Дочь Короля. В погоне за счастьем (СИ) - Татур Анна - Страница 18

Отвергнув несколько вариантов, Трелла остановилась на более-менее приличном, но все равно до предела скромном образе, состоящем из кружевной блузки и пышной юбки из темного бархата.

Хуже было с прической. Шпилек в жилище Отшельника не держали, а соорудить на голове что- либо грандиозное без этих ничтожных приспособлений, было замыслом, обреченным на провал. «Ну не закреплять же рыжие локоны кленовыми палками, как это делает Одноглазая Ведьма?»- подумала красавица и улыбнулась.

Отбросив глупые мечты об укладке, Трелла сплела густые волосы в две роскошные косы, сожалея, что не может убедиться в своей безупречности. Разбуженный суетой Отшельник отодвинул занавеску и сообразив что к чему, смилостивился над Принцессой. Старик вытащил из кучи барахла маленькое зеркальце в золотистой оправе и протянул его Трелле.

Девушка заглянула в зеркало и взревела. Ее изысканный носик вульгарно распух, покраснел и стал напоминать спелую сливу, и все из-за вчерашнего опрометчивого желания поваляться в траве.

— Что за безобразный вид! Почему именно сегодня? — заскулила Трелла, забиваясь в угол.

Белобрысая приоткрыла правый глаз, чтобы убедиться, что утренний спектакль годится к просмотру.

— Да, с таким носярой никто в тебе принцессу не признает! — заржала Стузи, переворачиваясь на другой бок.

— Нечего было валяться под полуденным Светилом! — добавила она и захрапела как можно громче.

— Лучше скажи, что с этим делать? Нет, мне это нравится! Эй, чародеи и волшебники! Помогите, пожалуйста, убрать эту напасть с моего лица? — взмолилась Трелла.

Старик вынес маленькую баночку из темного стекла, содержимое которой было тягучей мазью.

Трелла захватила немного снадобья, пахнущего ореховой пастой и нанесла его на нос и щеки. Жар и отек отступили, но вульгарная румяность сохранилась.

«Изображать из себя минимум аристократку при таких данных? Придется утешать себя тем, что тот кому надо, узнает меня в любом виде» — подумала Принцесса.

— Скоро все пройдет, Ваше Королевское Высочество. — тихо сказал Отшельник.

Трелла смутилась, услышав свой титул.

— Благодарю Вас, Отшельник! Благодарю Вас за все!

Блондинка устала притворяться спящей, она сладко зевнула, потянулась и бросив прощальный взгляд на теплую постель — выскочила на волю и припустила к шустренькому родничку, чтобы умыться холодной водой.

К выбору прически и наряда Стузи отнеслась безответственно. Магичка натянула на батистовую рубашку свое зеленое платье и украсила распущенные волосы черепаховым гребнем. Вышло очень даже ничего. Простительно, когда твои главные козыри это молодость и красота, а не шелк, парча и золото.

Расправив складки на юбке юная ведьма выхватила зеркальце из рук подруги и скорчила своему отражению смешную рожицу, передразнивая зацикленную на красоте Треллу. Для последней каждая минута нахождения в пещере теперь была нестерпимой мукой.

Принцесса тяжело вздохнула, а Белобрысая смутилась- возможно, первый раз за свою полузвериную жизнь. Поспешая не спеша, она четко обдумывая порядок действий, приготовилась к переходу. Настал ответственный момент, когда одними шуточками не обойдешься и придется держать экзамен, в первую очередь перед самой собой.

— У тебя все получится! Не бойся и дерзай! — сказал Отшельник, отступая чтобы не мешать.

Собравшись с мыслями, проговорив про себя хитрую комбинацию, Стузи сделала несколько пассов руками, земляной пол пещеры осветился. Проявившийся портал пробил изнутри сверкающую дыру, а затем взвился вверх искрящимся столбом. Девушки обнялись, перешагнули границу и ухнули вниз. Старик остался в пещере один, он облегченно выдохнул лишь когда проверил пустоту остатка.

