Плохие девочки не плачут. Книга 3 (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 297

Рождественская мишура повсюду. Очень стараюсь игнорировать. Но как? От этих игрушек и гирлянд не убежать. Сверкающие, искристые, обсыпанные блестками. Классические. В современном стиле. На любой вкус. Абсолютное разнообразие цвета и формы.

Европа могла стать моей персональной сказкой, райским уголком, местом, где сбываются самые смелые желания и мечты. А превратилась в каторгу, в пыточную камеру.

Все эти веселые мелодии, сияющие фигурки оленей и эльфов, ряженые Санта-Клаусы доводят до безумия, напоминают о самом жутком, погружают в кипящую лаву памяти.

Гребаная иллюминация ослепляет.

Замираю, закрываю лицо руками.

Ощущаю дыхание зверя. Когти царапают кожу. Сдирают одежду, раздирают ткань на лоскуты. Изучают голое тело. Ощупывают собственность.

Рычание заставляет содрогнуться.

Ты моя.

Твоя. Твоя. Твоя…

Это просто мотор проезжающего мимо грузовика. Просто мотор. Игра воображения. Буйная фантазия. Все нереально.

Я здесь.

Я в безопасности.

Затравленно оглядываюсь, бросаюсь к лотку, где продают кофе на вынос, заказываю стандартный «американо». Расплачиваюсь, пью жадными глотками. Обжигаю язык, однако совсем не чувствую боли.

— Все хорошо, — шепчу одними губами. — Все хорошо, Лора.

Нет.

Забудь это имя.

Теперь ты Марго.

Милая молодая женщина. Улыбчивая. Ответственная. Доброжелательная. Пользуется уважением как среди коллектива, так и у начальства. Если бы не одно незначительное нарушение, могла бы стать лучшим сотрудником месяца. Ее фото имело все шансы попасть на доску почета. Если бы не досадная оплошность. Ничего, отбор проводят отнюдь не в последний раз.

Маргарита Орлова.

Повторяю снова и снова. Пускаю в плоть и в кровь. Вживаюсь в насквозь лживый образ. Вхожу в новую роль. Проникаюсь целиком и полностью.

Вот я. Прошу любить и жаловать.

Блестящая партия.

Да?

Добираюсь до дома, принимаю душ, смываю усталость. Натягиваю новые джинсы с огромным трудом. Наверное, стоит лучше контролировать питание.

Точно. Так и поступлю. В новом году.

Хотя лишние килограммы будут отличной маскировкой. Особенно если их тридцать. Или двадцать. Даже десять нехило повлияют на внешность. И от внимания со стороны мужчин оградят.

Голоса в моей голове согласны. Значит, пора пускаться во все тяжкие.

Открываю холодильник, достаю арахисовую пасту, копченые колбаски, фисташковое мороженое, сыр дорблю и помидоры черри. На повестке дня — полный отрыв.

Врубаю ютуб, свежий обзор на «Сердца за любовь» от Юлика и Хованского.

Я ем всякую дрянь и смотрю всякую чушь.

Где же вы? Остановите меня.

***

Рождественская ярмарка — это именно то место, куда вам не стоит ходить, когда вы на дух не переносите все «рождественское».

Огромная елка, на которой мерцают и переливаются тысячи неоновых огней. Множество деревянных домиков, где можно полакомиться праздничными блюдами, традиционными сладостями, экзотическими десертами или же приобрести крутые сувениры, игрушки, ремесленные поделки, керамику, косметику, мыло ручной работы, расшитые скатерти, декорации для дома. Волшебство пропитывает каждый уголок. Отовсюду льются чарующие мелодии. Горящие свечи завораживают.

Я смотрю на часы. Ровно семь. Ярмарка закрывается около восьми, поэтому страдать мне осталось недолго, а если мы с Настей прямо сейчас пересечемся и отправимся в какой-то бар, то экзекуция и вовсе прервется.

А вообще надо привыкать.

Клин клином вышибают.

Это не первое и не последнее Рождество в моей жизни. Справлюсь. Нужно брать эмоции под контроль.

Метель закончилась. Снег продолжает идти. Просто слабо. Воздух наполнен очень соблазнительными ароматами. Жареные сосиски. Глинтвейн.

У меня во рту вмиг вырабатывается слюна. Покупаю еду и напиток в одном из деревянных домиков и пристраиваюсь за пустой столик. Пытаюсь игнорировать задорно мигающие гирлянды, оплетающие здесь абсолютно все.

