Линия жизни, или Маршрутчик от бога - Старых Зоя - Страница 5

Чай по-прежнему был очень горячим и очень крепким, с таким количеством сахара, что казалось, сладость налипает на зубы и оседает кариозным налетом. От пары глотков Игоря почему-то затошнило. Наверное, пора поесть – завтрак в пятом часу утра организм уже успел забыть. Игорь поскорее закрыл термос и убрал на место, сложил руки на груди и нахохлился.

Маршрутка то пробиралась к остановкам сквозь скопища больших автобусов, по-джонову «лоховозов», то из-за них же вырывалась обратно в левый ряд. Игоря подташнивало от чая и мутило от собственной беспомощности.

– Не пустили? – вдруг спросил Джон негромко.

Игорь так удивился, что даже голову повернул.

– Так я и знал.

– Откуда?

– На конечную приедем, расскажу. Отдохни пока, что ли.

– Хорошо. А поесть у тебя ничего нет?

– Бутерброд устроит?

– Конечно!

– Ну, так бери. Там же, в ящике все.

До самой Южной Игорь плотно занимался бутербродами. Старательно жевал, отгоняя любые мысли. И только обнаружив, что в пакете остался всего один, почувствовал легкий укол совести – а чем теперь будет обедать Джон? Игорь показал тому пакет, в котором болтался последний бутерброд, сделал виноватое лицо – в ответ получил пренебрежительное:

– Доедай.

Наконец, показались знакомые камышовые болота, а за ними – грязное пятно частного сектора, облепившего распадок. Последний пассажир вышел в трех остановках от конечной.

– Все, день настал, теперь лавки возить будем.

Игорь кивнул и принялся сворачивать трубочки из десяток.

– Уже можно услышать, откуда ты все знаешь?

– Не то, чтоб все, конечно, – Джон улыбнулся. – Но, если хочешь узнать, чего в городе творится, спроси маршрутчика. Мы везде ездим, все видим и многое слышим.

– И что же ты видел?

– У тебя в фирме работает такая маленькая блондиночка? Волосы короткие, кудрявенькие? Пальто вишневое вроде.

– Работает, – ошарашено согласился Игорь. – Леночка. Офис-менеджер.

– Ага, – Джон усмехнулся. – Ну, так вот, вчера она села, как обычно, у вас на Ленина. Часов в восемь. Всю дорогу по сотовому пиздела.

Маршрутчик почесал подбородок.

– Сергеев – это же ты?

– Я.

– Так вот она говорила, что на тебя очень сердито начальство. И что оно распорядилось даже на порог тебя не пускать.

– Это я сегодня и так выяснил. Охранник меня за шкирку вышвырнул. Без всяких, кстати сказать, объяснений.

– Не ушибся хоть? – съехидничал Джон.

Игорь промолчал.

– Вот я бы на твоем месте спросил, с кем же это она о тебе разговаривала, – предложил маршрутчик.

– Ну и с кем?

– С какой-то Надей. С большим пониманием и сочувствием, между прочим. Мужики козлы и все в таком духе.

Слов у Игоря сперва не нашлось. Мир накренился и подскочил вместе с наехавшей на гигантскую выбоину «Истаной». Но маршрутка уверенно приземлилась на все четыре колеса, а вот у Игоря случился нокаут.

Лишь песню спустя он, наконец, смог выговорить:

– Сучка.

…Маршрутка остановилась на конечной. Вместо раздолбанной «Газели» дяди Васи там стояла темно-зеленая наглухо тонированная «Истана». Возле нее, прислонившись к блестящему боку, скучал высокий, тощий черноволосый мужик в щегольской кожаной куртке и зеркальных очках.

– Нарисовался, – прокомментировал Джон и зло сплюнул в открытое окно, – Горох. Его весь маршрут ненавидит.

Игорь задумался, вполглаза разглядывая Гороха, который, наверное, среди всей этой братии был самым аккуратным и респектабельным. Кто знает, за что его невзлюбили. Да и какая разница. Меньше всего Игоря волновал какой-то очередной маршрутчик.

Гораздо важнее было то, что Джон умудрился подслушать. Вот уж точно, не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Потерять Игорь умудрился все, внезапно и разом, но, похоже, внезапность оказалась не такой уж и внезапной. С какого перепугу Леночке звонить Наде? Особенно учитывая, что Игорь уже не помнил, где находился в восемь, а значит, та смс-ка от Нади пришла раньше …

Разве что Леночка разговаривала совсем не с той Надей. Верилось в такое, правда, с трудом. Надя, знавшая его фамилию и нуждавшаяся в женском сочувствии, была в природе только одна.

