Космическая полиция (трилогия) - Дуэйн Диана - Страница 77

Им овладело любопытство. Он снова полез в свалку, пробрался мимо «Роллза», где между покореженными кучами металла имелось нечто вроде прохода. Он осторожно протиснулся между ними и оперся на ближайший корабль, очень потрепанный «VW». Джосс находился у его передней части, совсем рядом с регистрационными номерами. Он наклонился, чтобы проверить их, и нашел их в списке. Этот корабль, согласно отчетам, пропал где-то на полпути, пересекая Пояс, точно так же, как «Шкода», которая показалась ему подозрительной. Но на сей раз у него появилось четкое доказательство.

Джосс продолжил исследование корпуса корабля, стараясь не повредить скафандр — хотя он и был очень крепким, тут, в такой тесноте, будет трудно быстро заклеить разрыв, так что погибать из-за этого не хотелось. Он добрался до двигателя. На первый взгляд, что весьма его удивило, двигатель был вроде бы на месте. Но когда он посмотрел в дыру на боку гондолы двигателя, то понял, ЧТО тут на самом деле произошло. Около половины двигателя словно бы выдрали оттуда. Конечно же, не буквально — кто-то проделал в боку корабля дырку каким-то энергетическим оружием. Двигатель просто испарился, а то, что уцелело, по краям оплавилось. Ближе к краям пробоины оплавленная обшивка прикрыла двигатель, так что сохранились обрывки кабеля и трансформаторная колода.

Джосс наклонился поближе и задумчиво выдохнул. «Нет, у старателей такого оружия не бывает. Им оно просто не по карману, — подумал он. — Это уже уровень вооружения военного корабля. Получше даже, чем у нас. Возможно, даже лучше, чем у Космического корпуса. У кого же может водиться такое?»

Он очень осторожно повернулся и стал выбираться наружу из темноты.

Освещение начало меняться. Конечно, беззвучно, но самого изменения хватило, чтобы ошарашить Джосса — это был не закат Солнца, хотя тот был уже близок. Освещение менялось от того, что куча покореженных кораблей… шевелилась.

«Идиот, — сразу же подумал он, застыв на мгновение и глядя на происходящее. — Полез сюда в одиночку да еще сказал по открытому каналу, куда иду. Если выживу, то, богом клянусь, стану посылать сообщения только на бумаге, да еще закодированными…»

Он посмотрел вперед, против света, и увидел, что куча кораблей весьма заметно сместилась. Кто-то толкал на него железные махины. Кто-то очень хотел его здесь зарыть. В это мгновение Джосс был прежде всего зол, и это пошло на пользу — страх придет потом. Сейчас он только помешал бы.

«Они не могут точно знать, где я, — подумал он. — По крайней мере это утешает. Посмотрим, сумею ли я выбраться вовремя и застать их врасплох». Он прижался к корпусу «Роллза».

На сей раз он кое-что услышал — не ушами, а через вибрацию корабля, на корпусе которого лежала его ладонь. Долгий, низкий, скрежещущий рев. Что-то перемещалось совсем рядом. Он запаниковал и стал лихорадочно выбираться наружу.

Свет катастрофически быстро тускнел. Солнце весьма некстати решило зайти.

«Ну давай, давай!» — взмолился Джосс всем силам, которые могли его сейчас слышать. Одновременно мотнул головой, выключая фонарик на шлеме. Может, и он ничего не увидит, но тому, кто пытается его убить, будет не легче. Не слыша и не видя его, они не смогут ничего сделать. Он тоже, но хоть шансы будут равны.

В это время вся куча катастрофически начала ползти, захлопывая ловушку. Когда он стал протискиваться к оконцу, сквозь которое виднелся кусочек неба со звездами, «Шкода» и «Роллз» начали быстро сближаться. Он торопливо огляделся по сторонам, прижал руки. И сделал это вовремя — с другой стороны на «Роллз» с глухим стуком свалился «VW». Сквозь скафандр Джосс ощутил шорох и скрип. Поморщился — впечатление было такое, словно по нему протопал многоногий слон. А вот что было бы, если бы «VW» прижал его руку к «Роллзу»… Руку бы оторвало начисто, и непонятно еще, от чего он умер бы раньше — от потери крови или от недостатка кислорода.

