Друзья (СИ) - Хитрикова Нина Михайловна - Страница 8

Рома писал ей в течение дня и хотел встретится, но Аня отказала, помня о проигранном споре, да еще ей нужно на завтра сделать кучу заданий. Так что времени на встречу совсем нет. Может через пару дней.

Ровно в четыре машина Арсения стояла, припаркованная у ворот института. Когда девушка в начале пятого выходила вместе с Ирой и остальными одногруппниками, Арсений нервно курил, прислонившись к капоту. Аню окружали эти сопляки и что-то ей говорили, на что она заливисто смеялась.

— Твой Ромео примчался! — сказала Ира, ткнув подругу в бок.

— Он не Ромео и не мой. Мы с ним просто друзья. — зашипела в ответ Аня.

— Ну, ну. А смотрит не как друг.

Аня перевела взгляд на Арсения и не заметила никакого особенного взгляда. Он смотрел на нее как обычно, когда она опаздывала — немного сердито.

— Да ну тебя! Я пошла! До завтра! — он поцеловала в щеку подругу, остальным лишь махнув на прощание и поспешила к машине и сердитому другу. — Прости, нас задержали.

— Да я уже привык. Садись.

Он снова помог ей сесть в машину, даже пристегнул, когда сел сам, а девушка размещала сумку и тубус. Когда он наклонился к ней, чтобы достать ремень, Аня задержала дыхание.

Ехали молча, каждый погруженный в свои мысли, и только звуки музыки, льющиеся из колонок, нарушали тишину. За окном автомобиля проносился по-весеннему цветущий город и хотелось не ехать хоть и в удобном салоне на мягких сиденьях, а гулять по улицам до ночи, вдыхая сладкие ароматы весны и греясь в лучах солнца, есть мороженное и целоваться до умопомрачения. Эх, мечты, мечты!

— Ну вот мы и на месте. — сказал Арсений, заезжая во двор панельных многоэтажек, среди которых особенно выделялся новый кирпичный дом. На площадке во всю резвились дети, а мамочки с колясками сидели тут же на лавочках. У подъездов несли службу по надзору двора бабулечки.

— Но это же совсем недалеко от моего института! — воскликнула Аня. Она хорошо знала этот район, иногда в хорошую погоду прогуливаясь тут после пар. Не в этом дворе, конечно, но вот мимо того магазина за углом ходила частенько. Это всего в десяти минутах ходьбы.

— Угу. Вот будешь чаще в гости приходить. А то все я к тебе.

— Ну уж ближайший месяц точно. — девушка отстегнула ремень и уже потянулась к дверце, как вспомнила. — Я у тебя сумки свои тут оставлю. Ты же меня потом отвезешь?

— А как с ужином справишься. — шутя ответил ей Арсений.

— Ну если не хочешь, я Рому попро…

— Отвезу! — как-то резко сказал друг и переменился в лице. Аня не могла понять его реакции. Может на работе что-то случилось и поэтому он такой нервный, а может просто голодный.

Они вышли из машины и пока Арсений доставал пакеты из багажника, Аня осматривала местность. Обычный среднестатистический двор, каких тысячи по всей стране, разве что всюду росли цветы и из пластиковых бутылок были сделаны пальмы и даже попугай.

— Прикольно придумали.

— Что? — парень ругал себя за вспышку гнева и ревности, стараясь успокоится и не сразу понял, о чем говорила подруга.

— Ну, вот что из бутылок сделали. У нас такого нет.

— Ага. Пошли уже, а то есть хочется! Толком и не обедал сегодня. — Он только подтвердил ее мысли. Голодный, вот и злится. Нужно побыстрее его накормить.

Они зашли в подъезд кирпичной девятиэтажки и поднялись на лифте на восьмой. Подъезд был широкий, чистый и ухоженный, а выкрашенные в светло-бирюзовый цвет стены радовали глаз. Видно, что за домом следили. Как только Арсений открыл дверь и пригласил Аню внутрь, она, быстро скинув обувь, начала изучать пространство нового жилья своего друга. Широкий коридор, в котором поместилось два больших шкафа купе с зеркальными дверцами — один стоял с левого бока от двери, удачно заполняя нишу, а второй вдоль стены справа и начинался от самой двери своеобразной прихожей с вешалкой и полочками, заставленными красивыми сувенирами. И все равно места оставалось еще так много, что мог свободно уместится еще один такой же шкаф. Напротив входной двери была дверь в зал, очень просторный, мебели по минимуму — большой белый диван у стены, напротив стенка и большой телевизор, журнальный столик и пара кресел. Но главное, что он был очень светлый и с выходом на огромную лоджию, идущую вдоль квартиры. Девушка первым делом пошла именно туда и, оказавшись в лоджии, залитой дневным светом, представила, как хорошо было бы здесь рисовать, стоя за мольбертом. Отогнав от себя эти мысли, она прошла в закрытую комнату, которая оказалась спальней. Там была большая двуспальная кровать из дерева цвета венги и с тумбочками по бокам, напротив висела плазма, а в углу стоял комод. Аня не стала здесь задерживаться и прошла осматривать квартиру дальше. Снова выйдя в коридор, упирающийся в ванную комнату, заглянула внутрь. Как и все в этой квартире, ванная была большой и угловой, отделанная красивой бело-бирюзовой плиткой. Здесь висело большое зеркало и было достаточно хромированных и стеклянных полочек, чтобы можно было разместить множество баночек, флакончиков и тюбиков. Не ванная, а женская мечта. Последним пунктом оказалась кухня, такая большая, что ее можно считать за отдельную комнату. Она поражала воображение — дорогой угловой гарнитур черно-красного цвета, черный холодильник, разная техника, небольшой телевизор на стене и красивый стеклянный столик и стулья, на большом окне белые шторы.

