Взгляд не рабыни или женское проклятие (СИ) - Ларс Лина - Страница 19

— Башар, Вильдан, мне понадобится ваша помощь в создании портала.

Двое названных мужчин приблизились к Амиру, ожидая дальнейших указаний. А я во все глаза уставилась на разворачивающееся действо. Где ещё можно увидеть творящееся на твоих глазах волшебство. А тем более такое — высшего порядка.

Амир раскрыл одну ладонь, а над ней другой начал чертить символы, моментально вспыхивающие и тут же становящиеся более тусклыми. Из раскрытой ладони шёл поток энергии, который будто связывал те магические элементы, которые воспроизводил в воздухе маг.

— Башар, воздушное заклинание, — коротко отдал приказ Амир, не отвлекаясь от основного задания. — Вильдан, «поддерживающие врата».

Мужчины одновременно начали что-то шептать и вычерчивать в пространстве. В результате действий одного появилась еле видимая огромная призрачная рамка будущих портальных врат, которые будто бы поддерживались в воздухе другим магом. А Амир тем временем направил создаваемые потоки энергии в эту рамку, и воздух вдруг внутри врат заколебался, словно бы подёрнулся серебристым инеем и… начал показывать совсем другую картинку с той стороны.

Первое, что я заметила, был жёлтый цвет песка и океан, виднеющийся вдалеке. Казалось, что лёгкий бриз долетает даже сюда, в эту огромную пустую комнату с высокими потолками, а ноги утопают в прогретых на солнце мелких крупинках.

Вдалеке, в некотором отдалении от побережья, виднелись огромные по площади разрытые котлованы, в которых еле различимыми точками, будто муравьи, трудились люди.

Первым в портал шагнул шагес Таир, изложивший доклад о данных копях на сегодняшнем совете. Его примеру последовали остальные, проходя в портальные врата по одному-два человека.

Я была одной из последних, если не считать Амира и магов, удерживающих портал. С огромной опаской посмотрела на зыбкое марево и, зажмурившись, шагнула в него.

Могу сказать, что ничего сверхфеерического не произошло. Наоборот, я ощутила, как будто весь мой организм сжали в плотную пружину, а потом резко эту пружину отпустили. От подобных манипуляций мой желудок взбунтовался и еле удержал своё содержимое внутри. А из-за закрытых глаз нечаянно споткнулась и чуть не упала, чудом удержав равновесие.

— Гафур Инар, вижу, вы не часто путешествуете сквозь порталы? — насмешливо констатировал один из моих спутников — помощник советника, как раз шагеса Салмана, представителя Владыки, если я не ошибаюсь.

Я отошла от портала, чтобы не мешать тем, кто будет следовать за мной, и убийственно посмотрев на нахала, как бы это сделал на моём месте настоящий наследник шагеса, с достоинством произнесла:

— Никогда не нравился этот способ перемещения. А вы, вижу, большой любитель следить за окружающими.

Мужчина хотел ещё что-то сказать, но благоразумно заткнулся. Тем более сзади уже выходили Амир и остальные два мага. Как только они шагнули по эту сторону портала, тот схлопнулся, лопнув, словно мыльный пузырь.

Оказалось, что позади, недалеко от нас, находятся строения, напоминающие бараки, но более добротные, что ли.

С той стороны к нам уже спешили навстречу на довольно странном виде транспорта: длинные повозки без колёс и верха. Они будто слегка парили над песком на сгустившейся подушке из воздуха.

Когда встречающие поравнялись с нами, они поприветствовали должным образом Амира и предложили нам забираться внутрь повозок. Главным у них был старый, но довольно бодрый худощавый мужчина. Фаяз, насколько я поняла.

Но он, в отличии от Музаффара, старость которого лишь украшала, не вызывал никаких позитивных эмоций. Узкие глаза-щёлочки смотрели с хитрецой и неприязнью. Казалось, он ненавидит всех и вся.

Мы с трудом погрузились в пять прибывших повозок и «поехали» к виднеющимся вдали копям.

Чем ближе приближались, тем всё более странное чувство меня посещало. Я знала, видела этот берег раньше, и эти копи, и даже картина роющихся в песке рабов вызывала странное узнавание и глубокое сочувствие.

