Радужные крылья над миром (СИ) - Штаний Любовь В. - Страница 31

Я не знаю, как описать субстанцию, в которой мы очутились. Не вода, не воздух, и уж тем более не песок. Просто мерцающее нечто, вязкое и густое, но при этом бархатистое наощупь. Непостижимо!

И вроде не особо и прозрачное, но я прекрасно видела далеко внизу массивные столбы глубокого чёрного цвета, сиреневые неровные кругляши непонятного происхождения… и несколько человекообразных существ! Последние из-за прозрачной пелены, обнимающей их тела до самых бёдер, напоминали диковинных медуз лишь немногим меньше, чем плоды творчества сбрендившего художника, до кучи обкурившегося какой-то галлюциногенной пакости.

— Ё-моё! — выдавила я гениальное в своей информативности.

— Нравится? — голос напомнил, что я тут вообще-то не одна.

— Эм… — проблеяла не менее информативное. Мозг выставил табличку «обед» и категорически отказался работать в полевых условиях. — Где мы?

— В Санне, — отозвался пленитель благоговейным шёпотом. — Тебе нравится?

Удивление от увиденного и растерянность от услышанного растворили последние зёрна страха. Если окружающее меня и есть Санна… Я неуверенно сглотнула.

— И каким образом я должна её «возвращать»? — спросила робко.

— Уже вернула, — в ответ удивлённо хмыкнул мужчина.

— Круто, — подытожила я. — А как? Нет, лучше по-другому. Вернула, и слава Богу. Скажи, ты сам-то кто такой?

— Имя? — уточнил спокойно. — Рой.

— А раса?

— Цект. На поверхности нас иногда называют песчаными демонами.

Мдямс…Похоже, лаконичность заразна.

— Ещё круче, — сглотнула.

Мы опускались всё ниже и ниже, пока Рой не поставил меня на землю. Ну, если быть точной, не совсем «на землю». Тут в её роли выступал чёрный туман, в котором ноги тонули по щиколотку. Правда, отпускать меня мужик и не подумал, всё так же прижимая к себе обеими руками.

— Может, хватит уже меня лапать? — поёжившись, ворчливо заметила я, хотя гулять по Санне желания не было ни малейшего.

— Если отпущу, ты умрёшь, — спокойно отозвался… цект. — Ты человек. Чем здесь дышать собралась?

Стало совсем жутко. Нет, красиво-то оно красиво, но очень уж всё неправильно. Совсем рядом, буквально в паре шагов, в тумане что-то сверкнуло, привлекая внимание.

— Это гарн, — заметил Рой.

— В смысле? — наблюдая, как из антрацитовых клубов появляется белый кристалл, спросила я. — На соль похоже…

Кристалл рос, и очень быстро, покрываясь тоненькими иголочками, которые увеличивались и в свою очередь покрывались крохотными белыми шипиками.

— Вне Санны так называют деревья.

— Эм… — пока нелюдь говорил, кристальное нечто раскинуло над нами колкие белые лапы. Немного похоже на корягу, густо покрытую инеем. — Если честно, на дерево не слишком похоже.

— Знаю, — с благоговейным восторгом в голосе отозвался мужчина. Спасительница, чем я и мой народ можем тебя отблагодарить?

— За что? — несколько заторможено спросила.

Вокруг тут и там из тумана вырастали гарны. Все белые, но с разными оттенками — розовым, зелёным, синим, фиолетовым… Чуть поодаль тоже само по себе складывалось из сиреневых кристалликов нечто круглое и большое, с торчащими во все стороны фиговинами, вроде щупалец.

— Ты возродила Санну, — чуть крепче обнял Рой. — Могу я узнать имя спасительницы?

— Таша, — запрокинув голову ответила и… снова потеряла челюсть.

Над нами синим пламенем горело небо! Ну, может не само небо, а то, что здесь было вместо него. Вот ё-о-о-о, бобровый зуб мне в ухо! Как мы обратно то? Правда, кое-где прямо из пламени всё отчётливее проступали сверкающие раскоряки гарнов. Может, пламя не очень горячее?! И всё равно…

— Ро-о-о-ой… ты говорил о благодарности? — пропищала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается и сжимается, будто на американских горках после плотного обеда.

— Всё что пожелаешь, спасительница Таша!

— Верни меня наверх, а? Ну, пожалуйста!

— Разве тебе здесь не нравится? — огорчился цект.

— Конечно нравится, — не рискнула злить демона, во власти которого оказалась. — Здесь офигительно прекрасно, но… верни, а?

