Досье Дрездена. Книги 1 - 15 - Батчер Джим - Страница 434

— М-да, — согласился я с ней и тут же застыл, широко раскрыв глаза. — Если это только тем, четвертым, не нужно в результате совсем другого. Мёрф, знаешь, мне кажется, все это вовсе не из-за денег.

— Не поняла.

— Геноса влюблен, — сказал я и, сам того не замечая, встал с дивана. — Сукин сын, и это все время находилось у меня перед носом!

Мёрфи нахмурилась, встала вслед за мной и взяла за здоровую руку.

— Гарри, ты бы лучше сел. Давай, а? Ты ранен. Тебе лучше посидеть, пока Эбинизер не вернется.

— Чего?

— Эбинизер. Он считает, что может что-то сделать с твоей рукой, но ему что-то там для этого нужно было достать.

— А… — кивнул я. Голова слегка кружилась. Она потянула меня за руку, и я послушно сел. — Но ведь вот оно!

— Что "оно"?

— Трикси и две другие стреги — просто орудия в руках кого-то другого. Геноса влюблен. Поэтому он не может реагировать на Лару так, как все остальные. Они не могут на него влиять как обычно. Вот потому-то все так и закрутилось.

Мёрфи нахмурилась еще сильнее.

— О чем это ты? Кто использует их как орудия?

— Белая Коллегия, — объяснил я. — Лорд Рейт и Белая Коллегия. И не случайно и он, и его первый заместитель — оба сейчас в Чикаго.

— Но какое отношение имеет ко всему этому то, что Геноса влюблен?

— Белая Коллегия способна управлять людьми. То есть, я хочу сказать, они совращают их, сближаются с ними — и те очень скоро оказываются на крючке. Они могут превращать людей в рабов — чтобы кормиться ими — и чтоб тем это нравилось. В этом источник их силы.

Мёрфи выгнула бровь.

— Но не в случае, если кто-то влюблен?

Я устало усмехнулся.

— Вот именно. И ведь это вслух произнесли при мне, хоть это и внутреннее, можно сказать, дело. Черт, да это практически первое, что она о нем сказала. Что Артуро все время влюбляется.

— Кто сказал?

— Джоан, — улыбнулся я. — Славная, заурядная, практичная, просто одетая Джоан. И чудо-шлюха Лара. Не обязательно в таком порядке. Но это точно.

Мёрфи задумалась.

— Право же, Холмс, вам стоит хоть немного ввести меня в контекст… если ты хочешь, чтобы я хоть что-то поняла.

— Ладно, ладно, — сдался я. — Будет тебе исходный расклад. Слушай: Рейт — предводитель Белой Коллегии, но за последние годы позиции его сильно пошатнулись. Основа его личной власти заметно подорвана.

— Чем?

— В основном, Томасом, — ответил я. — У Рейта имелась славная привычка убивать сыновей прежде, чем те додумаются до идеи скинуть его и самим заняться семейным бизнесом. Он послала Томаса на верную смерть на маскарад к Бьянке, но Томас пристроился к нам с Майклом и вышел из этой истории живым. Тогда Рейт назначил Томаса секундантом к Ортеге, но Томас и это пережил. И насколько я понимаю, папаша Рейт уже не вселяет в своих детишек того благоговейного ужаса, как раньше.

— Но какое отношение имеет все это к Геносе? — не сдавалась Мёрфи.

— Независимая деятельность Геносы наносит удар по интересам Рейта, — объяснил я. — Артуро говорил мне, что кто-то потихоньку скупает компании по производству фильмов для взрослых, манипулируя делами откуда-то из-за кулис. Достаточно проследить денежные потоки, и бьюсь об заклад, ты обнаружишь, что этот «кто-то» — Рейт, и что это он владеет «Силверлайт». Уйдя от «Силверлайт», да еще ломая своими фильмами сложившиеся стереотипы, Артуро подрывает власть Рейта, да еще в демонстративной форме.

— То есть, ты утверждаешь, что это Белая коллегия контролирует индустрию эротики?

— Или по меньшей мере изрядную ее часть, — подтвердил я. — Ты только подумай. Они могут влиять на людские мнения по целому ряду вещей: скажем, что считать физической красотой, что такое секс, как реагировать на искушения, какое поведение допустимо в интимных отношениях. Господи, Мёрф, да это сродни тому, как оленя приучают приходить в определенное место за кормом, чтобы потом легче застрелить его.