Мне казалось, что я уже бывала здесь. Только вот когда и в каком качестве?

— Всего на побережье шесть копей, — скрипучим неприятным голосом, царапающим слух, вещал Фаяз. — В основном мы добываем магические кристаллы первого порядка. Но попадаются и довольно редкие лунные кристаллы.

Лекция о том, как эффективно работают вверенные ему копи и какую пользу они приносят государству, как и ожидалось, была прочитана нам здешним распорядителем с большим удовольствием.

Также старый пройдоха, подпустив в голос подобострастия, поведал нам, что средства с доходов прошлых лет были использованы для расширения существующих и разработки новых копален, покупки дополнительных рабочих и, естественно, улучшения условий содержания рабов согласно новым законам.

Всего на копях работало порядка четырёхсот человек. Некоторые рабы трудились семьями, которые им заводить не возбранялось, но при условии, что оба супруга будут работать здесь же. Копи находились на приличном расстоянии от ближайшего города.

Вежливо выслушав информацию, которую и так уже наверняка знал из отчётов, Амир пожелал посмотреть на труд и быт рабов, вопреки ожиданиям Фаяза, что Повелитель побрезгует и откажется.

Всё-таки, как бы я ни была на него зла, приходилось признать, что голова на плечах у Амира имелась.

Проваливаясь в мягкий песок, порой резко осыпающийся вниз под нашими ногами, увлекая нас за собой, мы спустились в одну из копей, к людям, казавшимся издали мелкими точками.

На первый взгляд всё было более, чем благовидно. Мужчины и женщины разных возрастов опрятно одетые в серую мешковатую, но очень добротную форму, зачерпывающие лопатами и сеющие сквозь огромные металлические сита песок. У каждого на поясе висел мешочек, куда складывались драгоценные находки. Блестящие камешки белого, голубого и даже фиолетового цвета.

Но нечаянно встретившись взглядом с одним из молодых парней, заметила такую тоску и отчаянье, что впору завыть. Заметно было также худобу многих из тех, кто работал здесь. Да, можно было бы списать всё на труд на свежем воздухе, который не даёт им разжиреть. Только я почему-то не верила в подобный вариант. Да и опущенные в пол глаза и совсем не радостные бледные лица говорили сами за себя.

При виде нашей процессии рабы бросали своё занятие и смиренно распластывались ниц, отдавая дань уважения правителю. И оставались так лежать, пока Амир милостиво не разрешал им подняться.

Я шла в хвосте процессии, чуть приотстав от остальных, и растерянно глазела по сторонам, пытаясь избавиться от липкого чувства неправильности происходящего.

Увиденное почему-то угнетало. Мало того, в какой-то момент вдруг стало совсем душно, как будто сам воздух стоял плотным маревом и давил, давил со всех сторон, заставляя сжаться от неприятных ощущений. В висках проснулась резкая боль, спина покрылась холодной испариной, в ушах зазвенело, глаза затуманились, картина перед ними подёрнулась серой пеленой и я уже готова была упасть на землю и завизжать, схватившись за голову, что есть мочи.

Однако все симптомы отпустили так же резко, как и появились. Я начала видеть. Но так, словно бы взгляд прорезал время и пространство, показав мне кино из чужих воспоминаний. Это был не сегодняшний день, а совсем другое время.

Маленькой Дине, то есть мне, было десять. В тот день мне поручили промывать камешки, которые собрал отец. Кристаллы, огромные и сияющие. И среди них был даже один лунный. Я забрала мешочек с камнями у мужчины с каштановыми волосами с небольшой проседью, смотревшего внимательно и заботливо своими добрыми карими глазами, и отправилась наверх, где стоял чан с водой и такие же ребятишки занимались похожей работой.

Когда очередь дошла до лунного кристалла, переливающегося всеми цветами радуги, если посмотреть на него сквозь солнечные лучи, я не удержалась и залюбовалась красивыми бликами, подняв камень вверх и прищурив один глаз.

Сзади послышались уверенные шаги и я, не успев спрятать камень, ощутила сильный удар трость в затылок, заставивший зарыться носом в песок. Перед глазами аж заискрило.