Звезда Комо (СИ) - Лёвенштейн Карола - Страница 82

— За Адама, за Лидию и Леандро, — шепотом ответила я. — И за всех остальных, невинно заточённых. Они заслуживают кого-то, кто позаботиться о том, чтобы восторжествовала справедливость.

Недалеко от нас внезапно вознесся световой шар. Словно одинокая новогодняя ракета, он взлетел в чернеющее небо. Это был сигнал. Адреналин выстрелил мне в кровь, и мое сердцебиение мгновенно удвоилось. Но я не боялась. Я была готова: пан или пропал.

Завтра истекал срок, назначенный гномами. Рокко Гонден еще раз попытался продлить его, но гномы не смягчились, даже после обещаний большего количества алмазов или других сокровищ.

Даже намек на то, что они нанесли нам значительный вред, когда по их вине Бальтазар получил доступ в Миндору, не впечатлил их. Как я и подозревала, они рассматривали эти вещи отдельно друг от друга. Для них это были только коммерческие сделки, в которых речь шла о достижении максимально возможной прибыли. Поэтому у нас остался только этот последний шанс.

Я поднялась и сбросила защитное заклинание. То, что что-то начало происходить, охранники Хаебрама естественно уже заметили. Они, должно быть, с молниеносной скоростью отчитались палате сенаторов в связи с происходящими здесь событиями. Поэтому мне не нужно было больше беспокоиться о том, чтобы удерживать дольше мое мобильное защитное заклинание. Мне нужны были все силы, чтобы проникнуть с остальными в Хаебрам.

Я подняла руки и глубоко вдохнула. После этого заставила появиться над головой такому большому количеству световых шаров, сколько смогла осилить одним махом. Глубокая черная ночь сразу же исчезла, и все вокруг залило ярким светом. Свет был настолько ярок, что на моих глазах выступили слезы, и мне пришлось на мгновение зажмуриться. Не только я заставила появиться световые шары, Лоренц рядом со мной внес и свою посильную лепту.

Когда мы начнем атаку, нам, с одной стороны, будет необходим элемент неожиданности, а с другой — мы будем видеть, кто перед нами, чтобы случайно не ранить друг друга. Самым сложным оказалось приземлится посреди ночи и в абсолютной темноте на острове в Средиземном Море у итальянского побережья так, чтобы хранители Хаебрама не узнали об этом.

Рамон заверил нас, что с этим не будет проблем. На защите Хаебрама никогда не было более десяти воинов Черной гвардии и пятерых охранников из платы сенаторов, которые, за исключением одного человека, проводили долгие ночи в своем доме и спали.

Им не нужно было беспокоиться о заключенных, тела которых находились в своего рода стазисе, а душа заключена в ловушке мира грез, в специально созданном пространстве.

Я осторожно приоткрыла глаза и оглядела окрестности. Остров был действительно крошечным, не больше, чем обрывистая скала посреди моря. Без подходящего заклинания он бы так и остался скрытым от нас. К счастью, Торину уже однажды приходилось нести службу здесь, и он знал магию, с помощью которой был спрятан остров.

В целом, остров был не больше замкового двора в Тенненбоде. Посередине была создана гладкая площадка, на которой расположились два здания. Одно из них было крошечной крепостью, похожей на церковь, а рядом стояло административное здание. Это была простая и целесообразная постройка. Сейчас из дома выбегали воины Черной гвардии. По словам Торина, их не могло быть более двадцати, так и оказалось.

Я вытащила большую бутылку из рюкзака и открыла ее под пристальным взглядом Лоренца. Теперь все должно произойти очень быстро, потому что в доме рядом с крепостью располагались не только комнаты охранников, но и дверь, через которую могло бы прибыть пополнение воинов Черной гвардии.

Поскольку для Торина, Леннокса и Рамона о физическом нападении на коллег не могло быть и речи, мне пришлось придумать кое-что другое, чтобы обезвредить охранный гарнизон.

Я сосредоточилась на содержимом бутылки, позволяя ему подняться в воздух. Мерцающая жидкость парила передо мной, в то время как воины неподалёку в панике посмотрели вверх, а потом начали обыскивать местность. Ещё немного, и они найдут нас.

