Досье Дрездена. Книги 1 - 15 - Батчер Джим - Страница 1032

— Но Совет…

— Я сказал, что он примет это близко к сердцу, — уточнил я. — Я не сказал ни слова насчет того, что это их огорчит.

Глаза у Сьюзен округлились чуть сильнее.

— Что ж, — объявил Эрлкёниг, — померяйтесь мастерством. Пусть в поединке сойдутся Рыцарь и его леди-охотница против двоих вашего племени, Красные охотники. Выберите того, кто будет биться за вашу правду. — Он хлопнул в ладони, что по интенсивности звука напоминало выстрел небольшой пушки. — Приготовьте зал.

Гоблины бросились исполнять его приказание. Одни быстро и без суеты сдвинули в стороны дубовые столы. Другие принялись рыть каменный пол прямо голыми руками. Камень подавался их черным ногтям как сырая земля, и посреди зала быстро возник большой круг диаметром тридцать или сорок ярдов, очерченный бороздой шириной примерно шесть дюймов.

— Мы плохо вооружены для такого испытания, о наш хозяин, — сказал я. — В то время как Красные охотники полностью подготовлены к бою.

Эрлкёниг снова развел руками.

— Да, но они вооружились так, как считают необходимым для охоты. И ведь настоящий охотник никогда не выйдет, не подготовившись к тому, что может приготовить ему мир. Или, возможно, вы хотите сказать, что вы и не охотники вовсе?

— Нет, — поспешно возразила Сьюзен. — Конечно, нет.

Эрлкёниг посмотрел на нее и одобрительно кивнул.

— Я рад, что вы сочли себя подходяще вооруженными. — Он покосился на Ээбов, которые свирепым шепотом, возможно, пренебрегая гласными, обсуждали детали. — Спокойно, парень. Ты достаточно преуспел в болтовне, чтобы я приютил, приветил, накормил и отпустил тебя восвояси, явись ты сюда, не уходя от погони. Однако же и я не желаю навлечь на свой народ гнева Повелителя Ночи. Война с ним означала бы ненужную потерю десятка, а то и не одного отличных охотничьих полнолуний. — Он пожал плечами. — Ну что ж. Прояви себя достойно, и ты волен будешь уйти, куда тебе нужно.

Я осторожно прокашлялся.

— А что наши… гм… друзья-преследователи?

Эрлкёниг не улыбнулся; выражение лица его вообще не изменилось, но мне почему-то сделалось не по себе — настолько, что пришлось сделать над собой усилие, чтобы не отступить на шаг.

— Мой чертог оснащен всем необходимым для приема любых чужаков. В этих пещерах в достатке помещений, заполненных всякими мудреными штучками, предназначенными для развлечения моих подданных. Все, чего им недостает… это партнеров для игры.

— Что будет, если мы проиграем? — поинтересовалась Сьюзен.

— Если фортуна будет к вам благосклонна, вы погибнете при испытании — быстро и чисто. Если нет… — Он пожал плечами. — Некоторым моим сородичам — Раффоруту, например — не терпится использовать все помещения моих чертогов по назначению. Вы будете развлекать их, насколько у вас хватит жизни. Что может продлиться очень, очень долго.

Сьюзен внимательно посмотрела на Эрлкёнига.

— Раз так, давайте начнем. У меня тоже имеются обязательства, а время поджимает.

Он склонил голову.

— Как пожелаешь, леди-охотница. Сэр Рыцарь, леди, прошу вас, пройдите в круг.

Я двинулся к кругу; Сьюзен шла рядом.

— Как будем действовать? — спросила она.

— Быстро и жестко.

— И почему это я подозревала, что тебе захочется именно так?

Я рассмеялся — по-настоящему, от души.

— Мне казалось, это мне положено иметь на уме всего одно.

— О, когда мы были моложе, так дело и обстояло, — отозвалась она. — Правда, теперь мы, похоже, поменялись ролями.

— Ты хочешь сказать, ты тоже предпочтешь быстро и жестко?

Она бросила на меня лукавый взгляд из-под длинных ресниц.

— Скажем так, время от времени об этом можно поговорить.

Она покрутила в воздухе ножкой от стола. Я молча смотрел на нее. Она остановилась и вопросительно изогнула бровь.

Моя крестная намекала мне на возможность избавить Сьюзен от твари, поглотившей половину ее сущности, жаждавшей моей крови. Братство Святого Жиля не одну сотню лет пыталось добиться этого, но безуспешно. Все же имелась вероятность того, что, поработав над этим как следует, я смогу вернуть ей контроль над ее жизнью.