— Для первого раза сойдет! — прокричал он в истончаемое кольцо. Гордый тем, как быстро его подопечной удалось воплотить едва освоенное заклинание, старик стал собираться в дорогу. Его тяготили неотложные дела и думы, разрешать которые придется в самое ближайшее время. И пусть старик немного побаивался новой встречи с диким зверем, только выбора у него не было. Порассуждав о бренности всего сущего, он отбросил в сторону черные мысли, отпил немного крепкого отвара из глиняной кружки, прихватил с собой дорожный набор кочующего чародея, запечатал пещеру и бодро посеменил к лесу, пополнять запасы истраченного сырья.

Отшельник никогда не практиковал приема смертных — алчущих правды, мести, защиты и покровительства. Поиск славы остался для него в далеком прошлом, впрочем, как и многочисленные заслуги перед Силой. Чтобы сводить концы с концами и без помех продолжать любимое дело, он держал несколько лечебных лавок сразу во всех окрестных городах, вложив в это предприятие скопленные за активную практику средства. Это были приличные заведения с хорошей репутацией и особой лояльностью к покупателям. Где найти товар по себе, могли бы и простолюдины, и привилегированные сословия. В работники, маг всегда нанимал скромные, дружные, честные семьи, которые проживали в лавке, и с виду походили на хозяев заведения.

Поддержанные магией снадобья лечили людей. Порошки и мази спасали маленьких детей от жара и сыпи, останавливали кровотечения, сращивали переломанные кости, облегчали уход стариков, заживляли раны воинов. Магия спасала жизни некоторым безнадежно больным. Казалось бы- благое дело на благо смертных? Но нет, творить чистейшее Добро, впрочем, как и Зло, было чревато Исчерпанием. Требовалось восполнять Противостояние, сглаживая продолжение спасенных жизней за счет сомнительных делишек. И таких было с избытком.

Например, когда в лавку заходила смущенная девица, невинность которой с виду не вызывала никаких сомнений, опытный взгляд продавца должен был с порога определить цель, ради которой посетительница решилась заглянуть в гости.

Со своей деликатной просьбой скромнице легче было обратиться к опытной женщине, поэтому остальные члены семьи исчезали из лавки, словно по волшебству. В торговом зале оставалась лишь мать семейства — отзывчивая женщина, не читающая проповедей и не желающая оглашения забористых подробностей.

Для такой было сущим пустяком найти общий язык с девушкой, попавшей в затруднительное положение. После пары фраз и протянутой монетки, деревянная скамейка замирала аккурат у дальней полки стеллажа, срытого от посторонних глаз.

Пухлая рука снимала неприметную баночку, пристроенную под потолком. В конвертик отсыпалась крошечная порция серого порошка, который девица принимала на ночь, а утром плод сотворенного греха освобождал место для последующих, возможно более желанных младенцев. Эта жуткая услуга отбрасывала, куда подальше сострадательное милосердие и добро, сотворенное магом ранее.

Как ни печально, порошок с дальней полки пользовался определенным спросом. Некоторые благодарные особы становились постоянными клиентками, продолжая прием снадобья уже будучи замужними дамами и счастливыми матерями семейств. Избавительная слава порошка, хоть и была тиха, словно шепот травы, но передаваемая из уст в уста, громыхала по округе сильней весенней стихии.

Изредка, продавцы проявляли снисходительность к молодым домохозяйкам, желающим избавится от обнаглевших крыс. Правда, по роковому стечению обстоятельств, после покупки отравы, пышущие здоровьем клиентки поголовно вдовели, открещиваясь от опостылевших брачных уз с престарелыми мужьями.

Особая, пожалую самая доходная статья сбыта магического товара- это тайное посещение лавок местной аристократией. Развращенные рыцари в блестящих доспехах, теряющие былую хватку на полях любовных сражений в обязательном порядке злоупотребляли настойкой для увеличения мужской силы. Настойка стоила безумно дорого, но на нее, из-за особо стойкого эффекта, у рыцарей всегда была припасена кругленькая сумма.

Не были обделены вниманием и статусные герцогини, капризные маркизы, и прочие прекрасные, но увы стареющие леди. Мешочек золотых монет был при себе у каждой светской львицы, отправляющейся на тайную охоту за волшебной мазью, омолаживающей лицо и тело или пузырьком надежного приворотные зелья. Получив гарантированный результат круговорот элитных настоек делал закономерный виток. Очередь за снадобьями, разгоняющими черную меланхолию и скуку расписывалась на месяцы вперед и отбоя от желающих не было.