Звезда Комо (СИ) - Лёвенштейн Карола - Страница 65

— То есть Зара фон Некельсхайм не может последовать за нами? — напряжённо спросила я.

Это звучало уже намного лучше.

— Нет, — Торин покачал головой. — Если никто из вас не протянет ей руку, она не сможет сюда войти. Разве что у неё есть другой ключ.

— Этого я не знаю, но если бы он был, она бы уже давно ворвалась сюда, чтобы навести порядок. Однако она может сделать дубликат.

— Покажи мне ключ, — попросил Торин.

Я вытащила его из кармана брюк и протянула Торину. Он коротко изучил ключ и кивнул.

— Совершенно очевидно — работа гномов. Ей не удастся так быстро найти дубликат, а без ключа будет сложно попасть в гробницу.

— Да, она действительно хорошо защищена.

Я вспомнила каменные лица, которые так яростно защищали семейное святилище.

Лоренц прочистил горло.

— Если вы уже закончили со своей светской беседой, было бы здорово, если бы Торин, наконец, отдал листья органзы. Я здесь умираю от боли.

Торин поморщился.

— Верно. Извини. Нужно так много всего обсудить. Но это пока подождёт.

Он снял рюкзак, который пристегнул к животу, и вытащил миску, бутылку с водой и мешочек, наполненный молотыми травами.

Жизель ассистировала Торину и развела пасту. Мы с Вельфом пропустили Лоренца вперёд. Когда Жизель нанесла пасту на руки Лоренца, он блаженно вздохнул. Я ещё хорошо помнила чувство освобождения, когда боль, наконец, стихает. После Лоренца, Жизель обработала мои раны, а затем Вельфа.

Когда паста затвердела, и повязка обтянула руку, словно зелёная резинка, я с облегчением вздохнула. Наконец боль отступила, и мои мысли прояснились.

— Почему ты здесь? — спросила я Жизель, которая мыла миску и складывала всё обратно в рюкзак. — Это может быть опасно.

Жизель вопросительно посмотрела на Торина, что я с удивлением приняла к сведению.

— Расскажи ей, что случилось, — произнёс Торин, и то, как серьёзно он говорил, заставило меня прислушаться.

Вельф и Лоренц с тревогой переводили взгляд то на Торина, то на Жизель.

Жизель кивнула. Затем взяла меня за руки.

— Случилось то, чего мы так долго боялись.

— Бальтазар показался на публике? — вздохнул мучительно Вельф.

— Нет, еще нет. Он до сих пор не покидал палаты сенаторов. Но произошли изменения, причем не лучшие. Прошлой ночью Морлемы заполонили весь город, как ты сама могла наблюдать, и не только те, которых Бальтазар переодел в воинов Черной Гвардии.

— Наверное, он послал всех имеющихся в наличии, чтобы поймать меня, — кивнула я. — Это, наверняка, не осталось незамеченным.

Жизель покачала головой.

— Всю ночь в городе было беспокойно. Никто не знал, что происходит, все боялись. И только когда появился бургомистр и попросил всех разойтись по домам, стало спокойнее.

— Люди хотели объяснений, не так ли? — я сделала глубокий вдох. — И как же они объяснили то, что сотни Морлемов собрались на кладбище Шенефельде?

— Сегодня утром вышел специальный выпуск «Хроники Короны», описывающий вещи, от которых волосы встают дыбом, — Жизель крепко сжала мою руку, а я от страха не могла произнести ни слова. — Они написали, что Морлемов отправили, чтобы арестовать тебя и что с сегодняшнего дня они будут помогать Черной Гвардии в работе.

— Это правда?

Я в ужасе посмотрела на Торина.

Торин презрительно кивнул.

— Адмирал подтвердил. Указ палаты сенаторов. С сегодняшнего дня Морлемы мои коллеги.

Я снова повернулась к Жизели.

— Какую причину они написали, что Морлемы хотели арестовать меня?

Жизель набрала в легкие воздуха и посмотрела на Торина. Тот быстро кивнул и посмотрел на меня так, что у меня на затылке волосы встали дыбом.

— Да скажите же уже наконец, что случилось, — нетерпеливо попросила я.

— Палата сенаторов обвиняет тебя в смерти твоей бабушки.

Жизель сказала это быстро и тихо.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять смысл сказанного.

— Они что? — я в недоумение переводила взгляд то на Жизель, то на Торина. Должно быть я ослышалась.

Торин кивнул.

