Плохой/черный (СИ) - Колдовская Марианна - Страница 61

Аскеназа яростно оттолкнул меня, оскорблённый словами Миллера.

- Конечно, - сквозь зубы процедил он, - но ведь не я первый придумал это.

Я побежала к Марго.

- Нужно что-то делать, - сказала я.

- Да! Но что? - согласилась она.

- Не знаю.

- Миллер хотел убить меня, - произнесла Марго, смотря, не отрываясь от застывших Миллера и Аскеназу. В сердце у меня что-то неприятно дрогнуло. Мне хотелось, чтобы это было неправдой. Начинался дождь. Алекс и Аскеназа медлили.

-Ты не сделаешь этого, Миллер, - словно пытаясь уговорить Алекса отступить, сказал Аскеназа. - Ты умрёшь напрасно. Только подумай, что будет если ты промахнёшься.

- Акелла промахнулся! - вдруг раздался чей-то издевательский, чуть хрипловатый голосок.

Этот голос я узнаю из тысячи. Ребяко собственной персоной стоял на верхней ступени крыльца академии, под небольшим козырьком, укрываясь там от уже во всю силу хлеставшего дождя.

- Я не помешал? - осведомился он.

Все посмотрели на него, а он вальяжно раскачивался с пятки на носок и поглядывал на всех с высоты своего положения.

- Вообще-то, помешал, - огрызнулся Алекс. Он весь вымок, а капли дождя серебрились на его лице, бровях и ресницах.

- Я с тобой не разговариваю, холоп! - скорчив злую гримасу, недовольно прикрикнул Ребяко.

- Что ты здесь делаешь? - процедил сквозь зубы Аскеназа, отбрасывая мокрую прядь волос с бледного лба.

- Пришёл посмотреть, как ты выполняешь мои поручения. Девчонка ещё жива, как я посмотрю. В чём дело Асмодей? Тебе помешал этот плешивый? Так убей их обоих.

- Я сам решу, что мне делать! - вспыхнул Аскеназа.

Ребяко меланхолично засмотрелся на струйку вытекающей из водосточной трубы воды.

- Делай, что приказано! - заорал Ребяко и покраснел до кончиков волос. Он стал похож на маленького красного чертёнка, злого и буйного, но куда более опасного, чем кто-либо думал.

Аскеназа с презрением отпрянул от него и равнодушно отступил, при этом, как бы случайно, загородив собой Маргариту.

Я в ужасе наблюдала за происходящим. Сердце и голову разрывали противоположные чувства. Мне хотелось ринуться к Алексу, прижаться к его сильной груди, спрятаться за ним и ждать, пока всё кончится. Но разум настойчиво говорил, что Миллер - убийца, он и сам этого не отрицал никогда. Алекс много раз пытался убить Маргариту и подтвердил это у меня на глазах. Но всё-таки сейчас он отпустил Марго, сказал, что его цель это Аскеназа. Он готов пожертвовать собой, чтобы убить демона и спасти нас с Марго. Но ,вот, только уже слишком поздно.

- Ни на кого нельзя положиться! Всё приходится делать самому. - Недовольно продолжал отчитывать Аскеназу Ребяко. - придётся мне убить девчонку.

- Ты сгоришь в аду! - крикнула я.

Ребяко рассмеялся.

- Девочка моя, я король ада! Я Аластар Кроули! Так что, я ещё посмотрю, как там будешь жариться ты!

Я невольно отступила и стала про себя читать молитву. Ребяко или Кроули выставил вперёд правую руку, совсем так же, как это недавно сделал Аскеназа. Я поняла, что сейчас умру. Бежать было некуда, я бросила последний, как мне казалось, взгляд на Алекса. Но он сделал неуловимое движение, и весь преобразился, кожа стала совсем другая, почти сияющая, он был как нарисованный. Вокруг меня засветился круг золотого света.

- Не выходи из него! - сказал Алекс, смотря мне прямо в глаза, потом он жестом пригласил Марго тоже войти в круг.

- Что это ещё такое! - завопил Кроули.

