Космическая полиция (трилогия) - Дуэйн Диана - Страница 112

Лукреция посмотрела на них совершенно непонимающим взглядом.

— Вы что-то о себе возомнили? — поинтересовалась она. — Думаете, вы совершили что-то особенное? Мы направили вас сделать работу. Вы ее выполнили. Если так пойдет, то я за любую бумажку у себя на столе должна буду давать медаль!

Джосс с Эваном переглянулись.

— Но мы сделали почти невозможное, — сказал Джосс, — причем без подмоги, даже без всего необходимого! Это все же заслуживает хоть какого-нибудь признания!

Лукреция сочувствующе посмотрела на них как на безнадежных идиотов.

— Вы оба сотрудники весьма умные и способные, — сказала она, — даже если тратите свои серые клетки на пойло, которое сами дрожжи стыдятся признавать алкоголем. Вы сделали именно то, что я от вас ожидала, повернув неприятную ситуацию в свою пользу. Вот когда вы совершите нечто такое, что меня удивит, тогда я дам вам по медали. А сейчас выметайтесь-ка отсюда, пока я не передумала насчет двухнедельного отпуска. И я хочу, чтобы ваши отчеты лежали у меня на столе не позднее завтрашнего полудня. — И Лукреция начала рыться на столе, явно подыскивая, чем бы тяжелым в них запустить.

Они сочли разумным убраться из ее кабинета как можно скорее.

— Никакой благодарности! — вздохнул Джосс. — Ни словечка! Знаешь, надо показать им, как мы недовольны.

— И что ты предлагаешь? — спросил Эван.

Джосс задумался.

— А идем-ка проверим, так ли стыдливы пивные дрожжи!

Эван усмехнулся, они вышли наружу и направились к ангарам.

Четыре дня спустя они уже были на Уиллансе. Через семь дней они все еще оставались на Уиллансе, и вечеринка, которую они там начали, так и не могла закончиться, перетекая из одного бара в другой. Эван даже утратил счет заведениям, которые они успели посетить. В перерывах Джосс строчил оптимистические заметки для «Мишлен Гайд». Тайская кухня на Уиллансе была просто превосходной.

С того мгновения, как Уилланса достигли сведения о том, что нашли и сделали Джосс с Эваном, отношение к ним общества радикально переменилось. Все, даже Лейв-Турок, не могли поздравить их просто так, без выпивки. Лейв завязал было с Эваном драку, не по злобе, а по старой памяти, и чуть не половина посетителей бара тут же бросилась его унимать, а другая, не участвовавшая в свалке, кинулась извиняться за него перед Эваном. Чуть позже Лейв оклемался и даже спел вместе с Эваном (к его полнейшему изумлению) «Гостеприимные долины» на безупречном северном валлийском. Эван долго удивлялся, пока кто-то не выставил баклагу домашней медовухи. На пару дней он тут же забыл о Лейве и вообще обо всем на свете.

На седьмой день назначили празднование наречения «Носухи», ее новое покрытие подвергли тщательному испытанию, обливая каждый дюйм обшивки свежим самогоном, и ее имя, или нечто близкое к этому, произносилось на языках всех наций, представители которых проживали на Уиллансе.

Мелл с Эваном стояли в сторонке, глядя, как Джосс, вместе с крестильной командой, обходит корабль с бутылкой самогона в руках, следя, чтобы ничего не упустили.

— Не хочу, чтобы у нашего корабля оставались уязвимые точки! — кричал он из разящей перегаром толпы, когда они обходили корабль.

Эван еле заметно улыбнулся.

— Вот и все, — сказал он.

— Ммм?

— Я про наш корабль.

Мелл кивнула. Улыбка ее была чуть мрачноватой.

— Ну, что же, — проронила она.

Эван посмотрел на нее, и вместе они пошли прочь, к внутренним дверям ангара.

— Ну, — сказал он, — теперь ты богатая женщина, владелица космической станции.

— Придется ее содержать, — ответила Мелл. Чуть улыбнулась. — Здесь никто не станет пытаться отнять ее у меня. Но другие могут счесть ее легкой добычей. — Она с укоризной глянула на Эвана. — Вы, ребята, хорошо поработали с системой защиты. Мне, пожалуй, придется угробить миллион для ее замены.

