Ногайские народные сказки - Ногай Аждаут - Страница 13

Юноша приготовил еды на дорогу, взял саблю отца, и они вышли в путь. Они достигли цели, когда аздаа спал. Джигит сказал: «Бисмилла» — и срубил деревья. Затем он сказал: «Пусть впереди дорога будет ясной и солнечной, а позади пусть будет черный туман» — и бросился бежать. Аздаа проснулся и пустился в погоню за джигитом, но в черном тумане не смог его догнать. А юноша привез деревья домой и ночью посадил со стороны луны золотое дерево, а со стороны солнца — серебряное. Утром чуть свет он отправился на охоту.

А в это время старуха, переодевшись нищенкой, слова пришла в дом девушки с золотыми волосами. Дома, кроме девушки, никого не было: брат ушел на охоту, старуха продавала шкуры на базаре, а старик ловил рыбу.

Старуха пришла и видит: девушка с золотыми волосами сидит за шитьем.

— Сидишь на кровати из рогов пятнистого барана, со стороны луны — золотое дерево, со стороны солнца — серебряное, как хорошо! — говорит старуха девушке.

Девушка накормила старуху мясом. За разговором та спрашивает:

— Дитя мое, брат тебя любит?

— Конечно, любит, — отвечает девушка.

— Если бы он любил тебя, то каждый день поил бы свежим кумысом, — говорит старуха.

— А где взять свежий кумыс?

— Где брал другое, там возьмет и это, — сказала старуха и ушла.

Вечером юноша вернулся с охоты, соскучился, хотел поговорить с сестрой, но та надулась и молчит.

— Что случилось, почему ты сердишься? — спрашивает он.

— Если бы ты любил меня, то каждый день поил бы свежим кумысом.

Услышав это, юноша с серебряными бровями опустил голову, вышел во двор, сел на коня и поехал поить его.

— Эй, джигит, что голову повесил, какие думы тебя тревожат?

— Если не мне, то кому же думать? — отвечает юноша. — Есть у меня единственная сестра, и ее ежедневно надо поить свежим кумысом. А где я достану кумыс? Вот о чем я думаю.

— Пусть опухнет язык у того, кто сказал ей про кумыс, — говорит конь. — Кумыс можно достать от десяти кобылиц, что ходят в одном табуне с жеребцом. От этого жеребца еще никто не ушел живым. Придется поехать в тот табун, и наше счастье, если мы успеем туда, пока лошади не уйдут на водопой. У твоего приемного отца на чердаке есть большая голова воска. Возьмешь этот воск, захватишь еды на дорогу, приторочишь к седлу курук, и чуть свет мы отправимся в путь. Когда дойдем до песчаного берега, ты выроешь в песке яму, и я спрячусь в ней. Затем ты расплавишь воск, и натрешь мне хребет, а сам спрячешься поблизости. Почуяв наш запах, жеребец со ржанием и фырканьем прибежит к яме и станет меня кусать. От воска его челюсти быстро устанут. Тогда ты вскочишь на меня и накинешь курук на шею жеребца. Мы потащим жеребца за собой, а за ним побегут и десять кобылиц.

Юноша приготовил все, что велел паршивый мерин, и они вышли в путь. На песчаном берегу юноша вырыл яму, расплавил воск и натер хребет жеребца, сам же приготовил из рук и спрятался поблизости. Прошло немного времени, и примчался, рассекая небо и землю, жеребец. Он сразу же начал кусать мерина, но тот не шевелился. Жеребец кусал-кусал, пока челюсти его не устали, и тут мерин вскочил. Юноша сразу же взлетел на него, набросил петлю на шею жеребца и поволок его за собой. Десять кобылиц поскакали за жеребцом. Когда все они достигли дома юноши, тот соорудил для них загон, сам же чуть свет ушел на охоту.

А в это время старуха, переодевшись нищенкой, снова пришла в дом девушки с золотыми волосами. Она узнала, что юноша и на этот раз остался жив. Дома, кроме девушки, никого не было. Ее брат был на охоте, отец ловил рыбу, а старуха продавала на базаре заячьи и лисьи шкурки.

Смотрит старуха: девушка с золотыми волосами, ясная, как луна, сияющая, как солнце, сидит на кровати из рогов пятнистого барана и шьет.

— Как хорошо, — говорит старуха. — Сидишь на кровати из рогов пятнистого барана, со стороны луны — золотое дерево, со стороны солнца — серебряное, а ветер доносит запах кумыса. Принеси мне кружку кумыса, — просит старуха.

Девушка с золотыми волосами накормила старуху мясом, напоила кумысом. За разговорами старуха говорит:

— Дитя мое, брат тебя любит?

