Незабываемый голос (СИ) - О' - Страница 15

— Меня Дима отвезет, — сдаюсь, не желая оставаться вдвоем с Никитой.

— Какой еще Дима? — недоволен. И чем — скажите мне? Мне нужно страдать по нему и не встречаться с другими парнями? Бесит!

— Бармен, — поясняю я, а потом все же решаю уточнить. — Он муж моей знакомой.

— Ему еще до закрытия работать. Харе ломаться, крошка, я уже спал с тобой. Да и в твоем состоянии, тебя разве что утопить в канаве можно.

Ник выводит меня из клуба, несмотря на все уверения, что мне это не нужно. Мы загружаемся в такси. Парень безошибочно называет мой адрес, тем самым напоминая, что он ненормальный маньяк, который следил за мной. Вот только к чему эта забота? Он же сам сказал, что я ему больше не интересна… Переспал со мной и выбросил, как ненужную вещь. Так почему же теперь меня подхватывают на руки и несут по ступеням к лифту? Но в его объятиях так приятно, так тепло и хорошо. Мой пьяный рассудок отказывается понимать что-либо. Поэтому просто ловлю кайф от его запаха и тепла. От него все также пахнет чем-то цитрусовым и терпкими сигаретами.

Парень опускает меня на ноги у самой квартиры, сам открывает мою сумочку и находит ключи. Он проходит в мой дом так, будто это я пьяная приехала к нему в гости. Чувствую себя неловко и неуютно.

— Уходи, — повторяю в который раз за вечер.

— Обойдешься, крошка, — отвечает он, а затем устало добавляет. — Если тебе станет плохо и с тобой что-то случится, то я себе этого не прощу. Нахрена было так напиваться?

— А как мне было еще выкинуть тебя из головы? — говорю я прежде, чем успеваю подумать.

Парень удивленно замирает, вглядываясь в мое лицо. Представляю, как сейчас выгляжу. С размазанной косметикой и расфокусированным взглядом. Волосы мокрые после умывания в раковине, а глаза красные от слез, которые непроизвольно текли, пока меня тошнило.

— Дура, — подходит ко мне Ник, а затем прижимает к себе. — Тебе нужно в душ, крошка, а потом спать.

— Справлюсь, — неохотно пытаюсь оттолкнуть его.

— Вижу я, как ты справишься, — усмехается парень. Он ведет меня в ванную комнату, помогает раздеться и забраться в ванну. Мне должно быть стыдно, но алкоголь заглушил все чувства, хоть я и продолжаю четко соображать. Тяну Никиту за собой под струи прохладной воды, чем вызываю его недовольство. — Ну зачем?

А мне нечего сказать. Лишь пожимаю плечами, обнимая мокрого с ног до головы парня. Он качает головой, а потом помогает искупаться. Если честно, то его выдержке можно позавидовать. Его не возбуждают пьяные девушки? Или ему не интересна сама я? Конечно, кому нужна такая доступная шл*ха? Кажется, свои мысли я озвучиваю вслух.

— Ты — дура, Марин, — уверенно повторяет парень. — Я еще как хочу тебя, но при этом у меня, в отличие от тебя, есть мозги, и я не собираюсь трахать одну пьяную идиотку.

Даже обидеться на него за это не получается. Как Ник выносит меня из душа и укладывает в пастель — помню смутно. Безумно не хочу его отпускать. Хватаю за руку и тяну на себя.

— Я в душ, крошка, — улыбается парень. — Куда я от тебя в мокрой одежде денусь? Лежи спокойно.

Он возвращается буквально через десять минут, обмотанный до пояса полотенцем. Внимательно разглядываю его тело, ведь в прошлый раз было как-то не до этого. Он худой, но при этом видны твердые мышцы. На груди две татуировки, одна — большое сердце, другая — что-то похожее на череп. На правом плече еще два рисунка — якорь со спускающейся от него веревкой и чуть ниже что-то с цветами, не могу нормально разглядеть в своем состоянии. Мне нравятся парни с татуировками, наверное, в свое время Женька привлек меня именно этим. Но у Ника их гораздо меньше, хотя смотрятся они даже круче. Я не отрываю от него взгляд все время, пока он идет к кровати.

Парень забирается ко мне под одеяло, скидывая полотенце на пол.

— Ты такая холодная, — прижимается он ко мне, обнимая со спины. Его тело горячее, а кожа мягко касается моей кожи. Таю от этих невинных прикосновений.