— Можешь сдавать компьютерное время, — предложил Эван.

Она кивнула.

— У меня уже есть брокер на Марсе, который подыскивает для меня контракты. Здесь мало таких мощных компьютерных установок. Это ценный ресурс. К тому же Солнечный патруль выплатил мне наградные за данные Такавабары, так что и это поможет. Станция скоро снова начнет работать уже как ремонтная база и информационный центр. Дай мне год или около того.

Она искоса глянула на него.

— А ты? — сказала она. — Теперь ведь вы прославились на всю Солнечную Систему как сокрушители опасной националистической группировки.

Он расхохотался, хотя и не совсем от души.

— Знаменитость. Не будем, ладно? СП приписал все заслуги себе. Таково наше с ним соглашение, так что наши личные подвиги значения не имеют. — Он пожал плечами. — Но через неделю у нас появится очередное задание. Бог знает где.

— А есть возможность, что ты когда-нибудь оставишь свою работу? — спросила Мелл.

Эван чуть печально посмотрел на нее.

— А надо?

Она грустно вздохнула:

— Не знаю. Правда, не знаю. Сейчас в голове сплошной туман. Или был до последнего времени.

— У меня тоже, — сказал Эван. — Но что бы ни случилось, ты должна знать… это было потрясающе.

Она подняла взгляд и улыбнулась чуть-чуть, но у него от этого взгляда дух захватывало. Сейчас сердце тоже замерло. Но, когда оно снова забилось, Эван все понял и улыбнулся в ответ.

— И для меня тоже, — откликнулась она. — Может, мы еще встретимся.

— Может быть, — ответил Эван. В конце концов, между «может быть» и «никогда» или «невозможно» — целая Вселенная…

Они снова посмотрели на сумасшедшую команду, все еще поливавшую корабль самогоном.

— Думаю, — сказал Эван, — если мы сами не обольемся этим пойлом, то будем от этого запаха под мухой всю следующую неделю.

— Похоже на то. — Она огляделась, потом посмотрела вниз и подняла что-то, валявшееся рядом с распростертым телом Лейва-Турка. — Как вам этот аэрозольный баллончик?

— Не против, — ответил Эван и взял бутылку.

— А я знаю тут прекрасный непальский ресторанчик…

— Веди, — сказал Эван. — Но дело — прежде всего.

Вместе они подошли к кораблю и стали обливать друг друга самогоном.

Красная планета

Джосс О’Баннион напевал песенку. Вроде бы ничего особенного — только Эвана это чуточку раздражало. Джосс всегда пел что-нибудь мажорное, если, конечно, человеческое ухо могло в этом разобраться. И пел он обычно так громко, что стены их маленького корабля просто содрогались от эха. Эван подумал, что если бы компьютеры обладали ушами, то они у них уже давно завяли бы. И очень надеялся, что умные приборы все-таки этого не слышат. Ах, если бы и ему оглохнуть…

К тому же в детстве Эвана приучили к другим песням.

— Помолчи немного, а? — сказал наконец Эван. Это было уже сверх его сил. — Заткнись! Джосс!

Джосс высунулся из каюты, окинул взглядом рубку «Носухи», где в кресле за командным пультом сидел Эван.

— Тебе чего?

— Мне — тишины, — сказал Эван. — Что это за кошачий мяв?

— Да это «Капитан Скарлет»! Ты хочешь сказать, что никогда не слышал о нем? Это был…

— Думаю, кое о чем лучше не слышать никогда, — ответил Эван. — Впечатление такое, что ты там сворачивал голову цыпленку. Хорошо, что мы сейчас не на прямой связи, а то на Марсе подумали бы, что мы друг друга убиваем.

Джосс тихо заржал и протянул Эвану какой-то куб.

— А у меня еще есть вот такая штука.

— Это еще что?

— В космосе никто твоих воплей не услышит, — выдал Джосс очередное туманное замечание и снова исчез в своей каюте.

— Лучше бы никто не слышал твоего пения, — пробормотал Эван. Ответом ему был заливистый хохот и очередной хор из «Капитана-как-бишь-его-там».