Звезда Комо (СИ) - Лёвенштейн Карола - Страница 43

«Я бы предпочёл одурманить эту глупую гусыню тростником-дурманом и обыскать её квартиру», — даже в мыслях Адама я ощущала его неистовый гнев и нетерпение. «Я просто хочу, чтобы она дала мне ключ. Почему она так сопротивляется?»

«Почему бы тебе не проникнуть в её разум и всё закончить?»

«Это слишком рискованно», — подавленно сказал Адам. «Если она заметит, то точно придет в ярость и не скажет ни слова. Она хоть и делает вид, что совершенно не осведомлена, но я уверен, что это не так. Если она закроет сознание, то я вообще ничего не смогу сделать. Это мой последний вариант, если не будет другого выхода.

«Тростник-дурман мог бы помочь нам достигнуть цели», — задумчиво ответила я. «Но маловероятно, что такую ценную вещь как ключ, она просто запрет в шкафу, где его может найти любой вор.

«Я знаю», — с сожалением констатировал Адам. «Ладно, на этот раз я уйду с миром, но если она продолжит использовать меня в качестве послеобеденного развлечения, то я буду вести себя с ней по-другому.»

«Я это отлично понимаю», — быстро сказала я.

Адам повернулся к Заре фон Некельсхайм.

— Большое спасибо. Очень щедро с вашей стороны, — высокопарно произнёс он. — Мне нужно идти.

— Конечно, я провожу вас до двери.

Зара фон Некельсхайм собралась было сопроводить Адама до двери.

— Спасибо, я сам найду выход.

Прежде чем она могла последовать за Адамом, он уже быстрым шагом вышел из квартиры моей дальней родственницы.

Я покинула мысли Адама и сосредоточилась на том, что меня окружало в Миндоре.

— К сожалению, сдвигов нет, — сказала я, обращаясь к Ширли. — Адам снова побывал у Зары фон Некельсхайм, но она так и не дала ему ключ от склепа.

— Старушка еще тот крепкий орешек, — задумчиво заметила Ширли. Она хотела добавить что-то еще, как вдруг Лидия вскочила на ноги.

— У меня кое-что есть, — взволнованно воскликнула она. — Это заметки об одной статье, в которой написано, что из угля можно делать бриллианты. Похоже на заклинание.

— Из угля можно делать бриллианты, — ответила я, вспоминая уроки профессора Нёлля. — Но это не удастся магу с обычными способностями, даже самому хорошему.

— Обычный маг не сможет, — задумчиво промолвила Ширли. — А вот тот, кто владеет пятым элементом, да к тому же написал сильное заклинание, смог бы.

— Вот и решение, — восторженно ответила я. — Это должно быть оно.

Сделка с гномами

— Просто безумие, — поражённо произнёс Лоренц, когда я открыла шкатулку и показала ему сверкающую гору алмазов. Адам, бабушка и я работали целую неделю, чтобы создать эти алмазы. Мы пожертвовали Рождеством и спали только когда это было абсолютно необходимо.

— Это действительно было абсолютное сумасшествие, — ответила я. Подавив зевок, я откинулась на спинку дивана. Мы сидели в гостиной Лоренца в Глиняном переулке 13. Прошлая ночь тоже была совсем короткой. — Мой отец был абсолютным гением.

— Точно, — кивнул Торин. — Если гномы теперь не умрут от восторга, тогда я тоже без понятия, что ещё можно сделать.

— По крайней мере, это даст нам немного времени, — с удовлетворением сказал Адам. И я впервые увидела его улыбающимся с тех пор, как провалился наш ритуал в Таинственном саду. — А за это время я, надеюсь наконец уговорю Зару фон Некельсхайм отдать мне ключ от склепа. Учитывая то, как ревностно она его защищает, там может скрываться только одно: доступ к тайнику, где лежит Звезда Комо.

— Когда вы встречаетесь с гномами? — спросила Лиана, с изумлением глядя на шкатулку с алмазами.

— Через час, — ответила я, снова зевнув. — Рокко Гонден будет нас с Адмом сопровождать. Он наш главный представитель на переговорах.

— Думаешь, гномы на это согласятся? — с беспокойством спросила Лиана.

— Наверняка. Гномы всегда жадны до сокровищ, — ответила я. — А сами они хоть и могут создавать заклинания, но не обладают силой пятого элемента. Они не в состояние изготавливать алмазы. При необходимости мы изготовим гораздо больше, только чтобы они дали нам немного времени.

