Радужные крылья над миром (СИ) - Штаний Любовь В. - Страница 55

— Та-а-ак, — скрипнув зубами, протянула Алька. — А ну-ка с этого места поподробнее! Хотя нет, сначала вернёмся в Рокшу, а то эта безголовая Хранительница уже едва на ногах стоит. Вы её там совсем замучкарили, изверги!

При мысли о дороге обратно в Рокшу, вспомнился мост. Блин, висеть между небом и землёй, да ещё в темноте…

— А давайте сразу в Харрут? — предложила я, мгновенно отыскав выход.

Это и быстрее будет, и ползать по верёвочным страшилкам не надо. Родовой перстень Хартада при нём, да и Зармид наверняка не снимал своего кольца, а магии на перенос более чем достаточно.

— Ты уверена? — нахмурился Габи. — В прошлый раз вы…

— В прошлый раз я на Шайдаре была без году неделю, а сейчас каналы окрепли. Плюс тогда у меня не было сил, а сейчас легко могу… кстати!

Заставив себя оторваться от надёжной опоры, я отошла от любимого и посмотрела вниз. Разрушенная лестница зияла дырами на ступеньках и была засыпана обломками статуй. Склоны холмов в свете двух лун выглядели ужасно. Сорванный дёрн, тут и там — груды земли и камня, которыми дроу засыпали тоннели…

Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, вспоминая, как выглядела долина и лестница днем. Нашкар послушно дополнил картинку деталями, которые я так и не успела увидеть. Когда магия потекла окрест, почудилось, будто она… благодарна. Кажется, не только звёзды и миры имеют душу. Куда интереснее, почему силе приятней быть частью чего-то живого и смертного? Загадка.

Холмы стремительно покрывались свежей травкой, обломки камней впитывались в широкие ступени лестницы, статуи снова обретали целостность и былое величие… Когда долина вернула себе первозданный вид, я нарочно плеснула силой окрест. Когда ещё сюда вернусь, а Погру одному будет одиноко. Впрочем, уже не будет. Помахав рукой поднимающимся из земли двум угловатым великанским фигурам, я тихонько рассмеялась, переполненная радостью. Пробуждённые от многовекового сна на соседнем холме тролли вряд ли нас видели, но это и ни к чему.

Как же хорошо жить! Дышать, чувствовать, любить! Даже бояться перехода через мост в Рокшу — и то прекрасно!

— Габи, — оборачиваясь к дроу, я растерянно потёрла лоб. — Ты можешь связаться с отцом? Надо бы поставить его в известность насчёт наших планов, чтоб не переживал зря. Или вы с Сертиком тут останетесь? Миссия искателей завершена.

— Я с вами, — торопливо отозвался блондин, всего на секунду опередив брата.

— Уверен, у правителя Харрута есть способы связаться с отцом или кем-то из посольства, — проговорил Габи спокойно. — Все послы сейчас как раз в Рокше, так что я тоже с вами.

— Вот и замечательно, — зевнув, я со вкусом потянулась, наслаждаясь напряжением каждой мышцы. У бестелесного существования наверняка много плюсов, но мне и в теле прекрасно!

И тут я вспомнила немаловажную деталь. Ведь любимый с Дирнутом расплевался! Можно ли ему сейчас домой? И хочется ли? Вдруг в этих обстоятельствах нам лучше держаться подальше от Харрута? Жаль, никуда кроме дворца таруханов я перенести нас не в состоянии.

Нет, можно ещё в Душу Света сигануть, используя тварк, но там нас с распростёртыми объятиями встретит Веня. Угу, он та-а-ак обрадуется визиту, что словами не передать! После побега, сорванных матримониальных планов, да ещё с Габриэлем в придачу? Проще сразу удавиться и не мучиться.

Я с сомнением покосилась на любимого. Он тихо переговаривался о чём-то с Греем, но и меня из поля зрения не выпускал. Стоило поднять на него глаза, как тарухан тут же подошёл и протянул руку.

— Хартад, — обняв его ладонь, я легонько сжала длинные пальцы, вкладывая в улыбку всю нежность, восхищение зеленоглазым принцем и свою преданность ему. — Ты сам-то хочешь вернуться в Харрут? Прости, я сразу не подумала, что это может быть для тебя неприятно. Если, по любым причинам, ты предпочтёшь направиться в другое место, я слова не скажу и даже не расстроюсь. Честно!