- Это заклятье смертельной защиты. - как ни в чём не бывало поведал Миллер. Он взглянул на свою руку, я тоже пыталась разглядеть, что там, надеясь что ничего не будет, как это бывает в детстве, когда знаешь, что что-то должно случится, но всё равно надеешься, что всё обойдётся в этот раз. Но ничего не обошлось. Кто-то полоснул невидимым лезвием по руке Алекса, и появилась пятая метка. Кроули злорадно улыбнулся и торжествующе потёр руки. Аскеназа шарахнулся в сторону, прикрыв ладонью рот. Прямо из пустоты, с каким-то странным звуком, появился некто в чёрном плаще. Он был один, его одежда была не из ткани, а как будто из мутной льющейся воды, подёрнутой сверху туманом. На голове чудовища был как будто белый парик, напоминающий наших земных судий, лицом же его была белая маска с чёрными прорезями глаз и злым ртом. Но при движении, казалось, что под маской есть живое настоящее лицо. И ужас охватывал при одной только мысли сорвать маску и увидеть то, что скрыто. Из-за спины Судьи вышло ещё восемь таких же точно. Они окружили Миллера и медленно, шаг за шагом, сжимали кольцо.

- Нет, - закричала я и рванулась к нему.

- Не смей выходить из круга! - крикнул он мне, и в этот миг всё передо мной стало чёрным. В следующее мгновение Миллер лежал на земле.

Алекс был мёртв. Я сразу поняла это, не потому, что он уже не выглядел как прежде, я поняла это сердцем. Что-то внутри оборвалось. Никогда я ещё не видела смерти. Мне тут же вспомнилось тепло его рук. Перед глазами встали те дни, когда всё ещё было хорошо. И как мы ссоримся в сломанной машине. Как он целует меня виноградной ночью у своего дома. Во рту стало горько. Мысль, что дальше уже ничего не будет, выбила из меня дух. Я хватала ртом воздух, как будто тонула, и тут же вспомнила, как Алекс меня спас, а теперь уже не спасёт никогда.

Я подобралась к самому краю светящегося круга, где у самой его границы лежала мёртвая рука Алекса, и попыталась коснуться его пальцев.

Мне тут же пришло в голову, что в Гарри Потере считалось, что со смертью волшебника заклятье исчезает, а вот это не исчезло, и такая сильная боль и сумасшедшая надежда охватили меня, что на губах появилась улыбка.

- Он мёртв, - услышала я голос Аскеназы. В груди с каждым вздохом заворачивался тугой узел. С моих губ то и дело срывались всхлипы и вскрики, как будто я была сильно ранена и теперь стонала как недобитый зверь.

Эпизод 29. Марго. Mortal combat.

Эпизод 29. Марго. Mortal combat.

«Добрые духи служат для добрых дел, для спасения человека, а злые - для злых дел, для его гибели.»

Афоризм 47, Седьмая Седмица, Магия Арбателя.

Ребяко обернулся ко мне. Я нервно сглотнула. Не знаю, кого следовало бояться больше только что появившихся Судий, забравших Миллера, или Ребяку и Аскеназу. Судьи исчезли, растаяли. Но они могли и вернуться. Я видела, что Аскеназа дрожал как листочек на ветру. Его синеватые губы побледнели, его глаза стали еще чернее в обрамлении мертвенно-бледной кожи. Он боялся Судий, наверно, больше, чем я.

Рядом со мной стояла Кошка, и я как будто слышала биение ее сердца. Но не могла даже посмотреть в ее сторону, потому что все мое внимание было сосредоточено на Ребяке и Аскеназе.

Ледяное молчание разрушил, наконец, Ребяко. Он повертелся на каблуках своих туфель, засунув маленькие руки в карманы черного пальто.

-Ну, что ты стоишь, бездарь? - спросил он капризно у Аскеназы.

Губы Асмодея нервно дернулись, но он промолчал. Я не знала, что будет дальше.

-Что-то мне подсказывает, что ты не заставил Маргариту Бенжами продать нам душу, так?

-Ни за что! - выпалила я. И застыла. Я оказалась почти рядом с Аскеназой. Меня охватил такой гнев в одну минуту, что если бы я была волшебницей, как Миллер или Аскеназа, то испепелила бы Ребяку взглядом.

Ребяко посмотрел на меня беспокойно. Затем его выпуклые круглые глаза устремились к Аскеназе.

-Что же ты мешкаешь, убей этих девчонок и пойдем. Живо!

Ребяко демонстративно отвернулся. Мой взгляд непроизвольно остановился на его красивом дорогом шарфе.

-Нет, - раздался хриплый шепот за моей спиной.

Я и Ребяко одновременно обернулись. Это был Аскеназа.

-Что ты сказал? - Ребяко нагнул голову, словно пытался поговорить с ребенком.

Аскеназа усмехнулся. В его глазах было торжество. Он бросил на меня чуть рассеянный взгляд и, опередив меня, подошел прямо к Ребяке.