Флирт с баронессой (ЛП) - Леджен Тамара - Страница 34

«Что?» - недоверчиво спросила Пейшенс. «Кто тебе это сказал?»

«Мистер Брум сказал мне об этом сам».

«Он купил своих лошадей?»

Пру пожала плечами. «Мистер Брум мне тaк сказал. Он хотел доложить тебе

об этом сам. Он ждал тебя больше часа, но не мог ждать больше. Он сейчас в России. Я

не думаю, что мы когда-нибудь увидим его снова».

«Кажется, он забыл своих лошадей!» - сказала Пейшенс.

«Он хочет, чтобы они были у тебя».

Пейшенс было в ужасе. «Как? Я не могу принять такой подарок!»

«Я знаю. Вот почему я принялa его за тебя», сказала Пру.

«Пруденс!»

Пру рассмеялась. «Я всего лишь шучу. Это не подарок. Он хочет, чтобы ты

81

присматривалa за ними, пока его нет, вот и все. Что угодно, чтобы держать их

подальше от Макса, сказал он. Почему он так говорит, Пэй?»

«Потому что мистер Пьюрфой не заплатит за них справедливую цену. И

никто не осмелится превзойти его, кроме, конечно, мистера Брума. Что ж, я радa, что

мистер Пьюрфой не получил их! Для него хорошо не получить все, что он хочет!

Молодец, Фредди!»

Глаза Пру были круглыми. «Значит ли это, что ты оставишь упряжку?»

Пейшенс колебалaсь. «Конечно, я бы никогда не приняла такой дорогой

подарок», сказала она. «Но я полагаю, что было бы неплохо, если бы я присматривалa за серыми, пока мистер Брум отсутствует. Лошадям нужны упражнения, и, в конце

концов, он должен мне».

Пру едва могла поверить своим ушам. «Можем ли мы взять их сейчас?»

Пейшенс выглянулa в окно. «Они выглядят довольно свежими. Хокинс

держит их в тепле. Было бы жестоко не дать им пробежаться».

«Я достану свой капор!» - воскликнула Пру.

Менее чем через пять минут - рекорд для Пру! - она вернулась, и сестры

поехали в Гайд-парк, с Хокинсом на месте грума и Пейшенс, держащей поводья.

«Интересно, помнят ли они меня?» - пробормотала Пру, проезжая

Кларджес-стрит.

«Кто?» - с любопытством спросила Пейшенс.

«Лошади, конечно! Ты же знаешь, что они были Максa, не так ли? Он ездил

на них по понедельникам».

Пейшенс закатилa глаза. «У него лошади на каждый день недели?»

«Да», ответила Пру. «Но потом он потерял своих серых в пари или в

карточной игре, я забылa, что это было».

«Только дурак будет рисковать такими великолепными лошадьми в пари

или карточной игре».

«Не называй Макса дураком. Мы поссоримся», рассердилась Пру.

Пейшенс закусила губу. «Я не хочу ссориться с тобой, Пру», сказала она.

«Но есть кое-что, что я должнa знать. Он тебя целовал?»

Пру уставилась на нее. «Кто? Мистер Брум? Конечно, нет».

«Не мистер Брум! Мистер Пьюрфой! Ты можешь мне сказать. Я не буду

думать о тебе плохо. Только я должнa знать».

Пру рассмеялась. «Все это беспокойство зря, глупая гусыня! Англичане не

такие, как американцы! У них нет поцелуев, пока нет помолвки. И, конечно, ни одна

уважаемая девушка не позволила бы мужчине поцеловать ее, если бы они не были

помолвлены».

Пейшенс почувствовала, что ее лицо становится горячим. Несомненно,

мистер Пьюрфой не думал, что она респектабельная девушка! «Я понимаю, что мистер

Пьюрфой наполовину итальянец», сказала она, когда они увидели ворота парка.

«Тебе не стоит слушать такие гнусные сплетни!» - cердито сказала Пру. «То,

что человек немного загорел, не означает, что он итальянец».

«Он сам сказал мне об этом».

Пру больше не слушала. Они ввъехали в парк по дороге, заполненной

элегантными экипажами. «Как изысканно мы выглядим!» - радовалась Пру, когда они

присоединились к толпе карет на Кэрридж-драйв. «Все смотрят на нас! Я верю, что

мы единственные женщины в ландо. И, Пэй, ты единственная женщина-водитель - о,

кроме леди Кэролайн Лэмб! У нее свой фаэтон. Ты ее видишь? У нее неприлично

короткие волосы. Знаешь, она влюблена в лорда Байрона. По слухам, она послала ему

прядь волос - и не из головы!»