Я не знаю, что ему ответить. Мне бывает холодной одной, но разве это не достойная цена свободы? Тогда почему же мне настолько приятны прикосновения этого гавнюка? Почему жизнь такая сложная штука? Как найти правильный путь? И есть ли он вообще?

— Кажется, я совершенно запуталась, пытаясь выкинуть тебя из головы, — признаюсь вслух.

— Спи, Марин, завтра будем распутывать, что мы с тобой наплели.

— Ты — маньяк, — заверяю я парня.

— Когда дело касается тебя — да, — соглашается он. — Но не бойся, я — безобидный маньяк.

— Еще какой обидный. Ты сделал мне очень больно прошлый раз.

— Мне казалось, нам обоим все понравилось, — в голосе парня звучит удивление.

— Не физически, болван, — бурчу я. — Ты меня унизил и растоптал, когда я только решилась тебе довериться. Последний раз в жизни так ошиблась, не хочу больше. Это слишком больно.

Почему я все это говорю ему? Не знаю, алкоголь уже выветрился, пусть и не до конца, но глубокая ночь и усталость действуют ничуть не хуже, позволяя вытащить из глубин души самые потаенные желания и слова. Днем этих признаний бы никогда не смогла произнести, сейчас же они даются легко и почти не волнуют.

— Прости меня, — целует меня в затылок Ник. — Я разозлился, сорвался, хотел наказать… Ты сказала, что тебя не интересуют серьезные отношения.

— Не интересуют, — подтверждаю я.

— Ты сама себе противоречишь, — вздыхает он в ответ. — Утро вечера мудренее, спи, крошка моя.

И я слушаюсь, покорно затихая в его объятиях. Даже это раздражающее прозвище в этот раз звучит не обидно, а как-то ласково и приятно. Вообще все вокруг становится не таким унылым и раздражающим. А сны мне снятся светлые и приятные, каких я не видела уже долгие-долгие годы. В них светит одно блондинистое солнце, разгоняя все тучи и проблемы.

Глава 8

Утро. Это прекрасное время, когда вылезать из кровати совершенно не хочется, а глаза слипаются даже при случайном соприкосновении головы с подушкой. А если вечер прошел более чем весело, то вставать наутро вообще нет желания. Вот только я прекрасно помню, что вчера перебрала с алкоголем, и кто помогал мне с последствиями.

Открываю глаза и обвожу комнату взглядом, но не вижу непрошеного гостя. Но обмануть себя тем, что мне все померещилось, не позволяет запах крепкого кофе. Стягиваю с кровати простынь, закутываюсь в нее и плетусь на кухню.

— Ник? — зачем-то уточняю я у парня, который выглядит очень даже бодро. Он стоит у плиты и варит мой любимый напиток.

— Нет, домовой, — оборачивается Никита и внимательно разглядывает меня, закутанную в простыню. — Неплохо выглядишь для той, кто вчера обнимался с унитазом.

— Я не просила тебя нянчиться со мной, — бурчу в ответ. Все же мне стыдно за прошлый вечер, да и парень реально помог мне. Хотя и причина моего желания напиться крылась в нем. В общем, все сводится к нему, но я все же решаюсь неуверенно сказать. — Спасибо.

— Может быть мне понравилось с тобой нянчиться? — улыбается парень, разливая кофе по чашкам.

И все же его улыбка шикарна! Непроизвольно растягиваю губы в ответ, когда в мои руки попадает желанная кружка. К моему счастью, похмельем я не страдаю — алкоголь вообще влияет на меня странным образом — поэтому делаю в голове пометку, узнать у Димы, что за дрянью он меня вчера напоил. Не думаю, что бармен промышляет чем-то запрещенным, все же он достаточно серьезный мужчина, как бы ни пытался казаться другим. Но с чего меня так унесло?

— Спасибо, — повторяю парню вновь, уже наслаждаясь сладким и горячим кофе.

— Слишком много благодарностей, крошка, ты начинаешь меня пугать. Или ты всегда такая добрая по утрам? — подмигивает Никита, за что получает толчок кулаком в плечо. — Ну-ну, не буянь. Я же шучу.

Что странно, но злости на него совершенно не испытываю, как и обиды. Мне уютно с ним на одной кухне, и это пугает. Все же еще недавно я считала его маньяком, а теперь распиваю с ним кофе и шучу. Хотя первым шагом было переспать с «маньяком». Что ж, мои достижения становятся все более и более безумными.