Досье Дрездена. Книги 1 - 15 - Батчер Джим - Страница 877

— Не могу, — сказал я. — Мне в больницу надо.

Она нахмурилась:

— Что случилось?

— Вчера вечером, когда я ехал к Билли Бордену, меня выследил Шкура-Перевертыш. Кирби погиб. Энди в реанимации.

Она со свистом втянула в себя воздух и поморщилась.

— Dio,[5] Гарри. Мне ужасно жаль.

Я пожал плечами. Взгляд у меня затуманился, и до меня дошло, что я не просто изобретал повод не пускать ее к себе домой. Нас с Кирби не связывало никаких кровных уз — и все-таки он был мне другом, частью моей жизни. Был — в прошедшем времени.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спросила она.

Я покачал головой, потом спохватился.

— Вообще-то можешь.

— Ну?

— Попробуй нарыть как можно больше информации о Перевертышах. Потому что этого гада я намерен убить.

— Хорошо, — кивнула она.

— Да, кстати, — спохватился я. — Я-то тебе могу чем-нибудь помочь?

— Мне? — Она покачала головой. — Ну… Моргану могла бы понадобиться помощь.

— Угу, — хмыкнул я. — Можно подумать, я буду помогать Моргану.

Она подняла руки.

— Знаю, знаю. Но я почти ничего не в состоянии сделать сама. Всем известно, что он мой бывший ученик. За мной присматривают. Попытайся я помочь ему открыто, и меня отстранят от командования Корпусом — это в лучшем случае.

— Разве тебе не нравится, когда правосудие действует без оглядки на личные симпатии и антипатии?

— Гарри, — вздохнула она. — Что, если он невиновен?

Я пожал плечами.

— Как я все эти годы? Я слишком наслаждаюсь своей нынешней кармой, чтобы протягивать руку этому ублюдку. — На улице показался и притормозил у тротуара «ягуар» Томаса.

— За мной приехали, — сказал я.

Анастасия выразительно повела бровью.

— Вампир?

— Он мне многим обязан.

— Гмммм, — протянула Анастасия. Взгляд ее, направленный на Томаса, не выражал особого восхищения. Скорее напоминал тот, каким отслеживают движущуюся мишень. — Ты уверен?

Я кивнул:

— Белый Король приказал ему вести себя хорошо. Он выполнит приказ.

— До поры, до времени, — возразила она.

— Пешеходам не приходится быть слишком разборчивыми.

— Что, Жучок снова сдох?

— Угу.

— Почему ты не заведешь себе другую машину? — поинтересовалась она.

— Потому что Голубой Жучок — моя машина.

Анастасия устало улыбнулась:

— Просто поражаюсь, как у тебя даже такое обаятельно выходит.

— Это все мой хороший характер, — ухмыльнулся я. — Понадобилось бы, я и ногой жилистой смог бы очаровать.

Она закатила глаза, но улыбаться не перестала.

— Я сейчас возвращаюсь в Эдинбург — координировать действия поисковых групп. Все, что в моих силах…

Я кивнул.

— Спасибо.

Она коснулась моих щек ладонями.

— Мне очень жаль, что так вышло с твоими друзьями. Когда все это кончится, мы найдем какое-нибудь тихое местечко и отдохнем.

Я чуть повернул голову, поцеловал ее запястье и осторожно сжал ее пальцы.

— Послушай, я не могу тебе ничего обещать. Но если вдруг обнаружу что-нибудь, что могло бы помочь Моргану, сразу же дам тебе знать.

— Спасибо, — тихо произнесла она.

Потом приподнялась на цыпочки поцеловать меня на прощание, повернулась и скрылась в темном переулке.

Я подождал, пока стихнут ее шаги, и лишь после этого пошел к поджидавшему меня «ягуару».

— Черт, а складная девица, — заметил Томас. — Куда едем?

— Кончай глазеть, — сказал я. — Ко мне домой.

Самое время выяснить, готовит Морган мне подлянку или нет.

Глава одиннадцатая

Томас остановил «ягуар» напротив моего дома.

— Я при мобильнике, — сообщил он. — Постарайся позвонить мне прежде, чем все начнет взрываться.

— Может, на этот раз обойдется. Может, я проверну все с помощью логики, дипломатии, диалога и взаимовыгодного сотрудничества.

Томас смерил меня выразительным взглядом.

Я постарался прикинуться оскорбленным до глубины души.

