Досье Дрездена. Книги 1 - 15 - Батчер Джим - Страница 884

— Исключения невозможны?

— Не в такой степени. Заставить верного принципам человека предать то, чему он посвятил всю свою жизнь? Да он просто сойдет с ума прежде, чем вам удастся подвинуть его хоть на шаг в этом направлении. Из чего следует, что Морган совершил это осознанно.

— Если это все-таки он. — Я покачал головой. — Я просто не могу не задавать себе вопросов, кто окажется в выигрыше, если мы сами обезглавим Моргана.

Эбинизер поморщился.

— Насквозь вонючая история, — сказал он, — но пока все обстоит именно так. Я помню, Хосс, вы с ним заглядывали друг другу в душу, но даже это не детектор лжи. Да ты и сам знаешь.

Я помолчал немного, отхлебнув кофе.

— Мне просто любопытно, — произнес я наконец. — Кто будет замахиваться мечом, когда вы его схватите? Обыкновенно рубить головы доверяли Моргану.

— Насколько я помню порядок, капитан Люччо, — ответил Эбинизер. — Или кто-нибудь, кого она назначит. Ну да она не из тех, кто спихивает такое на подчиненных.

Перед моими глазами мгновенно возник образ Анастасии, сносящей голову с плеч своего старого воспитанника. А потом меня, проделывающего то же самое с Молли. Я поежился.

— Дрянь дело.

Эбинизер продолжал смотреть в огонь, разом постарев лет на двадцать.

— Угу.

Дверь из коридора отворилась, и в помещение вошел субтильного вида низкорослый чародей в буром твидовом костюме и с пухлым портфелем в руке. Короткие седые волосы были старательно прилизаны; синие чернила, казалось, намертво въелись в его пальцы. За одно ухо он на манер древних писарей заткнул карандаш, за другое — чернильную авторучку. На мгновение он задержался, оглядываясь по сторонам, потом отыскал взглядом Эбинизера и поспешил к нему.

— Прошения прошу, чародей Маккой, — произнес он. — Если бы у вас нашлась свободная минутка, я бы попросил вас подписать кое-какие бумаги.

Эбинизер поставил кружку на пол и взял у него ручку.

— Что на этот раз, Пибоди?

— Во-первых, доверенность представительству в Джакарте на покупку здания для нашего нового убежища, — ответил чародей Пибоди, открывая папку и вынимая из нее лист бумаги. Эбинизер пробежал его взглядом и подписал. Пибоди поспешно протянул ему еще несколько страниц. — Очень хорошо. Потом еще ваше согласие на то, чтобы пересмотреть жалованье Стражей… вот здесь, прошу вас… спасибо. И последнее — акт передачи имущества чародея Ла Фортье его наследникам.

— Всего три? — недоверчиво спросил Эбинизер.

— Остальные под грифом «секретно», сэр.

Эбинизер вздохнул.

— Подпишу, как доберусь до своего кабинета.

— Чем скорее, тем лучше, сэр, — заметил Пибоди. Потом заморгал и сделал вид, будто только-только меня заметил. — А, чародей Дрезден. Что привело вас в наши края?

— Мне показалось, стоило спросить, не могу ли я помочь убрать Моргана, — беззаботно отозвался я.

Пибоди поперхнулся.

— Я… ясно.

— Что, Индеец Джо нашел что-нибудь?

Пибоди неодобрительно нахмурился, но сдержался.

— Чародей Слушающий Ветер занят подготовкой к следственно-магическим мероприятиям.

— Значит, нет пока, — сказал я.

Пибоди шмыгнул носом.

— Пока нет. Однако не сомневаюсь, им с Мерлином удастся совершенно точно установить, каким именно образом Стражу Моргану удалось миновать посты охраны. — Он покосился на меня, и тон его сделался подчеркнуто вежливым. — Ведь вы не будете оспаривать того, что оба они — исключительно опытные чародеи?

Я испепелил Пибоди взглядом, но так и не выдумал удовлетворительной отповеди прежде, чем он забрал у Эбинизера бумаги и ручку и не поблагодарил его.

Эбинизер с отсутствующим видом кивнул, наклонился за своей кофейной кружкой, а Пибоди выскользнул из комнаты.

— Чертова канцелярская крыса, — пробормотал я вполголоса.

