Плохой/черный (СИ) - Колдовская Марианна - Страница 49

- Алекс, - прошептала я, и мне стало невыносимо грустно, - ты забудешь меня, - произнесла я не как вопрос, а как утверждение. Ведь люди всё забывают, так устроена жизнь, если мы расстанемся, то непременно забудем друг друга, и тогда как будто ничего и не было. Останутся в начале бледные воспоминания, неспособные принести ничего кроме горестных слёз и ностальгии. Ностальгия для слабаков, мне было неприятно чувствовать себя слабой, я ничего не могу сделать, чтобы как-то продлить наши с Алексом отношения. Всё пройдёт, и нас будто никогда и не существовало, даже его прикосновения и тепло его поцелуев так быстро остывали, и через секунду я уже не могла вспомнить их.

- Я буду помнить тебя, пока не умрут звёзды, - сказал Алекс Миллер.

Я присмотрела на него и не отводила долго-долго своих глаз.

- Это из книги «Фритти Хвосттрубой или приключения молодого кота» Тэда Уильямса, отличная книга, - весело ухмыляясь, сказал Алекс, - забери свои цветы, если они тебе не нужны, то выброси, я не буду таскаться с букетом как какая-нибудь девица.

Мы вернулись в академию, а штормовое предупреждение перестало предупреждать и пошло в наступление.

Эпизод 24. Марго. Dance in the dark.

Эпизод 24. Марго. Dance in the dark.

«Baby loves to dance in the dark,

‘Cuz when he’s lookin’she falls apart.

Baby loves to dance

Loves to dance in the dark...»

Dance in the dark, Леди Гага.

Погода заметно испортилась. Низкие свинцовые тучи нависали почти над самой землей. Срывался сильный ветер. Листья, кружась в бешеном танце, падали к моим ногам. Это тревожно-трепещущее состояние передалось и мне. Душу разрывали два противополжных желания - быть рядом с Аскеназой и бежать от него подальше. Что же мне делать?

Кошки не было уже в комнате, я быстро приняла душ, ведь общага уже была пуста. Выпрямила волосы, надела платье от Шанель и почувствовала себя принцессой, нет скорее Золушкой, отправляющейся на первый бал.

На улице подол белоснежного платья подхватил ветер, надул его как парашют, и я чуть было не улетела. Но кто-то подхватил меня под руку. Я уже поняла кто это. Ощутив знакомый запах. Аскеназа. Он улыбался.

-Позвольте проводить вас, - он согнул руку в локте, глядя на меня серьезно и вроде бы с восхищением, - прекрасно выглядишь.

-Спасибо, - ответила я.

Вдруг пошел дождь. Я испуганно вскрикнула. Но Аскеназа предусмотрел и это. Как волшебник он раскрыл над нашими головами широкий алый зонт.

Так что, когда мы оказались возле спорткомплекса, то были похожи на настоящую великосветскую пару, достойную посещения бала в самом Букингемском дворце. Краем сознания я с сожалением осознала, что Аскеназа, пожалуй, мог устроить и это.

Студенты глазели на нас. Но мне было плевать. Я чувствовала себя героиней любимой книги и хотела, чтобы этот сказочный вечер длился вечно.

В украшенном нашими стараниями зале уже играла музыка, и студенты перетаптывались с ноги на ногу, не в силах начать танцы. Я поискала глазами Кошку. Она должна видеть мое платье.

Но она словно сквозь землю провалилась. Разумно решив, что она может быть где-то рядом с Миллером, я отправилась искать его в куче преподавателей. Прямо сквозь толпу, рассекая ее как крейсер Аврора, на меня шел Штаран. Я вспомнила о его задании петь песню, и резко ушла в другую сторону. Но декан, разгадав мой прием, также вильнул и, раздвинув обеими руками целующуюся парочку, пошел за мной.

Постоянно оглядываясь на него, я случайно наткнулась на кого-то.

-Ой, Маргарита! - послышался знакомый голос, и чьи-то крепкие руки обхватили меня за талию. И утянули прямо к колонкам. Это без сомнения был Кружка. Забыв о своих обязанностях замдекана, он лихо выплясывал, и по блеску в его карих глазах я подозревала, что у него на это есть все основания.

Я подрыгалась рядом с ним. Кружка выкрикивал мне на ухо комплименты. А Штаран, затаившись, ждал, не став прерывать наш дикий танец.

Начался медляк.