— Ну как? — Арсения очень интересовала мнение Ани, ведь он выбирая эту квартиру, думал в первую очередь, что она непременно должна ей понравится.

— Скажи честно, ты кого-то убил за эту квартиру? Мне можешь доверится, я — могила, ты же знаешь. — она подмигнула ему и подошла поближе. — А если честно, то я просто влюбилась! Особенно в лоджию и ванную.

— Я так и думал, когда выбирал.

Он странно посмотрел на нее, и Аня немного растерялась, не зная, как реагировать.

— Арсений, дай мне футболку какую-нибудь. Не буду же я в этом готовить.

Он кивнул и через минуту принес одну из своих футболок, достаточно свободную и длинную, чтобы сойти за платье. Аня ушла в ванную переодеваться, а парень остался на кухне. Когда девушка вышла в его старой футболке, доходящей ей до середины бедер, он сглотнул. Она и раньше носила его одежду, но он не замечал, как сексуально она в ней выглядит. Длинные стройные ноги, едва прикрытые мягкой тканью. А когда она встала против света, то светлая ткань просвечивала, открывая его взору изгибы стройного тела. Красивая. Ему хотелось прижать ее к себе, чтобы она ощутила силу его желания, усадить на столешницу позади нее и пробраться руками под футболку, исследуя и лаская ее тело. А еще какое-то странное чувство поселилось в груди от осознания, что на ней его футболка.

— Давай свои продукты. Буду думать, что приготовить. — ее голос ворвался в его запретные и грешные фантазии, возвращая мысли в правильное русло. Он не сразу понял о чем она говорит, а потом указал ей на ту самую столешницу позади нее, на которой он мысленно только что занимался сексом со своей лучшей подругой.

— Тебе помочь?

— Сама справлюсь. Ты же пожелал, чтобы я готовила. Так что иди и не мешай.

Арсений быстро ушел, пока подруга не заметила его состояние. Аня подошла к выгруженным из пакетов и разложенным на столешнице продуктам. Огурцы, помидоры, цукини, баклажаны и сладкий перец, чеснок, упаковка свиных стейков, сыр, колбаса, яйца, кетчуп, майонез и молоко. Не густо. Порылась на полках и нашла пачку спагетти, а также специи и соль. Значит будет паста с овощным соусом и запеченные с помидорами под сыром стейки. Лишнее убрала в холодильник, нашла необходимую посуду и, все вымыв, принялась готовить — включила духовку и смазав противень маслом, найденным на полке, выложила куски мяса, посыпала солью и черным перцем, сверху положила круглые дольки помидоров, смазала их майонезом и присыпала тертым сыром. Пока мясо запекалось и грелась вода в кастрюле, нарезала овощи и поставила тушиться. Так как не было томатной пасты, заменила ее кетчупом.

Через двадцать минут на запах пришел Арсений, который переоделся в спортивные серые штаны и белую футболку. Пока Аня колдовала на кухне, он усмирял свои мысли, метаясь по комнате из угла в угол и ругая себя на чем свет стоит. Какой же он урод! Как он может так думать? Это же его Анька! Он помнит ее совсем малышкой, помнит ее беззубой первоклашкой, и смущающейся выпускницей, это ей он мазал зеленкой разбитые коленки и вытирал слезы, защищал, если кто-то посмел ее обидеть. Она помогала ему в школе с черчением и заставляла читать, это она всегда могла выслушать и поддержать даже тогда, когда все были против, только она одна знала его лучше всех. Его подруга. Его малышка. Его девочка, которая вдруг выросла и изменилась, чем выбила почву у него из-под ног. Он теперь не может просто на нее смотреть, не думая о том, каково это — целовать ее губы, касаться желанного хрупкого тела. Может стоит отказаться от выигрыша? Если так пойдет и дальше, ему скоро сорвет крышу, и он совершит непоправимое — разрушит их дружбу своей похотью.