Разиэль (ЛП) - Дуглас Кристина - Страница 35

Я слишком увлёкся своими собственными реакциями во время секса, чтобы разглядеть её реакции за слепым удовольствием. Для меня секс был бедствием — гораздо хуже, чем я ожидал, поскольку я был потрясён этим, настолько сокрушён его мощью, что мне потребовалось тут же повторить. Мудрее было бы уйти от неё. Вместо этого я ухаживал за ней, был нежным и сдержанным, и в считанные минуты я оказался внутри неё снова, потерялся в ней.

Если повезёт, она будет разочарована. Я слышал и видел её фантазии — никто не мог соответствовать этому. При удачном раскладе, моя способность читать её померкнет в достаточной мере, что я не буду ничего видеть, что может… развязать нечто. Прикоснуться к ней вновь будет очень неблагоразумно.

Теперь осталось только чтобы моё проклятое тело поняло это.

Я ПРОСНУЛАСЬ ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ, В ОДИНОЧЕСТВЕ. Я знала, что его не было в апартаментах, хотя не понимала, откуда мне это было известно. Я смогла вытащить себя из кровати и принять душ, не натолкнувшись на него. Это было небольшим благословением, но я с радостью приняла его.

Я не знала, что сказать ему. Как отреагировать. Интуитивно я понимала, что это не было началом любовной истории. Если я подойду к нему, прикоснусь к нему, как это делают любовники, я могла лишь представить какой будет его реакция, и я содрогнулась. Мне придётся изо всех сил постараться прочитать его. Если он внезапно станет нежным… мысль была соблазнительной по-своему куда более опасной, чем просто секс. Не то чтобы секс был простым, в частности секс с Разиэлем. Секс с ангелом. Секс с вампиром. Лучший секс в моей жизни, включая и загробную.

Но всё пошло не так, как должно было быть. Насколько я знала, он ушёл, и я понимала, что он будет вести себя так, словно прошлой ночи никогда и не было. И я чертовски хорошо могу вести себя точно также.

Хотя мне придётся быть очень осторожной. Он может читать мои мысли, видеть мои фантазии, и он ни разу не поверил в мою ложь. Серьёзно, это было столь близкое толкование ада, как и любое другое. Место, где ты не можешь одурачить своего любовника.

Своего любовника. Он не был моим любовником. Он был мужчиной, который отвёл меня в кровать по причинам, которые я не могла вполне понять. «Это было необходимо», — сказал он. «По воле повинности, а не желания, он справился чертовски хорошо», — подумала я, позволив душу обрушиться на моё тело. Но почему он повторил?

Я обернулась в огромное банное полотенце, белое махровое, конечно же, и пошла к гардеробу, подчинив себя моде культа к белому. Но вместо этого мои глаза прослезились от взрыва цвета — розовое и зелёное, аквамариновое и бледно жёлтое. Впервые на сердце стало легко. Сара успешно справилась. Ух, как же Разиэль это возненавидит. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы приободрить меня.

Я вытащила платье радужных цветов. Вырез был слишком низким и обнажал мои обильные прелести, и я едва не струсила. Но я всё равно надела это платье, вернулась в ванную и проверила себя в зеркале.

Оно сидело идеально. Я ошарашено уставилась на своё лицо в зеркале. Я выглядела собой, и всё же чувствовала себя незнакомкой. Мои густые каштановые волосы вились вокруг лица, глаза были огромными, а губы… Я должна была признать, они были опухшими из-за его рта.

Но губы были не единственным местом, где побывал его рот. Я увидела отметку на изгибе шеи. Не отчётливые колотые ранки, как показывали в фильмах про вампиров, а царапину, сделанную чем-то острым. Его зубом? Он попробовал меня на вкус, осознала я, но не покормился.

У нас был секс, но мы не занимались любовью. И я внезапно огорчилась.

Насколько я могла сказать, в Шеоле не было часов, но я догадывалась, что было около полудня, судя по уровню солнца в туманном небе и по урчанию в животе, которое было впечатляющим. Я вылезла через одно окно и вышла на парапет. Влажный морской воздух подхватил мои волосы и откинул их назад, и я глубоко вдохнула. Вдруг созерцания одного лишь океана стало недостаточно — мне надо было спуститься, пройтись босиком по траве, войти в нежный прибой. Я устала быть отвергнутой всеми.