Джосс немного постоял, переводя дыхание, затем начал протискиваться позади «Шкоды». Это стало несколько труднее. Он ощущал, как острые края металла врезаются в его скафандр, давят в спину, царапают. «Только не прорвись, держись», — умолял он свой скафандр и Б. Ф. Гудрича, разработчика оного, медленно, но упорно продвигаясь вперед, поскольку при быстром движении скафандр было бы куда вероятнее прорвать. «Все равно… как давно я менял свой ремонтный комплект? И если все же прорвется — как быстро я успею заметить дыру на спине и поставить заплатку вслепую?»

Насколько он мог судить, до открытого пространства оставалось около трех футов, когда свет исчез окончательно. Он осторожно протискивался и поворачивался, прокладывая себе путь вперед. Опять движение, которое он скорее почувствовал, чем увидел. Груда металла застыла. И спереди и сзади в него упирались подпорки. Одна упиралась в него прямо под кирасой, где было много чувствительной электроники и воздухопровод. Короче, все жизнеобеспечение. А сзади шел подвод кислорода. Он был пришпилен надежно, как жук булавкой. Через металлические подпорки, упиравшиеся в грудь и спину, он чувствовал усиление давления, отдаленный скрежет металла…

Несмотря на это, он продолжал осторожно продвигаться вперед. Подпорка, упершаяся в него спереди, давила как раз на солнечное сплетение. Выбираясь, он еле удержался от рвоты, поскольку любое резкое движение грозило повреждением скафандра. Впрочем, медленное тоже. Рядом снова все задвигалось, и вдруг давление на спину ослабло. По-прежнему что-то давило сверху на шлем, и через него он ощущал зловещий дребезжащий рев. Джосс подался назад, уклоняясь от давления на живот, и медленно, осторожно, но все же как мог поспешно стал протискиваться вперед. Еще фут-другой, и он на свободе. Еще немного…

…он рванулся и выбрался на открытое пространство, перевернувшись в воздухе, чтобы не упасть лицом вниз.

Вместо этого он тяжело рухнул на бок, подскочил, откатился от свалки. После пары падений сумел остановиться и посмотреть на свалку с этой стороны. Металл рушился вниз, поднимая тучу пыли, которая, взлетая повыше — над горизонтом астероида, — становилась серебристой в лучах солнца.

«Ну ладно», — зло подумал Джосс, поднимаясь на ноги. Пригнувшись, он осторожно запрыгал в темноте вокруг свалки. Достал «ремингтон» из кобуры, взвел курок. Обычно он не любил стрелять по людям. Но сейчас у него руки так и чесались.

Он остановился, прислонившись спиной к корпусу развороченного корабля, накренившегося немного в сторону от свалки, и выглянул. Никого. «Ну иди же, — подумал он. — Ну, неужто ты не хочешь полюбоваться на мой труп, а»?

Никакого движения. Потом новый клуб пыли с другой стороны свалки. Новое оседание или все шуточки мрака? Или что еще? Джосс обошел корабль, к которому он прижимался, постоял немного, поскольку, хотя его глаза и привыкли к темноте, все равно было темно, хоть глаз выколи.

Свет. Вспышка.

«Господи, спасибо тебе за глупых преступников!» — возблагодарил творца Джосс, как чуть раньше Б. Ф. Гудрича. Еще чуть-чуть продвинулся вперед. Свет исчез, снова появился, опять исчез. Ручной фонарик, причем очень мощный. «Вот козел-то»! — удовлетворенно подумал Джосс, следя за тем, как свет то тут, то там пробивается сквозь груду металла. «И что теперь? Зайти с другой стороны и взять его? Или зайти со спины?»

Джосс порой впадал в романтическое настроение. Он любил старинную вежливость и традиции, особенно касающиеся честной игры. Но дураком он не был. «Сзади», — решил он и направился следом за фонариком насколько мог незаметно и бесшумно, хотя в здешних местах бесшумность была, в общем-то, не нужна. Просто трудно было отделаться от старой привычки.

Снова мелькнул свет.

«Ага, — подумал Джосс, — что-то высматривает». Отраженный от груды металла свет показал ему неизвестного — человека в латаном скафандре и закопченном шлеме. Джосс мог бы узнать эти заплаты, их расположение, если еще раз придется столкнуться с этим типом, хотя при таком слабом освещении цвета были не слишком различимы. «Ну давай, солнышко, — подумал он, прячась за кусками покореженного металла. — Ну иди же, я хочу получше посмотреть на того, в кого я сейчас всажу заряд». Джосс не слишком хорошо видел цель, а убивать этого типа ему вовсе не хотелось. В руку или в ногу, быстренько залатать скафандр — и полный порядок.