— Но ведь тогда тебя не увидят остальные! Я был первым, кто очнулся, благодаря твоей магии, но Санна была мертва, а теперь ты только посмотри!

Он повёл рукой, как бы предлагая насладиться пейзажем. Я сглотнула и послушно посмотрела вокруг.

Всё мерцало и светилось. Сквозь бирюзовое марево вязкой субстанции, заменяющей воздух, виднелись фигуры то ли плывущих, то ли летящих к нам нелюдей с такими же, как у Роя, «вуалями», обнимающими худощавые тела. Гарны росли, как на дрожжах. Множились кругляшные строения. Синее пламя двигалось, как живое.

«Меня сейчас стошнит от этого калейдоскопа», — подумала, зажимая рот рукой и закрыла глаза, но вслух сказала другое:

— Всё сказочно. Нереально прекрасно, но мне нужно на воздух!

— А если мы поставим твою статую в полный рост вон там? — с намёком пробормотал демон и дёрнулся. Видно, рукой махнул, но глаз я не открывала, так что утверждать не возьмусь. — Как скульпторы смогут изваять лицо, которого никогда не видели?

— Господи, Рой! Да ставьте вы хоть памятник, хоть кастрюлю с супом! Можете даже надгробную плиту сварганить, только не надо меня под ней прикапывать! Верни меня обратно! Сейчас же!

— Как скажешь, — тяжело вздохнув, цект поднял меня, прижал к себе, и мы поплыли вверх. Или полетели. В общем, вознеслись.

Помня о синем огне, глаз я так и не открыла, спрятав лицо на груди молчаливого мужчины и обхватив его всеми лапками. Обнимать почти голого мужика неприлично, но в тот момент об этом не думалось. Даже вернувшийся в родные пенаты, то бишь в мою черепушку, страх и то подташнивало, чего уж говорить о желудке? Одна радость — ни пообедать, ни поужинать сегодня не удосужилась. Хоть какой-то плюс.

В какой-то момент давление окружающего пространства усилилось. Странный острый запах стал почти невыносимым, «вуаль» обняла ещё плотнее, забиваясь в нос и рот. Мама-а-а-а…

Истерика подняла голову и двинулась на меня, выпучив шалые глазюки. Я зажмурилась до чёрных точек в глазах, но её это не смутило. Раззявив рот, истерика набрала воздуха в грудь, готовясь устроить децибельную атаку, но тут мы вынырнули.

— …ашка! Ты куда пропала?! — Алькин вопль в голове оглушил. — Зараза! Ты совсем офигела, мать! Я ж беспокоюсь!

— Жива я, жива, — ответила верещащей благим матом подруге. — Скоро буду у вас, не ори.

— Ташка! Почему я тебя потеряла?! Ты…

— Потом, Аль. Подожди, очухаюсь немного и свяжусь с тобой.

— Сейчас! Я не смог…

Очередной вопль Шаксус Джера я недослушала, мысленно опустив между нами кирпичную стенку. В ушах звенело, голова кружилась, желудок пытался обрести свободу. В смысле выйти наружу.

— Рой, можно, я тебя потом покусаю? — простонала я, сползая по мужику на землю. — Вот полежу чуток и покусаю. Ладно?

— Зачем? — Цект опустился рядом и озадаченно уставился на меня. — Ты так голодна? Не знал, что люди питаются демонами. К тому же у нас очень плотная кожа. Её и ножом-то не всяким проткнуть можно, а ты зубами собираешься? Вряд ли твоя затея закончится благополучно.

— Ничего, я упрямая. Последним зубом, но проковыряю, — выдохнула я вяло. — Так оно даже лучше. Мучительнее…

— Эм…

Распластавшись на влажном песке, я смотрела на звёзды и наслаждалась прикосновениями ветра, запахом ночной свежести и самым обыкновенным, но зато прозрачным и даже как будто сладким воздухом. Шорох песчинок, клёкот птички, которую я так и не рассмотрела в темноте… Как хорошо-о-о-о…

— Ты не демон, — улыбнулась, ощупывая песочек. Нормальный, человеческий песочек, пусть даже синий и мокрый. Никакого студня, киселя или вязкого тумана. — Рой, ты креативный садист!

— Хм… это комплимент или наоборот?

— Не бери в голову, — отмахнулась я. Бузить не хотелось. — Ты почему сразу не рассказал про Санну? Всё бубнил и бубнил одно и то же, как старая пластинка.

К слову, «вуаль», позволяющая дышать под землёй, исчезла, превратившись в стоящую дыбом зелёную гриву.