— Но ведь такое возможно!

Он полез в карман джинсов, достал белую визитку с одним-единственным телефонным номером и протянул мне.

— Звони по этому номеру. Это клон.

Я непонимающе уставился на него.

— Сверхсекретный телефон, — объяснил он. — Про него не известно никому, а если кому-нибудь удастся проследить твой звонок, он попадет со-овсем в другое место.

— А, — сообразил я. — Ясно.

— Уверен, что не хочешь просто забрать Моргана сейчас, чтобы переправить в другое место?

Я покачал головой.

— По крайней мере не прежде, чем введу его в курс. Стоит ему увидеть меня в сопровождении вампира — и он выкинет что-нибудь. Например, попытается убить нас обоих. — Я выбрался из «ягуара», покосился на дом и снова покачал головой. — Проживи ты столько, сколько Морган с его родом занятий, оставшись при этом в живых, и паранойя станет у тебя просто условным рефлексом.

Томас поморщился.

— Угу. Дай мне час на то, чтобы найти все необходимое. И позвони, когда подготовишь его к перевозке.

Я покосился на номер, запечатлел его в памяти и сунул визитку в карман.

— Спасибо. Я верну тебе деньги за оборудование.

Он закатил глаза.

— Заткнись, Гарри.

Я выдохнул и благодарно кивнул. Мы легонько стукнулись костяшками пальцев, он вырулил обратно на улицу и растворился в чикагской ночи.

Я медленно огляделся по сторонам. Все было тихо, только несколько окон светилось еще в знакомых домах. Я живу в этом районе уже много лет. Вам, наверное, кажется, что обнаружить какое-либо отклонение от нормы для меня раз плюнуть. Черта с два — можете считать меня психом, но в этой игре участвует уже столько игроков, что одному Богу известно, на какие ухищрения они могут пойти.

Я не заметил никого, кто собирался бы меня убить, чтобы прорваться к Моргану. Впрочем, из этого не следовало, что таковых не имелось.

— Ну, если это не рефлекторная паранойя, — пробормотал я сам себе, — то и не знаю, как это назвать.

Я поежился, спустился ко входу в мою квартиру и, дезактивируя защищавшие ее обереги, в очередной раз напомнил себе о том, что давно пора уже сделать что-нибудь с исковерканной стальной дверью. Меньше всего мне хотелось, чтобы старая миссис Спанкелкриф, моя полуглухая домовладелица, начала спрашивать меня, почему у моей двери такой вид, будто ее расстреливали прямой наводкой. То есть я, конечно, могу сказать ей, что так на самом деле и было, но это не лучший вариант ответа домовладелице, если вы хотите жить в квартире и дальше.

Я отворил изуродованную пулями дверь, вошел, повернулся к спальне и застыл, потрясенный открывшимся мне зрелищем.

Морган сполз с кровати и сидел на полу, привалившись к ней спиной и вытянув перед собой раненую ногу. Выглядел он все еще кошмарно, но глаза его недобро сощурились, и весь вид его выражал крайнюю степень подозрительности.

Прямо в дверном проеме распласталась на полу моя ученица Молли Карпентер.

Молли — высокая юная красотка впечатляющих форм, с волосами до плеч, в описываемый момент окрашенными в насыщенный синий цвет. Одежду ее составляли обрезанные чуть ниже колен синие джинсы и белая футболка; взгляд ее голубых глаз прямо-таки излучал раздражение.

Распластанной на полу она пребывала по той причине, что ее удерживал в этом положении Мыш. Точнее говоря, он просто навалился на нее — не всей массой (так он, возможно, расплющил бы ее в хлам), но и этого хватало, чтобы она не могла пошевелиться.

— Гарри! — произнесла Молли. Она собиралась сказать что-то еще, но Мыш чуть шевельнулся, и рот ее открылся беззвучно, как у выдернутой из воды рыбы.

— Дрезден! — прорычал Морган и пошевелился, словно собираясь встать.

Мыш повернул голову в его сторону, пристально на него посмотрел, и чуть приподнял губу, демонстрируя клыки.

Морган опустился на место.

— Ух ты, — выдохнул я и захлопнул за собой дверь, от чего в комнате сразу стало темнее. Я задвинул засов, активировал обереги, потом махнул рукой и пробормотал: «Flickum bicus». Сопровождавшего это небольшого усилия воли хватило, чтобы дюжина свечей в комнате засияла ровным светом.