Королевские клетки (СИ) - Ганин Илья Александрович - Страница 14

— И не стыдно им там купаться?

— Манс, побойся Бога — там почти двести метров. С такого расстояния — что там видно-то? А за нос бравых кавалеристов поводить приятно.

— А что ж они тут за этот несчастный пост так переживают?

— Что им кроме воображения надо-то? Пусть их. Очень полезный пост — пусть наставление по дозорной службе учат, бездельники. Да я не о том — слушай, я такую штуку там видал! Вот, гляди.

На листе бумаги возникло изображение известной будки анфас.

— И что это?..

Полковник объяснил.

— Ну… — поскреб в затылке капитан квартирьеров. — Идея, конечно, забавная… Подумать надо. Это ж сколько гвоздей они на одну такую будку извели?!

— Вот хотя-бы для офицеров, что-ли. Опять же, требует графиня… — последовало краткое и неодобрительное описание гигиенических требований.

— Надо подумать. Опять же — легко сказать, руки мыть! А вода? А выльют ее куда?

— Так, еще одно. Я там про сено спросил.

— И?!

— Она нам сено заказывает. Вместе со своим.

— Сено?!

— Ну.

— Так. А мы стало быть отдаем…

— Держись за лавку. Ничего не сказано — весь навоз наш.

— Шутишь?!

— Не-а. Так что, сколько сможешь — продавай, меняй.

— Да ты что?! Уже тут подъезжали…

— Ты только совсем-то уж не это, не наглей — какие-то сады у них там есть, предложи садовнику. И с гвоздями не жмись — раз уж так вот экономим на ровном месте.

— Нет, но ты что — правда ничего не спросили? Может, просто графине-то как-то неуместно, управляющий там, небось есть?

— Нету. Есть в замке вирманка, есть помошник ее, и все. Так что — лови возможность, загоняй… Манс, вот почему так, а?! Ведь я ж в кавалеристы рвался — я даже подумать не мог, что буду на самом деле заниматься сеном, навозом, да прости Альдонай — отхожими местами!

Манс пожал плечами.

— Ты не хуже меня знаешь — кто этим не занимается, тому потом воевать не с кем…

Два города

Дел в славном городе Монкаре у путешественников было несколько.

Во-первых, следовало продать лошадей. Ближайшую десятинку путешествовать предполагалось водой, везти с собой лошадей было нереально.

Во-вторых, надо было найти транспорт до Бейкара. Причем быстро, поскольку сезон уже кончался.

В-третьих, быстро оценить ситуацию и здесь.

Забросив вещи в постоялый двор Толстого Дварри — настолько комфортный, что там всем постояльцам давали комнаты, Ричард и Джерриссон разделились.

Рик пошел искать улицу Пяти Чашек, на которой находилось представительство Ативерны, а потом в порт. Джериссону ни там, ни там нечего было делать — все равно принц Ричард должен был лично подтвердить, что он это он, в хитросплетениях маршрутов и условий он даже и не пытался разбираться. Рику же абсолютно нечего было делать в лошадиных рядах — где он не мог ни отбиться от барышников, ни поторговаться, ни оценить сбрую.

Договорились встретиться вечером, в корчме Толстого — так оно и вышло. Джесс уже сидел с парой пузатых глиняных кружек пива (какое еще вино в квартале нормальных людей?) и ждал, не спеша обгрызая сушеную озерную рыбину, пока ему принесут мясо с овощами. В городе он удачно прикупил соли, приценился к наплечникам, выторговал отличный набор метательных ножей (а ну и что, что игрушка), еще один нож поразивший его в самое сердце, с сожалением отказался от кольчуги двойного плетения — тяжеловата, а укорачивать некогда. Потом немного поспорил с кузнецами о надлежащем весе шпаги (с примерами) — ну, а там и темнеть начало. Кузнецы его и проводили.

Рик плюхнулся напротив него и не спрашивая приложился к кружке.

— Ноги гудят — сообщил он оторвавшись от нее, и немедленно вернулся к неаристократическому напитку.

— Как прошлись, Ваше Высочество? — иронически спросил Джесс. — Вижу, что не мало…

— Прошелся — хорошо. Дела — отвратительно. Пиво — отличное. Тебе короче расказывать — начни?

— Продал, считаю что неплохо. Несознательные граждане города пытались сбить цену…

— Ага, то есть вот что за ор и вопли были слышны всю первую половину дня?

— Да там всегда орут! И вообще — а как ты слышал-то?

— Улица Фарфоровой Куклы — на два уровня от Лошадиного Луга. Это идти там вокруг полчаса, а так-то доплюнуть можно.

— А-а. В-общем, сторговался на трех коронах и четырех скипетрах и пошел назад.

— А почему потом орали?