Жидкость передо мной начала расширяться, распадаясь на капли, а эти капли в свою очередь делились на капли поменьше, пока передо мной не образовалось облако густейшего тумана. Я подняла правую руку и пустила его над выступом, за которым мы с Лоренцем прятались. Затем я распределила облако между воинами, которые теперь метались взад и вперед между крепостью и административным корпусом, пытаясь найти причину появления множества световых шаров.

Туман был так мелко распылен, что стал невидимым.

Как только воины оказывались в нем, то вскоре внезапно отключались и падали на землю. И когда все воины мирно уснули, я собрала оставшийся туман и снова перенесла его в бутылку. Затем подала сигнал Торину, после чего он, Леннокс и Рамон бросились от противоположных скал к административному зданию и скрылись внутри.

— Вперед, — скомандовала я Лоренцу после того, как закупорила бутылку и положила ее обратно в рюкзак. — Теперь наша очередь.

Я пропустила Лоренца вперед, и он начал сосредоточенно перелазить через валун. Затем мы побежали между нагромождениями крупных камней к зданию администрации. С другой стороны подошли Ширли, Лиана и Дульса.

— А они на самом деле проспят восемь часов? — скептически спросила Ширли.

— Скорее пять, — ответила я, оттащив первого воина в сторону. — Когда мы опоили тростником-дурманом мать Адама, та проспала даже девять часов, но тогда она выпила его. Действие было намного лучше. Когда мы тестировали воздействие тумана, однажды Лоренц проспал аж четыре часа, а сейчас я использовала более высокую концентрацию, чем в нашем тесте на прошлой неделе.

— Звучит совсем неплохо, — ответила Ширли, таща одного из воинов вместе с Лианой за административное здание. Нам необходимо было расчистить путь, чтобы на обратном пути беспрепятственно сбежать из крепости.

Когда мы оттащили всех в сторону, из административного корпуса вышли Торин, Леннокс и Рамон.

— Все в порядке? — спросила я.

Торин кивнул.

— Мы запечатали дверь. Теперь проход в Шёнефельде закрыт. У нас есть максимум два часа. Столько потребуется самым быстрым воинам, чтобы долететь сюда от побережья, и столько же примерно времени займет у Морлемов добраться досюда от Шёнефельде. Так что нам следует поторопиться.

— Да, надо поторопиться, — согласилась я с Торином, поворачиваясь к маленькой крепости.

Это был вид, который ожидал осужденных, покидающих здание суда через дверь в Хаебрам. Они оказывались в административном корпусе, и когда выходили из него, то их взору представало мрачное строение, и они знали, что видят небо и солнце в последний раз.

Я с трудом сглотнула, вообразив себя на месте тех многих, кто уже прошел этот путь.

Но я была не одинока в своих ощущениях. Лоренц, похоже, тоже застыл рядом со мной, смотря вверх. Крепость была построена из темных камней. Остроконечные башни возвышались в небо. Однако по сравнению с Тенненбоде она была маленькой.

Интересно, осмеливался ли кто-нибудь попытаться сбежать, при виде мрачной перспективы спуститься под землю и подвергнуться суровому тюремному заключению.

Торин шагнул вперед и опустил вниз ручку больших входных ворот. Они были сделаны из простого дерева и казались менее прочными. Дверь, как и говорил Торин, была не заперта. Он вошел внутрь, и Ширли последовала за ним.

Я осторожно положила руку на плечо Лоренца. Затем потушила свои световые шары, и только шары Лоренца остались висеть над островом.

— Пойдем, — сказала я Лоренцу. — Этьену сейчас может понадобиться твоя помощь. Мы не знаем, в каком он будет состоянии, когда проснется.

Имя Этьена, похоже, мгновенно оживило дух Лоренца. Он расправил плечи и поднял руку, чтобы потушить и свои шары. На остров снова опустилась тьма. В конце концов, мы не хотели наступающим войскам облегчать поиск острова.

Лоренц прошел через дверь, и я последовала за ним. Когда вошли остальные, Торин закрыл за нами дверь. Я зажгла световой шар и огляделась. Хотя Торин и подготовил меня к тому, что меня здесь ожидало, тем не менее я была поражена мрачной атмосферой этого места.