К моему облегчению, главная дверь апартаментов с лёгкостью открылась. На этот раз я проходила мимо людей на лестнице, но враждебность, которую я чувствовала от них, казалось, испарилась. Никто не бросал на меня свирепые взгляды — они даже умудрились дружелюбно улыбаться мне то тут, то там — но было очевидно, я волновала их меньше всего. Что-то происходило, и моя эгоцентричная порывистость угасла, когда настоящее чувство обеспокоенности начало проникать в меня.

Я спустилась по бесконечным лестничным пролетам, хотя и понимала, что эта часть была самая простая. Я отчасти ожидала, что один из ангельских блюстителей остановит меня, когда я направлюсь в сторону двери, но, похоже, ни у кого не было на меня времени, полная благодать.

Я вышла на улицу и шагнула в густую зелень травы и быстро скинула сандалии. Ветер дул с моря, и я позволила влажному воздуху захлестнуть меня и закрыла от удовольствия глаза. «Мою кожу вкусит соль, — подумала я. — Его кожа на вкус солёная». И этот знакомый-незнакомый жар стал нарастать меж моих ног. Там, где побывал он.

Я пошла по траве, затем по слою мелкой гальки и вышла на песок, оставляя отпечатки ног, пока шла в сторону покатых волн. Странно, что я никогда не училась плавать, хотя очень сильно любила воду. Думаю, я всегда немного побаивалась, убеждённая, что в прошлой жизни я уже тонула. Насколько странным было думать, что в действительности это было в загробной жизни, когда я пыталась спасти падшего ангела.

Я осмотрелась по сторонам. Справа раскинулись земли, и на миг я устремила туда взгляд. Казалось, будто на дальней границе было мерцание, подобно знойному миражу, но погода была умеренной, и не было палящего солнца. Я направилась туда, идя по песку, ожидая, что мерцание будет удаляться. Смогу ли я прикоснуться к нему? Запустить через него руку? Смогу ли пройти сквозь мерцание на другую сторону в реальный мир, который по утверждениям Разиэля больше не существует для меня?

Буду полной дурой, если не попробую.

Я посчитала, что оно может слиться в единое целое, когда я подойду ближе, но этого не произошло. Я была достаточно близко, чтобы ощутить его, и я резко остановилась, уставившись на мерцание. Это было некого рода энергетическое поле. Оно пульсировало, словно было живое, и я протянула руку, чтобы прикоснуться к нему…

— Отойди от стены, Элли, — сказала Сара, её тон был резким, и я отскочила назад, испугавшись.

— Это то, что ты говоришь? — изворотливо спросила я.

Что же ещё это может быть? Но по некой причине, я не хотела, чтобы Сара знала, что я подумывала о побеге.

— Так и есть, — сказала она, взгляд её обычно тёплых голубых глаз был твёрдым. — Что ты собиралась сделать?

Я пожала плечами.

— Мне было любопытно.

Продолжительное время она изучала меня.

— Ты лжёшь, — сказала она, в конечном счете. — И я знаю почему. Разиэль сообщил нам, что совокупился с тобой, что он использовал Милость Познания и даже вкусил твоей крови, и что в тебе нет никакой темноты, значит так оно и есть.

— Он рассказал вам? — произнесла я сдавленным голосом. — Всем вам?

— Всем нам. Иначе бы тебя вернули туда, куда ему было сказано отвести тебя. Большая часть Совета желала чтобы ты исчезла, только мы с Разиэлем боролись за тебя.

— Разиэль боролся за меня? Почему?

Едва заметная улыбка подёрнула губы Сары.

— Тебе придётся спросить его самого. Я знаю, что тебе предначертано быть здесь, в Шеоле, но я вижу то, что не видят другие. Может быть Разиэль просто заупрямился. Может быть в этом есть нечто большее. Но тебе надо уйти от стены. Остальные не будут столь непредвзяты. Они до сих пор считают, что Разиэль может быть ослеплён… — слова сошли на нет, и улыбка Сары стала шире.

— Чем?

Она взяла меня под руку.

— Не важно. Давай, просто уйдём отсюда. Скоро начнёт темнеть, а Нефилимы поблизости.