Но даже если мне это удастся, мы не сможем быть вместе. Не сейчас.

Мэб сама по себе уже не подарок… и, блин-тарарам, как же я об этом не подумал? Наследница Мэб, Мэйв, Зимняя Леди, по части вздорности обставила бы даже мать. И при этом она, бесспорно, красивее, порочнее, а значит, с гораздо большим энтузиазмом захочет поразвлечься со всеми, кто мне близок.

Интересно, сколько времени мне потребуется на то, чтобы потерять себя? Недели? Месяцы? Ни Мэб, ни Мэйв наверняка не захотят, чтобы я оставался самим собой. И когда я стану тем, кем они захотят меня видеть, будет ли меня вообще заботить то, каким я был? И что значили для меня те, остальные?

— Мне тебя не хватает, — только и произнес я.

Она заморгала и отвернулась. А потом через силу улыбнулась мне. По щеке ее скатилась слеза — казалось, такого не случалось настолько давно, что она никак не вспомнит, что при этом делать.

— А мне не хватает наших шуток.

— Как ты могла? — тихо спросил я. — Как ты могла не сказать мне о ней?

— Разрываясь на части, — так же тихо ответила она. — Я понимаю, это неправильно. Я знала это, когда поступала так, и знала, что… что рано или поздно пожалею об этом. Но ее безопасность была для меня важнее. Я не прошу тебя простить меня. Просто… просто пойми.

Я подумал о той минуте на Каменном Столе, когда мне пришлось делать выбор.

— Угу, — вздохнул я, поднял руку и коснулся ее лица пальцами. Потом нагнулся и поцеловал ее в лоб. — Я понимаю.

Она шагнула ко мне, и мы обнялись. Она показалась мне в моих объятьях до странного хрупкой, уязвимой. Мы постояли так еще чуть-чуть, борясь с надвигающимся страхом. На сотни красных глаз, что глазели на нас, мы не обращали внимания. Нам это даже более или менее удалось.

Еще один похожий на пушечный выстрел хлопок в ладони сотряс зал.

— Красные охотники, — возгласил Эрлкёниг. — Пусть выбранные вами бойцы ступят в круг, иначе вас объявят проигравшими в испытании.

— Ладно, — сказал я. — Ээбы круты, но справиться с ними можно. Они привыкли полагаться на скрытность, а здесь все будет проходить настолько открыто, насколько вообще возможно. Я собираюсь ударить по ним чем-нибудь таким, чтобы тебе хватило времени подобраться к ним поближе. Займись тем, кто будет слева. Если сместишься слишком вправо, окажешься у меня на линии огня, так что постарайся этого не делать. Ты размолотишь одного, я сожгу другого, и пойдем заказывать себе кофейные кружки с надписями на память об этом эпизоде.

— Я больше не пью кофе, — вздохнула Сьюзен. — Кофеин, понимаешь ли.

Я покосился на нее с наигранным отвращением.

— Варварство какое!

— Отлично! — объявила Эсмеральда с противоположной стороны круга. Она ткнула пальцем в одного из вампиров, угодивших в сети к гоблинам. — Ты. Биться будешь ты. — Маленькая женщина нетерпеливо подошла к пойманному вампиру, жуткому и отвратительному в своем истинном обличье, вспорола странный материал сети голыми ногтями и без лишних церемоний вытолкнула вампира в круг.

Один из ее пехоты? Что ж, возможно, все окажется легче, чем я думал.

Тут из тени выступил и не спеша направился к кругу Эстебан.

Медленно набиравший темп стук Пожирателя сделался громче. Пожиратель возвышался за спиной Эстебана, кошмарный, голодный на вид. По команде вампира он вразвалку вошел в круг, и взгляд его черных как смоль глаз уставился на нас. Возможно, это мне только померещилось, но казалось, Ик мечтал о расплате.

— Ох, черт, — очень тихо пробормотала Сьюзен.

— Когда круг замкнется, — объявил гулкий баритон Эрлкёнига, — это будет означать начало испытания. Оно считается завершенным с нейтрализацией одной из сторон. Бойцы Красных охотников, вы готовы?

Вампиры хором испустили пронзительный визг, и даже Ик издал что-то вроде клокотания переполненного чайника.

— Что будем делать? — лихорадочно прошептала Сьюзен.