«Пру!»

82

«Что?» - невинно сказала Пру. « Я этого не делалa!»

Пейшенс былa вынужденa замедлить серых, сопоставляя их темп с другими

экипажами. «Здесь слишком тесно», пожаловалась она. «У Серпентина есть несколько

прекрасных, тихих тропинок, если бы мы только могли найти выход из этого

движения».

«Нет», возразила Пру. «Никто не увидит нас на тихой тропинке. Я думаю,

что ты упускаешь весь смысл катания в парке».

Нахмурившись, Пейшенс объехала двух дам, которые остановили свои

ландо посреди дороги, чтобы поболтать. В парке, казалось, было двa круга; один - по

часовой стрелке, другой - против часовой стрелки, оба прискорбно медленныe.

Остановки были частыми, когда встречались знакомые. Пейшенс жаждалa уехать

подальше от них.

Вскоре Пру задвигалась, недовольная. Все смотрели, заметила она, но никто

не смотрел на нее. Нет, они все смотрели на Пейшенс; Пейшенс, которая сидела высоко

в кресле водителя, надев на лицо вуаль из очень тонкой сетки, чтобы пыль не попала на

лицо. Это придавало ей оттенок таинственности. Как женщина, правящая своей

упряжкой, она выделялась. Джентльмены раскланивались с ней. Вдовы надевали очки, чтобы ее рассмотреть. Юные леди завистливо шептали, когда она проезжала мимо.

Куски разговоров донеслись до ушей Пру.

«... американкa ... очень богатая ...»

«Зеленые глаза, моя дорогая ... в них нет ни капельки орешника ...»

«Приглашенa на первый прием... отказалась ... королева в ярости ...»

«Принни хочет с ней встретиться, конечно ...»

«О, конечно!...»

«О, посмотри! Вот он!»

Пру повернулась так быстро, что у нее закружилась голова. Но принца-

регента нигде не было видно. Зато она yвидела лорда Милфорда, симпатичная

женщина с золотыми волосами сидела рядом с ним в ландо.

«Лорд Милфорд», сказала она, подталкивая Пейшенс в ребра. «Это, я

полагаю, его сестра. Ты не сказалa мне, что она такая хорошенькая», добавила она.

«Я не знаю, кто она», ответила Пейшенс. «У леди Изабеллы каштановые

волосы».

«Ты преданa!» - резко сказалa Пру. «Это месть лорда Милфорда за то, что

ты флиртовала с лордом Банвиллом!»

«Умоляю, не говори такие нелепости», пробормотала Пейшенс.

«Лорд Милфорд!» - крикнула Пру, махая графу, прежде чем ее сестра смогла

остановить ее. «Yoo-xо!»

При звуке ее голоса граф вздрогнул. Его лицо стало ярко-красным. К

удивлению Пейшенс, он сделал вид, что не видит их, и поспешно уехал.

«Как я и подозревалa», самодовольно сказал Пру. «Это была его

любовница».

«Конечно, нет!» - воскликнулa Пейшенс.

«Разве это не очевидно? Почему бы еще он так умчался?»

Лицо Пейшенс было алым от смущения. «Его любовница? Нет, я не верю в

это».

«Они здесь coдержат любовниц. В европейском обществе все закрывают

глаза. Это все очень цивилизованно. Eвропейцы гораздо более искушены, чем мы».

«Искушены! Это так называется? Я называю это грехом».

«Не будь такой наивной! У мужчин есть потребности, даже y лордa

Милфордa, по-видимому. Ты не ревнуешь, не так ли? Ты намного красивее, чем она. И

моложе».

83

«Ревную! Что за абсурд. Мне жаль женщину всем сердцем».

Пру хихикнула. «Мне тоже! Я не думаю, что он привлекателен».

«Мне жаль ее, даже если бы он был привлекательным».

«В самом деле? Почему?»

«Представь, что она, должно быть, чувствовала, когда он так уехал», сказала

Пейшенс. «Должно быть, она чувствовала, что ему стыдно за нее».

«Я уверенa, что она знает свое место», небрежно сказала Пру. «Ты слишком

много думаешь, Пэй. Она, наверное, актриса или что-то в этом роде».

Пейшенс сжала губы. «Возможно, нам не нужно идти в театр после этого».