— Конечно, любит, — отвечает девушка.

— Если бы он любил тебя, то взял бы в жены повелительницу джиннов Сарыгыз. Она стала бы все делать дома: стирать, убирать.

— А где ее найти, абай? — спрашивает девушка.

— Раз уж он столько всего нашел, то и ее без труда найдет, — ответила старуха и ушла.

Вечером юноша вернулся с охоты, видит: сестра снова сердится на него.

— Что с тобой случилось? — спрашивает юноша.

— Что со мной может случиться? — отвечает девушка. — Целый день я вожусь в доме; вся в золе, в саже готовлю еду, волосами пол мету. Если бы ты любил меня, то взял бы в жены повелительницу джиннов Сарыгыз и привел бы ее в дом.

Юноша, опустив голову, вышел во двор, вскочил на коня и поехал поить его.

— Эй, джигит, что голову повесил, какие думы тебя тревожат? — спрашивает мерин.

Юноша рассказал ему обо всем.

— Пусть опухнет язык у того, кто сказал ей о повелительнице джиннов. Все, кто побывал у нее, окаменели. Наше счастье, если мы подоспеем туда, когда она будет расчесывать волосы после мытья. Мы должны приехать ночью, зайти на кладбище и до утра прятаться в могильных ямах. Каждое утро повелительница джиннов Сарыгыз моет голову. В это время ты должен подняться на нижнюю ступеньку крыльца дома, где она живет, и крикнуть: «Повелительница джиннов Сарыгыз, выйди сюда!» Если она не выйдет, поднимись на следующую ступеньку и снова крикни: «Повелительница джиннов Сарыгыз, выйди сюда!» Если и после этого она не выйдет, поднимись на самую верхнюю ступеньку и крикни: «Повелительница джиннов Сарыгыз, если ты не заткнула уши ватой, выйди сюда!» Тут Сарыгыз выйдет наружу и сердито крикнет: «Кто тебе нужен?» — «Ты нужна!» — крикнешь ей в ответ. Тогда она впустит тебя в дом, и там ты должен делать все, что она прикажет.

На следующее утро еще затемно юноша выехал в дорогу. Много ли ехали, мало ли, но к вечеру достигли кладбища. Юноша набрал травы, и они с конем спрятались возле могильного холма, укрывшись травой. На утро юноша отправился к дому повелительницы джиннов Сарыгыз. Он поднялся на нижнюю ступеньку крыльца и крикнул:

— Повелительница джиннов Сарыгыз, выйди сюда!

Никто не откликнулся. Тогда юноша поднялся на вторую ступеньку и снова крикнул:

— Повелительница джиннов Сарыгыз, выйди сюда!

И на этот раз никто не вышел. Тогда молодой джигит поднялся на третью ступеньку и опять крикнул:

— Повелительница джиннов Сарыгыз! Если ты не заткнула уши ватой, выйди сюда!

Тут Сарыгыз выскочила на крыльцо и сердито крикнула:

— Кто тебе нужен?

— Ты нужна! — крикнул в ответ джигит.

Тогда повелительница джиннов Сарыгыз впустила его в дом. Она дала джигиту большую тарелку, полную меда, сверху положила белый калач и говорит:

— Вон по той лестнице поднимешься вверх, да смотри, чтобы не пролилась ни одна капля меда и ни одна пылинка не села на калач.

Джигит взял тарелку с медом и калач и стал подниматься по лестнице. Смотрит: перед ним большой аул, на его главной улице много народу. А посреди улицы стоит бочка, до половины наполненная смолой, а в смоле сидит женщина. Поглядел джигит на женщину, не выдержал и повернул назад. Пока он спускался, на калач капали его слезы. Юноша вошел в комнату, а повелительница джиннов Сарыгыз увидела мокрое пятно на калаче и спрашивает:

— Что это такое?

Тут юноша рассказал ей о том, что видел, и покаялся:

— Не стерпела моя душа, и капнули слезы на этот калач.

Тогда повелительница джиннов Сарыгыз говорит:

— Это была твоя мать. — С этими словами она вышла из дому, тряхнула волосами и окаменевшие люди тотчас ожили.

Затем Сарыгыз приказала ожившим людям:

— Женщину, что сидит в бочке со смолой, выньте, искупайте в бане и приведите ко мне.

Через некоторое время ожившие люди привели мать юноши. Сын и мать целуются, обнимаются, то плачут, то смеются. Затем мать и сын несколько дней отдыхали в доме Сарыгыз. А мерина поставили в чистый сарай, насыпали ему отборного овса, наложили нежного сена.