Демонология (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 36

— Энергетический сателлит, — прочитала я вслух, найдя такой до боли знакомый ритуал. — Подумать только, это ведь было совсем недавно. А такое чувство, что целая жизнь прошла.

— Да, действительно, — Ворх подошел и облокотился на спинку моего стула, глядя в книгу поверх моих рогов. — А это что?

Он перевернул следующую страницу, которую я держала приподнятой, и быстро пробежал глазами схемы и текст.

— Подходит? — поинтересовалась я, с таким обрядом не знакомая.

— Нет, но это уже близко, — он пролистнул еще пару страниц. — Есть над чем подумать. Если объединить сателлит с привязкой жизни, добавить перенос души в привязанное тело, то кое-что вырисовывается.

— То есть, ее душу мог просто забрать привязанный к ней сателлит? Но она ведь была в антимагической тюрьме, кто бы смог провести там такой обряд?

— Его могли провести очень давно. Если сателлит менялся, то связь могли поддерживать сотни лет.

— И никто не заметил бы?

— В этом особенность чернокнижия, его обряды не оставляют следов и колебаний ауры, — пояснил Ворх. — Серьезно, чему он тебя учил?

— Я лучше не буду отвечать на это, — смутилась я.

— Шла бы ты все-таки спать, — магистр явственно скрипнул зубами, выпрямился и закурил, напомнив мне еще кое-что.

— Так, нам нужно серьезно поговорить.

— И почему эти слова всегда так пугают? — пробормотал он. — О чем же?

— Ты зачем Трэсу сигареты дал? — я развернулась в кресле, чтобы видеть его. — Совсем с ума сошел? Ему учиться надо, он ведь будет охотником, а ты его ослабляешь.

— Да брось. Он растет, становится сильнее, и его это пугает. Естественно, что он нуждается в помощи, пока не научится себя контролировать. Вспомни себя, когда Зверь только проснулся.

— Это вредно, — напомнила я.

— Вредно, что Дарья постоянно в синяках.

— Она знала, на что идет, не надо им мешать.

— Ты, видимо, успела забыть, на что была похожа еще в Лазурном мире. Ты ведь думала, что это медведь тебя так порвал. А все потому, что ты человек.

— Да забудь ты это, наконец! — я даже вскочила от возмущения. — Не поставил бы мне тогда ментальный блок, я бы так не думала! Согласна, я здорово испугалась за Дашку, когда увидела все эти отметины еще у вас в стае, но она ведь в порядке, у них же есть метка.

— Даже с меткой можно потерять контроль, — напомнил Ворх. — Так что не вмешивайся, он не глупый мальчик, сам разберется.

— Яблочко от яблоньки, — фыркнула я, подошла и ткнула пальцем ему в грудь. — Вы оба слишком много боитесь и ничего не хотите слушать.

— Предлагаешь мне не бояться? — весьма угрожающе подался вперед вервольф, вынудив меня сделать шаг назад.

— А ты как к зубной боли относишься? — огорошила я его. — А то я даже не знаю, прошло время действия зелья или нет.

— Мне очень сложно уловить ход твоих мыслей, — он вернулся на свое место за стол.

— Просто я тоже не хочу делать тебе больно, — я обошла его и обняла сзади за плечи, уперлась подбородком в макушку и стала рассуждать вслух. — Ладно. Если Геля была к кому-то привязана, и теперь ее душу забрали, бросив тело умирать в ускоренном режиме, то логично предположить, что ее возродят в другом теле. Гомункул подошел бы для этого?

— Думаю, что на крайний случай можно и его использовать, но только как временный сосуд. Гомункулы, все же, содержат души внутри как в тюрьме, без права управления телом, — объяснил он.

— Ладно, тогда зайдем с другой стороны. В чье тело можно подсадить душу?

— Проще всего в сателлит. Так меньше шансов, что будет отторжение.

— А есть варианты, когда отторжения не бывает?

— Если сателлит с кровным родством. Точно, нужно поднять старые архивы и посмотреть, есть ли у нее известные нам родственники, — Ворх собирался подняться, но передумал, сел обратно и запрокинул голову, чтобы видеть меня. — Риену скажем о тебе? Мне будет очень сложно брать тебя с собой, не вызвав у него подозрений.

— Как ты считаешь правильным, так и делай.

— Мне немного жутко слышать такое от тебя.