— Потому, что нечего при мне крашеного жеребца торговать, пытаясь меня перебить. Тоже мне, ловкач нашелся. Плохо то, кому я их на самом деле продал.

— Кому?

— Коронному курьеру Уэльстера. Слава Альдонаю, он меня не узнал. И была у него при себе сумка с двумя печатями. Прибыл он в город сегодня утром. Еще раз: утром. Смекаешь?

Обычные суда по Лейс ночью не ходили.

— Он купил корабль?!

— Нет. Взял королевский.

— Вот как…

— А у тебя что?

— Во-первых, местный представитель Ативерны ничего сделать не может. Корабля у него нет, общий представительский ушел позавчера — и появится только дней через 12–15. Во-вторых, в дополнение к твоему, корабля-курьера в порту во второй половине дня не было.

— Постой, как это — не было?! Может, он решил сбор сэкономить и на рейде повисеть?

— Джесс, это Лейс! Какой рейд?! Это означает, что он не менее срочно кого-то забрал на борт и пошел дальше. Или уже имел кого-то с таким же срочным сообщением на борту.

— Н-да. Мыслится мне, времени у нас мало. Это все плохие новости?

— Нет. Третья и главная — корабля-курьера или просто попутного каравана в Бейкар нет.

— Как это — нет?!

— А вот так. Основные караваны в Бейкар отсюда — руда, уголь и соль. Ативернские купцы снизили закупку соли наполовину, баржи стали грузить углем и рудой. Так что сейчас, перевозки на сезон фактически закончены. Склады соляные — забиты под крышу.

— Подожди-ка — они соляные баржи под уголь поставили?

— Вот так. Они не надеются на восстановление потока. Не спрашивай меня, что такое дома случилось, ладно? Потому, что я не знаю.

— Ясно. Как будем добираться?

То, что добираться нужно срочно даже не обсуждалось.

— Вариант нашелся… Но поганый. Завтра с отливом идет галера. Везут они шерсть, в Бейкар капитан берется зайти. В принципе, за корону нас берут.

— Галера.

— Именно.

Откуда на таком судне гребцы — тоже можно было не обсуждать. И что за команда, которая этих гребцов заставляет работать.

— Сколько нам на ней идти?

— Двое суток. Сможем спать по очереди?

— Остается попробовать. Ты с капитаном договорился?

— Сказал, что если решу — придем на пирс перед отходом.

— Остался только один вопрос… Где и зачем ты взял эти башмаки?

Вместо привычных высоких кавалерийских сапог, на Ричарде красовались отличные новые ботинки, с тупыми носами и массивными серебряными пряжками. На пряжках были одинаковые эмблемы — сокол на свитке.

— Э-э-э… Ну, я из порта шел, время было… Короче, я поучаствовал в публичном диспуте. Гильдия сапожников-башмачников спорила с гильдией купцов.

— О чем?!

— Полтора года назад, один купец купил в Мольфаре и приволок сюда партию башмаков, корон на двадцать. Сапожники заявили протест, потому что в Монкаре право торговли обувью — за их гильдией. Само собой — башмаки на алтарь, а все — толпой судиться.

— Что ж тут судиться-то?! Дело ясное — право и все!

— Не скажи. Гильдия купцов имеет право торговли вещами. Без оговорок, понимаешь? Всеми. Башмак же вещь? Так что они выкатили протест, в котором в конце и написали, что, мол, нормальные люди алтари башмаками не украшают. Сапожники, само-собой, в долгу не остались — наняли законников, так вот они и препирались. На сегодня был открытый диспут. А я уже злой шел, думаю — а что мне? Ну и влез. Там от башмачников такая рожа чванливая — ну прямо грех не уесть.

— Это мы так скрываемся, значит. Ладно, что там было-то?

— Я, типа, спрашиваю сзади — а что, мол, почтенная гильдия за башмаки права на исключительную торговлю получила? Или что там написано-то, в преамбуле магистратского разрешения? Тот мне и отвечает, что, мол, нетрудно ему и повторить профану — за великую пользу для ног, которую и оказывают их башмаки… Тут я вылезаю вперед — мол, раз польза — от гильдии, то как же вы чужие-то башмаки трогаете? Там польза-то была совсем не вами оказана. И не Монкару, если подумать. Опять таки, а почтенный купец имеет право торговли на основе чего — не на основе ли пользы перевозки? Так что вы мало что чужую пользу хватаете, вы еще и в чужой карман полезли? Опять-же, а башмак есть — что? Ну, тут сапожники нас бить собрались, а купцы меня под руки — да в магистрат. А там свитки подняли, поругались с рожей полчаса — магистрат и говорит, дело, мол, ясное — башмаки сначала выучитесь шить, а потом уже про пользу разговаривайте. Вот купцы мне и это… отблагодарили.