-Объявляем белый танец! - противным голосом объявил ди-джей Усран. То есть, зовут его по-другому, но кличка Усран как нельзя лучше характеризовала его морально-этические характеристики. Недолго думая я решила пригласить Кружку, тем более что он игриво поглядывал на меня.

Но позади него неожиданно возникла Шкорлупа и увела на танцполе. Я не стала им мешать. В душе мне хотелось танцевать совсем с другим человеком. Поэтому я беспокойно вглядывалась в сутолоку, пытаясь узреть силуэт в черном.

-Приглашаю вас на танец, - послышалось рядом от меня. Я оглянулась. К моему удивлению это был Штаран. Выглядел он затравлено. Позади него кралась Косица.

-Сейчас белый танец, - съязвила я.

-Отчислю, - сказал Штаран и, схватив мои руки, принялся выплясывать вальс по кругу.

-Сергей Маратович! - укоризненно сказала я, заметив, что Косица сжала кулаки, пронзя меня ненавидящим взглядом.

-Так, Маргарита, - деловито начал Штаран. - пройдемся по плану мероприятия, - сейчас ваше выступление будет.

-Но Сергей Маратович. Я думала...

-Что вы думали?

Тут я заметила Аскеназу. Он стоял неподалеку, прислонившись к стене и скрестив руки. Странным образом его глаза светились в темноте.

Штаран, тоже заметив его, протанцевал к нему.

-Господин Аскеназа, - Штаран, сжав мою руку, грациозно передал ее Аскеназе и протараторил, - так возьмите госпожу Бенжами и готовьтесь к выступлению. Живо!

А потом он скрылся, Аскеназа одной ладонью обхватил мою талию. Другой - он держал мою руку. Мы медленно закружились. Я не слышала больше ничего кроме нежной музыки, его черные глаза пронзали меня и, казалось, что мы одни на целом белом свете. Ветер все с большей силой рвался в окна. И мы были похожи на пару осенних листьев, летящих по воздуху.

Мелодия оборвалась. Слишком быстро. И Аскеназа, не улыбнувшись мне, просто стоял рядом. Не выпуская моей руки.

-Отличные концертные костюмы, - оглушил нас вновь Штаран.- На сцену!

Сопротивляться было бесполезно. Применив всякие угрозы типа недопуска ко всем экзаменам и задержке зарплаты Аскеназе, Штаран втащил нас к ди-джейскому пульту.

Я в растерянности стояла посреди сцены. Сжимая микрофон в руках. Глупо. Я не смогу спеть при всех. Студенты с любопытством смотрели на меня. Оценивая белоснежное платье. Прическу. Макияж. Я сглотнула. Ноги подкашивались. Я прекрасно видела, как некоторые смотрят на меня снисходительно или даже откровенно посмеиваются. Хотелось убежать. Но рядом возник Штаран и объявил в микрофон, что сейчас студентка лесохозяйственного факультета исполнит песню «Осенний вальс» при аккомпонименте нашего преподователя, профессора, между прочим из Польши, Асмодея Аскеназы. Все сдержанно похлопали. Я лихорадочно пыталась вспомнить слова.

Вдруг свет погас во всем зале. Студенты испуганно ахнули. Раздались аккорды переливчатой музыки. Я тотчас узнала мелодию.

-Silicon, saline, poison, inject me, baby I’m a free bitch, I’m a free bitch ...- низким голосом сказала я в микрофон, - ама фри бед, Ама фри бед.

Музыка усилилась и я, находясь в темноте, так что никто не видел меня, запела, представляя, что я одна. Ведь это моя любимая песня «Dance in the dark»

Когда я пела припев, совершенно осмелев, студенты объединились в парочки и восторженно танцевали в темноте. Я украдкой оглянулась на пианино. За ним сидел Аскеназа и самозабвенно играл.

Вот это да! Откуда же он знает, что это моя любимая песня. Ах, да, она играла сегодня у него в машине.

Я допела и все зааплодировали. Я чувствовала себя просто счастливой.

Аскеназа подхватил мою руку и увел со сцены, так как за нами гнался Штаран, а за ним Косица.

Пройдя сквозь толпу, охваченную новым танцем, мы оказались на улице. Здесь бушевал целый шторм. Деревья кренились к земле. Кажется, даже ветки отрывались и со свистом уносились в темноту. Провода трещали. Стены спорткомплекса опасно гудели.