуже, — я села и потерла все еще немного зудевшие веки.

В ванне я долго рассматривала свой крайне бледный вид. Я уже привыкла к своему лицу, но его бледность казалась сегодня особенно болезненной. Я даже рога ощупала со всех сторон, боясь повторения истории с мелким духом. Но все было возмутительно здоровым и нетронутым, а вторая пара рогов так и вовсе теперь виднелась над волосами. И все же я была разбитой. Опершись руками на край умывальника, я задумчиво посмотрела на браслет. И сняла его. Хоть на нем и не было никаких заклинаний, но я побоялась носить и дальше предмет, сделанный Урликом. Мало ли.

— Что-то ты мне не нравишься, — констатировал Ири за завтраком.

— Удивительная непосредственность. Не будь ты такой святой простотой, я бы тебя треснула, — хмыкнула я. — И чем же?

— Ты бледная. Слишком. Заболела, что ли? — озвучил мои утренние мысли некромант.

— Вроде бы демоны не болеют, — я пожала плечами, без энтузиазма ковыряясь в тарелке.

— Вроде? Ты же демоница, как ты можешь не знать о себе? — удивился Ари.

— Мое детство прошло с людьми, я не помню, болела ли я когда-нибудь.

— Опять точильщик? — предположила Дашка.

— Не может этого быть, — я снова проверила рога, но они были в полном порядке, вот только…

Я с ужасом отняла руку и смотрела на оставшийся в ней обсидиановый осколок.

— Срочно к целителю, — ведьмочка подхватилась, встала за мной и парой сложных пассов окутала мои рога бледным маревом, вызывавшим легкий зуд. — Это явно плохой признак.

— Да уж точно не норма! — я поднялась, еще раз опасливо потрогала рога и побежала в целительский корпус.

Еще на полпути меня нагнал Карл, пугавший, смущавший или возмущавший, на выбор, прохожих своим неодетым человечьим обличием.

— Ты разрушаешься, — сообщил он мне. — Это очень плохо.

— Как разрушаюсь?! — я остановилась, шокированная новостью. — В смысле, совсем, на физическом уровне?

— Твоя демонизация, внешнее тело. Оно погибнет, если ты и дальше будешь крошить рога непомерным грузом и истощать ауру так часто.

Я попыталась достать свой накопитель из рога, но он будто застрял, никак не поддавался.

— Что делать? Как их разъединить? — запаниковала я. — А если он разрушится вместе с рогом?!

— А ведь Интернеций предупреждал тебя, чтобы ты так не делала, — дракон схватил меня под руку и потащил дальше к целительскому корпусу. — Не знаю. Надо подумать.

— Карл, а если он там и останется, если я не смогу достать? Так ведь можно увеличивать емкость рогов. Но в нем же души!