Королевские клетки (СИ) - Ганин Илья Александрович - Страница 123

Лиля не знала, что сказать.

— Рик с тобой ведь не говорил об этом? Намекнул — и больше не упоминал? Он ничего не забыл. Он вообще ничего не забывает. Может показаться, что он поторгуется за прощение — но если он сочтет тебя виновной, он не будет торговаться. Он просто немного поменяет время и способ казни. Я даже не уверен, что он спросит меня.

Все было зря. Все…

— Твои волосы — ровное, светлое золото. Похоже на самый лучший мёд. Волосы моей жены были темнее. Они скорее походили на тусклую латунь. Не молчи, пожалуйста. Нам надо знать, что ответить. Я обещал тебе защиту, и ты знаешь — я умру за свое слово. А за тебя — и не один я. Ты знаешь где тело Лилиан Брокленд? Все было правдой, но мне надо знать кто ты.

— Я просто мою волосы. Ее тело перед тобой. — медленно сказала Лиля.

Джесс помолчал, глядя на нее… с надеждой?

— Как тебя зовут? — Лиля молчала.

— Пожалуйста. Ты же можешь лишить меня почти всего парой слов.

— Сейчас меня зовут Лилиан. Мариэлла. Брокленд. Графиня Иртон. — Джесс просто молча смотрел на нее.

— До седьмого ijula тысяча девятьсот девяносто четвертого года меня звали Alevtina Vladimirovna Skorolenok. — сказали за нее чужие немеющие губы, так уставшие лгать. — В этот день я погибла вместе со своей семьей. Я очнулась в Иртон-кастл, Ативерна. В теле Лилиан Мариэллы Иртон-Брокленд. От боли, после ее выкидыша. Значительная часть ее памяти мне доступна. Что-то похожее у вас называют "шильдой". Ты это хотел услышать? Это — правда. Можешь объявить это сказкой.

— Вот теперь Рик. — глаза у Джесса были по короне. — Точно от зависти зубы съест…

Мягко выражаясь, Лилиан ожидала другой реакции.

— Что?!

Джесс смутился.

— Э-э-э… ну, мы… э-э-э-э… в юности как-то обсуждали… э-э-э-э…

Теперь глаза по короне стали у Лили.

— Вы мечтали о шильде в женах?!

— Ну, не в женах! Так… ну, в-общем, так просто разговаривали.

— Господи, мужчины, да вы вообще-то думаете о чем-то кроме?!.

— Да! Конечно! Сейчас уже думаем. В-общем, главное, если Ричард будет тебя спрашивать — не лги. Любая правда будет лучше любой лжи.

Ему явно полегчало и он снова примерился к пирогу.

— И что теперь? — спросила Лилиан.

— В смысле?

— Ну… ты получил ответ?

— Да. Спасибо. С меня… что с меня? — он посмотрел на нее с некоторым недоумением. — Или ты имеешь в виду побегу ли я с воплями к альдону?

Лиля чувствовала странную смесь облегчения, смятения, раздражения и даже не знала что сказать.

— Ну… да!

— Вообще, мысль неплохая. Насчет альдона, а не воплей. А то ребенок родится, а я на тебе как-то не совсем женат. Это непорядок… Про самозванку — это пусть у Августа голова болит, это меня не касается — если ты ему вообще что-то скажешь. Чего ты на меня злишься, я же ничего не сделал?!

— Какой ребенок?!

— Ну, вообще, я думал ты-то в курсе дела… После вот примерно таких танцев — он ткнул ножом в сторону кровати. — Появляются дети. Лично я бы — на всякий случай! — попытался еще… э-э-э… несколько раз.

— Как у тебя все просто! — Лилиан вскочила и начала нервно ходить по помещению.

— Мадам лекарь, знаешь, кого ты мне напоминаешь? Корову.

— ЧТО?!

— Кого. Корову. Шевалье полковника Мульера. Моего полковника… Каждый раз, как перед боем у него что-то не так шло, как он рассчитывал — все, полк вешался. Себя грызть будет, всех грызть будет… Второй роты капитан — тогда Брелен был — как-то раз сказал, что противнику просто стоит перед самым боем сдаться — и все, и Корова сам всех забодает. Вот сейчас — чего ты боишься?

Все это было неправильно. Не так. Не тогда. И воспоминания о прошлой ночи мешали. И вообще воспоминания о последних месяцах. Но — ее люди, Миранда, ее дела? Ладно, будем играть с тем, что на руках.