— Если они уже однажды заключили сделку с Тони, то заключат и с Сельмой, — уверенно сказал Адам.

Я посмотрела на него. Под его глазами пролегли тёмные круги, и он выглядел уставшим и напряжённым. Он встретил мой взгляд с такой настойчивостью, что у меня перехватило дыхание.

— Когда вернёмся, то отпразднуем нашу годовщину, — тихо промолвил он, в то время как Лоренц и другие детально разглядывали алмазы. — Ты ещё помнишь, как всё началось?

Я улыбнулась, вспомнив канун Нового года четыре года назад.

— Как я могу забыть? — с улыбкой спросила я.

Он переплёл свои пальцы с моими.

— Я хочу поужинать, как и тогда, — сообщил он. — Посмотреть на фейерверки и провести с тобой ночь.

Он говорил тихим шёпотом, затем поднял наши переплетённые руки к губам и поцеловал мою.

— С превеликим удовольствием, — прошептала я. — Я люблю тебя.

— Я люблю тебя, — ответил Адам, и теперь я почувствовала, как он проник в мои мысли. «Во веки веков.»

Торопливый стук в дверь прервал наш интимный момент.

Лоренц испуганно выпрямился.

— Кто беспокоит в канун Нового года? Я же написал, что мы закрыты на время праздников и не принимаем заказов, — он угрюмо направился к двери, в то время как в неё снова нетерпеливо застучали. — Да-да, уже иду.

Когда Лоренц открыл дверь, в неё ворвалась Ширли, чуть не сбив Лоренца с ног. Казалось, она была вне себя.

— Что случилось? — в тревоге воскликнул он.

— Сенатор Дусс мёртв, — выдохнула она, глядя на нас широко распахнутыми глазами.

— Сенатор Дусс? — повторил Адам ледяным тоном. Он тут же напрягся.

Слова Ширли медленно доходили до моего сознания. Это невозможно. Сенатор Дусс был сенатором по судебным вопросам. Под его началом находился суд и, кроме того, он поддерживал Ладислава Энде.

Теперь в министерстве отсталость сего восемь сенаторов, и половина из них на стороне Густова Джонсона, который, очевидно, был приспешником Бальтазара. Это катастрофа. С таким распределением голосов сенаторы могли запросто блокировать важные решения.

— Ты уверена? — настоятельно спросил Торин и серьёзно посмотрел на Ширли.

— Моё контактное лицо заслуживает абсолютное доверие, — возразила Ширли. — Всё произошло точно так же, как в случае с Клеменсом Хоффером. Это не может быть совпадением.

— Есть ли какие-нибудь следы насилия или убийства? — Адам встал и подошёл к Ширли.

— Нет, — отозвалась Ширли, и я ясно увидела страх в её глазах. — Вы понимаете, что это значит?

— Разумеется, — с горечью ответила я. — Ладислав Энде медленно, но верно теряет большинство в сенате.

Мы должны что-то сделать.

Адом подошёл и положив руки мне на плечи, серьёзно посмотрел на меня. В его тёмно-голубых глазах затаилось глубокое беспокойство.

— Сейчас мы пока ничего не можем сделать, — ответил он. — Потому что нам пора к гномам. Если мы опоздаем, они не захотят вести переговоры об отсрочки, и тогда в любом случае всё будет напрасно.

— Но, — начала я, но тут же замолчала. Адам прав.

Адам горько улыбнулся.

— Когда вернёмся, выясним, что там случилось. Я знаю, что ситуация сложная, но когда она не была такой?

Я повернулась к Ширли.

— Спасибо, что пришла к нам. Ты не могла бы сообщить об этом моей бабушке? Может она сможет поговорить с друидами и выяснить, от чего умерли сенаторы. Бедная Дорина. Теперь она тоже потеряла отца. Наверное, это сильно встревожит Скару.

— Пойдём, — нежно сказал Адам и взял меня за руку. — Нам пора.

Я кивнула и одела тёплую зимнюю одежду. Затем мы вышли на улицу и по хрустящему снегу дошли до рыночной площади, где хотели встретиться с Рокко Гонденом.

Это был солнечный зимний день. Небо прояснилось после множества пасмурных дней и светилось весёлым голубым цветом, и хотя температура была гораздо ниже нуля, мороз не стеснял меня.

Воздух был чистым, я глубоко вдохнула, чтобы стряхнуть с себя шок от слов Ширли.