— Канцелярская крыса, но очень ценная, — поправил меня Эбинизер. — Может, его работа и не производит впечатления, но его организаторские способности сослужили нам за время войны хорошую службу.

— Бюрокромант, — фыркнул я.

Эбинизер устало улыбнулся, делая еще глоток из кружки. Я заметил, что большой и указательный пальцы его правой руки тоже перепачкались в чернилах. Он встал и потянулся, хрустнув суставами.

— Войны не выиграть без писарей, Хосс.

Я уставился взглядом в свою недопитую кружку кофе.

— Сэр, — тихо произнес я, — чисто гипотетически — что, если Морган невиновен?

Он внимательно на меня посмотрел.

— Мне казалось, ты сам хотел, чтобы его разорвали на части.

— Видите ли, у меня нервный тик начинается всякий раз, как на моих глазах рубят голову невинно осужденному.

— Еще бы. Но, Хосс, постарайся поня… — Эбинизер осекся и уставился на меня расширившимися глазами. Я почти слышал, как проворачиваются у него в голове шестеренки.

Потом он перевел дух и понизил голос до едва слышного шепота.

— Значит, так? Ты уверен?

Я коротко кивнул.

— Блин-тарарам, — выдохнул он. — Мог бы и поосторожнее спрашивать, Хосс. — Он опустил подбородок и посмотрел на меня поверх своих старомодных очков. — Две головы снести ненамного труднее, чем одну. Ты это хоть понимаешь?

Я медленно кивнул.

— Угу.

— Даже не знаю, что я мог бы для тебя сделать, — признался он. — Я буквально пришпилен к этому месту до тех пор, пока Моргана не обнаружат.

— Если исходить из того, что это не его подстава, — спросил я, — с чего мне начать?

Он задумчиво пожевал губу.

— С Индейца Джо.

Глава пятнадцатая

Члены Совета Старейшин, как выяснилось, терпеть не могут нищих бродяг.

Миновав еще несколько постов охраны, я оказался в помещении размером с бальную залу, которой не постеснялся бы и Версаль. Из белого с золотыми прожилками мраморного пола вырастали стройные колонны. На дальней стене виднелся водопад, стекавший в небольшой пруд, окруженный самой разнообразной зеленью — от обычной травы до роз и даже небольших деревьев. Самый настоящий садик, черт подери. В воздухе слышался негромкий звон — музыка ветра, — а золотистый свет, исходивший от кристаллов на потолке, был почти неотличим от настоящего солнечного. В саду пели птицы, и я разглядел темный силуэт соловья, порхнувшего между колонн и опустившегося на одну из веток.

В садике и рядом с ним была расставлена дорогая, удобная на вид мебель, какую можно иногда увидеть в вестибюлях самых фешенебельных гостиниц. На столике у стены стояли всяко-разные экзотические закуски от холодных нарезок и до того, что более всего напоминало маринованные щупальца осьминога. Рядом имел место бар, готовый в любой момент спасти членов Совета Старейшин от обезвоживания.

По всему периметру помещения тянулся на высоте десяти футов от пола балкон, на который выходили двери личных покоев Старейшин. Я пересек просторный Зал Отдохновения, поднялся по парадному лестничному маршу и постоял немного, вертя головой, пока не приметил дверь, охранявшуюся парой Храмовых Собак-изваяний и сонного вида юнцом, с загипсованной ногой в плаще Стража. Обойдя галерею, я помахал ему рукой.

Не успел я с ним заговорить, как обе Храмовые Собаки синхронно повернули головы в мою сторону; движение это сопровождалось скрежетом камня о камень.

Я застыл как вкопанный, чуть приподняв руки.

— Славные собачки.

Юный Страж уставился на меня и произнес что-то на незнакомом языке. Внешность выдавала в нем уроженца Юго-Восточной Азии, но определить страну точно я бы не решился. Еще секунду-другую он буравил меня взглядом, и я вдруг узнал его — одного из личных телохранителей Старой Мэй. В прошлый раз я видел его замерзшим до полусмерти, когда он пытался передать послание королеве Мэб. Теперь, должно быть, сломанная лодыжка не позволила ему принять участие в поисках Моргана.

Я так думаю, некоторым прямо с рождения везет.

— Добрый вечер, — обратился я к нему на латыни, официальном языке Совета. — Как дела?

Секунду-другую Везунчик косился на меня с нескрываемым подозрением.