Никакого алкоголя. Вот основное правило. И пусть безумно тянет нарушить его, ни за что не рискну.

Я должна соображать трезво. Оставаться в сознании. Никаких послаблений режима. И без того накрывает. Необходимо сдерживать порывы.

Маргарита Орлова не пьет. Не употребляет ничего крепче черного чая. Ей безразлично красное вино. Ее совершенно не заводит текила. Скучно, зато безопасно.

Я совсем не хочу однажды напиться и очнуться в подвале. Причем необязательно в подвале фон Вейганда.

Проклятье.

Делаю крупный глоток безалкогольного пунша. Приступаю к дегустации блюда. Очень стараюсь отвлечься.

Интересно, я когда-нибудь перестану вздрагивать от одного звука этого имени? Даже про себя. В мыслях.

Маргарита Орлова понятия не имеет об этом человеке. Она никогда в жизни не встречала его. Нигде не видела.

Надо повторять почаще. Как мантру. Чтоб точно запомнилось.

Я тебя не знаю.

Я тебя не помню.

— Привет! — радостно восклицает Настя и обнимает меня.

Тактильный контакт — неотъемлемая часть человеческого общения. Часть, которой очень хотелось бы избежать. Только не выйдет.

— Привет, — улыбаюсь и осторожно освобождаюсь из теплого кольца ее рук. — Хочешь чего-нибудь?

— Нет, уже в баре закажу, — отказывается от предложения.

— Ну, тогда пойдем, — пожимаю плечами.

Поспешно завершаю трапезу. Есть хочется просто дико. Нет, не «есть». Жрать. Самое нутро требует чего-то жутко вредного и жирного.

Вдруг передо мной появляется яблоко. Ярко-красное. Крупное. Сверкающее. Безумно аппетитное, покрытое прозрачной карамелью.

Пальцы невольно тянутся вперед.

Рефлекс.

Я заставляю себя отдернуть руку, перевожу взгляд в сторону и замечаю неизвестного мужчину. Он кладет еще одно яблоко перед Настей. А смотрит на меня.

— Услышал родную речь, поэтому не мог не подойти, — широко улыбается. — Хотя на праздники много наших сюда приезжает.

— Наших? — хмуро переспрашиваю.

— Ну, вы же из Украины? — уточняет он. — Я Павел.

— Очень приятно, — тут же заявляет моя подруга. — Настя.

— А вы? — по-прежнему не отводит взгляд.

— Не важно, — невольно дергаю плечами. — Нам уже пора.

— Я не хотел вам мешать, — как будто смущается. — Простите.

— Ничего страшного.

В моем голосе столько напряжения, что может и током ударить. А то, как я резко хватаю Настю за локоть и грубо тащу следом за собой, вообще кажется всплеском паранойи.

Я и правда на грани.

Интуиция молчит. Зато разум бьет тревогу. Паника охватывает все мое существо, ощущение, словно меня обливают кипятком.

Вроде нет повода для беспокойства, а тело трясет.

Живо вспоминаю Стаса, всяких там испанцев. Скольких мужиков ко мне присылал Валленберг. Вообразить страшно.

Они нашли меня.

Ловушка захлопнулась.

Все пропало.

Я пропала.

— Рита, ты пугаешь, — удивленно бормочет Настя. — Что случилось?

Я?

Я пугаю?!

А что ты скажешь, когда нас накачают наркотой и запрут в подземелье? Подвесят на цепях, отхлещут кнутом, чуть ли кожу не спустят. Будут насиловать часами, долго, со вкусом.

Нас.

Меня и Лору.

— Долгая история, — выдаю глухо. — Я должна вернуться домой.

— Что происходит? — искренне недоумевает. — В чем дело?

— Не хочу грузить, — отмахиваюсь. — Не важно.

— Ты знаешь этого парня? — продолжает расспрашивать. — Он тебя напугал?

— Господи, нет, — лихорадочно мотаю головой. — Впервые вижу.

— Тогда почему мы убегаем от него, как от маньяка?

— Потому… — запинаюсь, пытаюсь придумать разумную причину, однако мои старания оказываются не слишком успешны и приходится отрывисто заявить: — Потому что.

— Я не маньяк, — раздается уже знакомый мужской голос.

Оборачиваюсь.

Вот дерьмо.

— Это просто яблоко, — парень вкладывает в мои дрожащие ладони сочный сверкающий плод. — Поверьте, оно не отравлено.

Нервно улыбаюсь.

Ну, конечно.