— Расследование Черной Гвардии якобы показало, что это ты убила Жоржетту фон Норденах, а брат и сестра помогали тебе в этом. А потом вы вместе сбежали.

— Они еще осмелились впутать в это дело Лидию и Леандро? — я озадаченно смотрела в наступающую австралийскую ночь.

— Выдан ордер на арест вас троих, — продолжил Торин.

— Значит, по идее, ты обязан меня арестовать, верно?

Торин кивнул.

— Это так. Просто какой-то абсурд. Не удивлюсь, если эти новости наделают шума. Люди в Шенефельде не оставят все происходящее без комментариев.

— Что еще написано в «Хронике Короны»? — неуклонно продолжала выпытывать я.

Торин кашлянул.

— Случилось то, чего мы опасались. Они огласили, что палата сенаторов реабилитировала Бальтазара. Тем самым Бальтазар не имеет отношения к преступлениям, в которых его обвиняют.

— Невероятно, — глухо ответила я.

— К сожалению, это еще не все, — продолжил Торин.

— Разве может быть еще хуже? — огорченно спросила я.

Торин посмотрел на меня с грустным выражением лица.

— Тебя обвиняют в том, что ты нанесла ущерб его репутации. Якобы ты манипулировала или ввела в заблуждение все важные инстанции, таким образом построив конструкцию лжи.

Я простонала.

— В голове не укладывается. А как же похищенные девушки? Как они объясняют это?

С серьезным выражением лица Торин ответил:

— Они не отрицают, что девушки были похищены, но Бальтазар не имеет к этому никакого отношения. Согласно «Хронике Короны», ты просто придумала всю эту историю.

— Но девушки? — заикалась я, все мои мысли спутались.

Жизель, в попытке успокоить, погладила меня по руке.

— Они ничего не помнят. Они как следует пришли в себя, только когда уже были на рыночной площади в Конквере. Поиски ответственного за это лица возобновлены.

Я высвободила руку, потому что не могла сейчас вынести прикосновения. Мы все так долго боролись за то, чтобы в преступлениях обвинили настоящего преступника, а теперь, когда это наконец случилось, всё полетело к чертям. Я вырвалась и принялась беспокойно ходить по лужайке туда-сюда.

— Что ещё? — спросила я. — Какие-нибудь ещё абсурдные новости?

Жизель и Торин снова переглянулись.

— Что это? — холодно спросила я. Когда-то же должен быть конец?

— Речь об Адаме, — тихо сказал Торин.

— Что они пишут об Адаме? Ему они тоже приписали какие-нибудь нелепые преступления?

Я вызывающе посмотрела на Торина, но тут же напомнила себе, что он не в ответе за плохие новости.

— О нём не было ничего в «Хронике Короны». Появилась совсем другая проблема, — Торин страдальчески вздохнул. — Ему доставили письмо из палаты сенаторов. Он должен в течение суток явиться на службе, в противном случае его обвинят в государственной измене. Рамон совсем недавно связался со мной, он был ужасно расстроен.

— Отлично, — я ошеломлённо уставилась на Торина. — Я убийца, а Адам предатель, — хрипло прошептала я. — Теперь мы будем самыми первыми во всех списках опасных преступников.

— Всё именно так, — кивнул Торин. — Бальтазар официально открыл на вас охоту. Он хочет любой ценой избавиться от вас.

— Не принимай это так близко к сердцу, — ободряюще промолвил Вельф, похлопав меня по плечу. — Вполне объяснимо, что он так зол. Вы уже слишком часто переходили ему дорогу.

— Это правда, — ответила я. Хоть меня и не особо удивили действия Бальтазара, всё же это был удар ниже пояса, теперь, когда это действительно случилось.

— Нам стоит продолжить, — заметил Вельф, указывая на зелёный дом. — Чтобы не только перейти дорогу Бальтазару, но и полностью уничтожить его. Сейчас мы заберём Звезду Комо и обменяем её на Адама. А вместе вы просто непобедимы.

Торин кивнул.

— У меня тоже всегда было такое чувство, — он ободряюще улыбнулся.

Горькая боль пронзила моё сердце. Да, вместе мы непобедимы. Это показал мне прошлый год. Но сейчас мы были порознь. Сейчас я была одна, всего лишь несовершенная половинка идеального целого. Я чувствовала себя слабой и уязвимой. Зло становилось всё сильнее и подбиралось всё ближе и ближе. Петля на шеи безжалостно затягивалась.