На мгновение она разинула рот, потом спохватилась и закрыла его.

— Бог мой, да это… Жуть, да и только. И серьезнее некуда.

— И коварнее. А я даже не догадывался о том, что такое может случиться. Или, правильнее сказать, происходит. Это ведь не сегодня и не вчера началось. Возможно, Рейт просто перенял этот бизнес от кого-то другого из Коллегии.

— И когда Геноса показал нос «Силверлайту», это ослабило лорда Рейта еще больше.

— Угу, — кивнул я. — Какой-то смертный бросает вызов Белому Королю. И Рейт не может послать Лару, чтобы та его контролировала, потому что Геноса влюблен.

— В смысле?

— Белая Коллегия не может подступиться к тем, кто влюблен, — пояснил я. — По-настоящему влюблен. Если они пытаются кормиться такими, это причиняет им физические муки. Ну… это для них как святая вода. Можно сказать так. Или как серебряные пули. В общем, они этого боятся как огня.

Глаза Мёрфи возбужденно вспыхнули, и она кивнула.

— Рейт не мог контролировать Геносу, поэтому ему пришлось искать другой способ торпедировать этого парня, чтобы не потерять лица окончательно.

— И не лишиться основного источника сил и власти. Вот именно.

— А почему он просто не убил Геносу?

Я покачал головой.

— Такое впечатление, что Белая Коллегия гордится тем, как элегантно они ведут свои игры за власть. Томас говорил мне, что когда Белые воюют друг с другом, они делают это не напрямую. Чем сложнее проследить след — тем лучше. Они полагают, что интеллект и ловкость важнее грубой силы. Если бы Рейт просто прихлопнул Артуро, это означало бы очередную потерю лица. Поэтому…

— Поэтому, — перебила меня Мёрфи, — он нашел кого-то, кого в состоянии контролировать. И подстроил все так, чтобы они увидели в новой жене угрозу своему положению, и чтобы они реагировали это наихудшим образом. Он даже оружием их снабдил — здоровым таким, жутким, гадким ритуалом. Он не уверен в том, кто это, поэтому приказал им избавиться от всех, с кем Геноса мог бы тайно обручиться. То есть, у них есть средство, есть мотив и возможность. Черт, да я сомневаюсь, чтобы даже в твоих магических кругах кто-либо смог бы легко доказать, что это Рейт отвечает за смерть женщины, с которой обвенчан Артуро.

— И которую он любит, — добавил я. — Для лорда Рейта это беспроигрышная ситуация. Если они убьют невесту, это выбьет Геносу из колеи и подорвет его возможности завершить фильм. Блин, возможно, Рейт планировал подождать, пока тот впадет в депрессию, а потом подослать к нему одну из бывших жен, чтобы та, типа, утешила его — соблазнила и сделала тем самым уязвимым для Лары. Но и если им не удастся убить невесту, они посеют достаточно хаоса, чтобы сорвать Геносе работу.

— И даже если кого-нибудь из тех, кто непосредственно провернул это, и заподозрят, Рейт устроил все это так, чтобы к нему нить не протянулась.

— Угу, — кивнул я. — А потом Артуро вернется под отеческое крылышко «Сильверлайта», а Рейт восстановит основы своего благоденствия. Конец всем проблемам.

— Если ты не вмешаешься и не помешаешь ему.

— Если я не вмешаюсь и не помешаю ему, — подтвердил я. — Поэтому, как только до Рейта дошли сведения о том, что я сунул нос в его дела, он послал Лару, чтобы та следила за мной и убрала при возможности.

— Или охмурила, — заметила Лара. — Если этот парень любитель комбинаций, может, ему кажется, что было бы неплохо, если бы Лара взяла тебя на крючок.

Щенок беспокойно завозился. Я поежился и погладил его.

— Угм, — произнес я. — Но это не сработало, и я вплотную приблизился к тому, чтобы вскрыть всю эту фигню. Теперь ему просто придется отвесить мне плюху и убрать меня из кадра.

Мёрфи издала звук, весьма напоминающий рычание.

— Трусливый ублюдок. Обращаться с людьми таким образом…

— Ну почему же, — не согласился я. — Это умно. Если он и правда настолько ослаб, он не осмелится убрать кого-то из Белого Совета в открытую. Только дурак пойдет на более сильного врага в лобовую атаку. Собственно, поэтому Томас поступил точно так же, как его папаша — завербовал меня действовать против того сообща.