– Я так понимаю, мне сегодня снова на сундуке спать придется? – вдруг подал голос Джон.

– Похоже на то, – вырвалось у Игоря. – Или может, давай я?

– Попробуй. У меня от этой ночевки до сих пор шея скрипит.

– Ладно. Джон, а… больше ты ничего не слышал?

– Нет. Знал бы, что тебя вечером собью, послушал бы внимательнее!

– Понятно.

– Ничего тебе не понятно.

– Какое твое дело!

Джон усмехнулся и, махнув рукой, выбрался из кабины, закурил. Завидев его, как по команде тронулся с места Горох. Надвигавшиеся друг на друга маршрутчики походили на ковбоев из фильма, задумавших стреляться посреди улицы. Не хватало разве что салуна на заднем плане да толпы восхищенных зрителей. Игорю до разборок на 19-ом маршруте не было никакого дела, но зрелище казалось забавным.

– Кто тебя звал, кто тебе рад? – вопросил Джон.

– А ты не рад? – ответствовал Горох и вдруг сгреб более мелкого оппонента в карикатурно дружеские объятия.

А потом взял да и оторвал от земли, словно Джон был каким-то пацаненком. Впрочем, тому как-то удалось извернуться, и вот уже Горох потирал ушибленное ухо, а Джон стоял на земле, страдальчески прижимая к груди правую руку.

Сигарета плавала в луже.

– Вали уже обратно на десятый, – напутствовал Джон, удаляясь с поля боя.

Игорь в недоумении наблюдал за тем, как маршрутчики возвращаются в свои машины.

– Это вообще что сейчас было?

Джон поморщился и спрятал правую руку под куртку.

– Горох, – ответил он так, будто это все объясняло.

С наступлением темноты маршрутка начала наполняться, а затем и переполняться. Пока Джон не догадался заблокировать переднюю дверь, Игоря постоянно пытались согнать, а то и попросту извлечь с занимаемого им «привилегированного» места. При посадке люди толкались и ругались, а тех, кому требовалось, наоборот, выйти, норовили занести обратно в салон.

– А знаешь, что самое смешное? – громко спросил Джон, прохлаждавшийся, пока Игорь в поте лица передавал деньги и изо всех сил пытался не перепутать, кому и сколько дать сдачи.

От постоянного верчения у него болели уже не только бок, но и шея. Что до мозга, то он давно отключился – шел десятый час на линии. Глазеть по сторонам Игорь перестал уже на пятом – так меньше укачивало.

– Что?

– В этой давке успеют не только их обворовать, но и того вора, который обворовал их!

Маршрутчик весело рассмеялся. Игорь только поморщился, зато на лицах нескольких пассажирок нарисовалось что-то среднее между горьким пониманием и оскорбленной невинностью.

Пассажиров Игорь возненавидел уже после обеда и теперь только укреплялся в своей ненависти.

А еще он ненавидел десятки. Особенно те, которые пассажиры долго и трепетно сжимали в своих потных кулаках, а потом передавали мокрые и мятые, как из задницы.

– Худо тебе, да? – посочувствовал Джон.

– Неважно. У меня уже в глазах темно.

– У меня тоже.

– Что?!

– Шутка, шутка. Тут привычка нужна.

Маршрутчик потянулся, смачно хрустнул шеей.

– Я вот, например, представить себе не могу, как можно целый день за компьютером просидеть, – добавил он. – Я бы помер.

– Тоже привычка нужна, – скривился Игорь. – Только она, наверное, легче вырабатывается.

– Не скажи.

– Пробовал что ли?

– Было дело.

– Расскажешь?

– В другой раз. Ты мне лучше сам кое-что расскажи. Вечер скоро – что делать собираешься?

– От кино и казино откажусь, пожалуй, устал. Вот пожрать бы где – в самый раз.

Бутерброды Игорь давно съел и даже переварил, а больше никакой еды в волшебном ящике не нашлось. Что до Джона, то маршрутчик, очевидно, был железным и заправлялся вместе со своей «Истаной» – соляркой из канистры, поскольку за весь день ограничился парой кружек чая.