— Давай кое-что обсудим. У меня на руках довольно много крупных дел. Ты мой муж — помоги мне Альдонай! — но делами я хочу управлять сама.

— Какими? Тебе хочется продолжить лечить моих солдат? Ну, если ты так хочешь…

— То есть, ты не знаешь? Дорогой, у МОИХ предприятий оборот более сорока тысяч корон в год. — Лилиан все-таки "урезала осетра". Раза в три.

— Стоп! Стоп. Его Величество изволили сказать — "С этой дамой Мы будем договариваться как с гильдией". В смысле — договариваться будет он, лично. Но есть вопрос и у меня.

— Я не закончила. Миранда Кэтрин.

— Вот! Где она?!

— Я получила письмо, она возвращается через три дня. На момент отправки письма, то есть три десятинки назад, была жива-здорова.

Джесс выдохнул.

— Уже значительно легче. А с кем она там вообще?

Через пять минут Джеррисон "бегал по потолку", а Лилиан огрызалась. Их мнения по поводу "воспитания благородной девицы" — ей Богу, он так и выразился! — расходились практически во всем.

— Ну, смотритель кухни и погребов не наврал. Ты явно поправляешься, и вы уже, конечно, переругались. Мадам, Мы рады и вас видеть в добром здравии.

Супруги поперхнулись.

— Ваше Величество.

— Ваше Величество.

— В кабинет. О делах и деньгах вы поругаться еще не успели?

Король выслушал её запинающиеся пояснения без эмоций и велел переходит к взаимным претензиям. Каковые тоже выслушал без замечаний.

— … и я, Ваше Величество, обоснованно предполагаю, что обладаю..

— Остановитесь.

— Да! Ваше Величество….

— А ты даже не начинай. Мадам, вы желаете быть правопреемницей своего, так сказать, сосуда? Увы, это означает и ответить за ее глупости, и принять сопутствующие замужеству обязанности. Первое вы сделали, а второе — пока не хотите. При этом, если принять ваши объяснения, имя и все, что с ним связано, у вас существенные правовые затруднения. Имя Вашего мужа — весьма серьезный аргумент в пользу этого подхода. Джесс, откровенно-то говоря, за тобой грехов водится куда как побольше. Так что, супруги Иртон, Мы настоятельно рекомендуем вам НЕ начинать переводить все в деньги и власть, а также НЕ торговаться по поводу того, кто и что в прошлом натворил. Кроме того. Джесс, тебе так нужны эти деньги и гора дел? Или тебе мало народу в полку, гонять его?

— В смысле?!

— Ну, ты там, я не знаю, конюшню построишь из яшмы и серебра, на доспехах золотом цветуечков нарисуешь? Хозяйством управляет жена. Или тебе обязательно надо на каждой свадьбе женихом, на каждых похоронах — сам знаешь?

— Я, — поджал губы Джеррисон — Служу Вашему Величеству. Средства — для моего полка, приданое дочери, наследнику, надеюсь…

— Так. А Вы, графиня?

— Медицинская школа. Типография. Вообще, детей и людей моих надо как-то обеспечивать, на минуточку. Знаете, мягко выражаясь, найдется на что тратить.

— Есть сомнения в искренности? — Джесс и Лилиан уставились друг на друга. — Нету. Есть сомнения в обоснованности основных трат партнера? Есть внятные возражения? Вы супруги, и надо отметить — вы сильно похожи. Чтобы виноватым во всем были Мы, повелеваем: дела вам вести совместно. ВСЕ дела. Сначала договариваетесь, потом действуете. Поделите владения и трудности. Естественно, с ОБОЮДНЫМ условием уважения и верности, каковое обсудите наедине. Ну, и чтобы вам обоим было чем заняться…

Рик скрылся из виду, наклонившись под стол. Судя по шуму он открыл ящик стола и, роясь там, спросил:

— Джесс, ты ведь еще в Тарале не был? Съездишь с графиней, посмотришь на Третий кавалерийский, оценишь местность. Доклад мне. Можно дня через два-три, не горит.

— Зачем?

— Два дела. — Рик что-то нашел и со стуком доставал. — Во-первых, оцени капитана Трея. В смысле, как он в качестве полковника. Во-вторых, готовься менять там его полк.

Лилиан уже набрала воздуху в грудь, но Джесс, против ее ожидания, очень серьезно спросил:

— Кто?

— Стеклянный Дом. — король выбрался из под стола и положил на него полотняный сверток. — Из того, что "Вестно Нам учинилось".