Дорога в Рокшу пугала, но что значит страх, когда на кону душевное равновесие любимого? Плюнуть и растереть! На крайняк, притормозим перед пропастью, пока не засну, а потом кто-нибудь из ребят преспокойно перенесёт меня на ту сторону, и всего делов.

— Мне в любом случае необходимо посетить дворец, хотя бы для того, чтобы взять в сокровищнице родовое кольцо. Отец мог лишить меня статуса наследника, но не изгнать из рода, — заметил тарухан тихо. — Таша, если я не буду бороться за власть, ты это примешь?

— С радостью! А зачем нам ещё одно родовое кольцо? Если вопрос в магии, у меня её хоть попой ешь.

— Спасибо, я не настолько голоден, — рассмеялся он, порывисто обнимая и прижимая к себе. — А кольцо нужно, чтобы наконец-то оставить в прошлом все сомнения.

— Какие?

— Да жениться он на тебе хочет, Балда Ивановна, — хихикнула Алька. — Чего непонятного?

— Эм… — я запрокинула голову, заглянула в сверкающие зеленью глаза. — Это так? Наша клыкастенькая правильно угадала?

— Абсолютно, — подтвердил тарухан с улыбкой. — А ты не передумала ещё за меня замуж выходить?

— Н-нет… — растерянно пробормотала и, спохватившись, замотала головой: — Конечно, нет! Просто всё так быстро. Я думала, как-нибудь потом, когда всё устаканится, и вообще… куда торопиться?

Хартад осторожно взял меня за подбородок и, поглаживая большим пальцем щёку, от чего по телу волнами расходилось тепло, вкрадчиво проговорил:

— Не хочу, чтобы некоторые особенно мнительные сомневались в моих чувствах и намерениях. Мало ли, что померещится одному светлому чуду?

— Угу, — хрюкнула хвостатая монстрятина с повышенной кислотностью мозгов и ротовой полости. — Не дай Небо, это самое чудо опять услышит непредназначенный для его ушек разговор и сочтёт тебя чужим женихом, а то и… — Алька рухнула на землю и, прикрыв голову лапами, почти застонала от хохота, выдавив сквозь смех: — …а то и невестой! С Ташки станется!

— Да иди ты лесом! — кинув в подругу возмущённый взгляд, я обиженно насупилась. — Что я должна была подумать, когда…

— Таш, — Хартад заставил посмотреть на себя, приподнимая голову за подбородок. — Пообещай! Если тебе покажется, пусть даже на полсекундочки, будто ты для меня значишь хоть на каплю меньше всех существующих миров вместе взятых, если хоть на миг усомнишься в моей любви или преданности, ты не будешь делать скоропалительных выводов, а просто поговоришь со мной! Пообещай, пожалуйста…

Я заворожено кивнула, готовая поклясться в чём угодно, лишь бы вечно смотреть в эти изумрудно-зелёные глаза. Пепельные пряди любимого трепал ветер, а моё сердце сладко замирало от нежности и переполняющего душу ликования. Такое большое счастье — это почти больно. Уже не страшно, нет! Но всё равно больно.

Радужные крылья заслонили небосвод, окрашивая мир яркими красками счастья, и я подняла руку, касаясь лица тарухана, чувствуя, как распирает грудь невысказанное.

— Как жаль… Нет таких слов, чтобы хоть отчасти, хоть на сотую долю передать, как сильно я люблю тебя!

Изумрудное пламя плеснуло светом понимания. Кажется, Хартад мучается тем же, что и я.

— Моё хрупкое чудо… — сдавленным голосом прошептал он.

— Ну, почему же нет? — внезапно вмешалась Алька, и махнула хвостом. — Если «отчасти», то вполне себе есть.

Когда над долиной раздались первые аккорды, я вздрогнула и услышала предовольный голос телохранительницы:

— Мы не в индийском фильме, и глупо ждать, что вы будете бодро отплясывать и петь о своих чувствах, но я кое-что подправила в известной тебе песне. Наслаждайтесь, влюблённые. Про языковой барьер не вспоминайте даже, я обо всём позаботилась.

И музыка окутала нас густым облаком звуков, а потом и слов.

— Сотни нелёгких дорог, снова пройти я бы смог, зная, что вновь повстречаю тебя…

Стоило удивиться изобретательности подруги, но меня затянули омуты зелёных глаз. Музыка кругами расходилась по вселенной, пронизывая всё и вся. Не в силах оторваться друг от друга, мы впитывали пальцами тепло кожи, глазами пили пламя и нежность друг друга…