Я возмущенно хлестнула его хвостом:

— Давай без подначек, я еще только учусь доверять тебе.

Магистр поймал мой хвост, перетащил меня за него вперед и все-таки поцеловал, после чего глубокомысленно заключил:

— Да, я плохо отношусь к зубной боли.

— Действует? — я не смогла сдержать ехидную ухмылку.

— Совсем немного. Даже не надейся, что меня это остановит.

У Риена объясняться пришлось мне, потому что кое-кому, видите ли, было наплевать, что будет болеть, а теперь даже рта открыть не может. Так что я долго и мучительно рассказывала ректору, как дошла до жизни такой, как демонизировалась и о чем мы с Интернецием договорились.

Полуэльф выслушал меня с каменным лицом и ледяным спокойствием, не перебивая и ничего не спрашивая. Все так же молча поднялся из кресла, подошел, вздернул и меня на ноги из-за стола и обнял, стиснув так, что даже демонические ребра рисковали затрещать.

— Ласточка моя! Да тебе уши оборвать мало! — ну очень гневно выдал он, что с объятиями не вязалось. — Мы тут все извелись, я уже седеть начал!

— Ты не можешь поседеть, — смущенно напомнила я.

Риен продемонстрировал мне действительно серебряную прядь в косе.

— Прости, — я смутилась окончательно. — Из-за меня столько проблем.

— Главное, что ты жива и здорова, — ректор отпустил меня и повернулся к Ворху. — А с ним что?

— Зелье попробовал, от которого зубы болят, — я старательно отводила взгляд, чтобы не смеяться.

— Ну и дурак, — вздохнул полуэльф и обезболил по возможности, облегчив страдания друга.

— Пойдем в архиве покопаемся, — напомнил вервольф, как только смог говорить.

— Герочке, вернее, Фидес лучше там не появляться, чтобы не привлекать внимание, — покачал головой ректор. — Ей лучше вообще вести себя тише воды, ниже травы, и ходить только на занятия.

— Я, вообще-то, тоже могу быть полезной, — обиделась я.

— Да, я вижу, вывела мне декана из строя, — кивнул Риен на оборотня, все еще задумчиво потиравшего челюсть.

— Я честно предупредила и отбивалась, — сразу открестилась я. — Ладно, в ваши секретные архивы я не полезу, но меня завербовали себя же искать, и это я уж точно пропустить не могу!

— Это опасно, — возразил Ворх. — Опять лезешь в самую гущу событий.

— Это было опасно для Геры, — поправила я, — и совершенно не касается Фидес. Так что я пойду и буду из кожи вон лезть, чтобы найти беглую бурую, пока меня не примут в свою шайку.

— Это кажется логичным, но мне совсем не нравится твой план, — покачал головой полуэльф.

— Да бросьте, у нас все равно нет другого. Урлику я нужна живой и здоровой, чтобы получать сведения от Интернеция, так что мне точно ничего не грозит.

— Кроме домогательств, — осторожно напомнил ректор.

— Столько отбивалась, и дальше буду, ему важнее получить информацию, — отмахнулась я. — Ну пожалуйста, не мешайте мне, я вполне неплохо справляюсь.

— Допустим, — сдался Ворх. — И что из информации ты ему собираешься выдать?

— Повожу по кругу, — пожала плечами я. — Главное, ведь, старание. Немного выдам, немного привру. Буду видеть по обстоятельствам.

— Ладно, давай пока остановимся на этом, — согласился Риен. — Но в случае малейшей опасности сворачивай деятельность.

— Разумеется, — я кивнула. — У меня только появился повод жить, я не буду рисковать лишний раз.

— Такой подход мне нравится. Тогда возвращайся в казарму, сегодня же выходной, а мы с этим болезным пойдем в архив.

Я собрала оставшуюся энергию и телепортировалась в комнату команды, где привычно были только братцы-некромантцы.

— Слушай, это же твой браслет там, на умывальнике, лежал? — полюбопытствовал Ири, теперь тоже черноволосый, как и брат, нашими усилиями.

— Мой, — подтвердила я, сев на свою кровать.

— А зачем тебе в нем алхимическая ртуть?

— Что? — я едва снова не вскочила. — Ртуть?!

Это было единственное вещество, способное блокировать связь демона с его драконом. И как только Интернеций просмотрел его? Он ведь заверял, что браслет чист от заклинаний… От заклинаний, ну конечно. Я ведь не спрашивала о веществах.