Любовь заказывали? (СИ) - Кристенсен Кристина - Страница 26

Засмущавшись, я пробую кусочек приготовленного, чувствуя на языке вкус острого кетчупа.

— Очень вкусно, — говорю я, отпивая апельсинового сока.

Внезапно раздается раздражающий и писклявый звонок мобильного телефона. Брюнет недовольно напрягает свои скулы, глядя на экран.

— Я сейчас, — тревожно произносит и удаляется в другую комнату.

Почему он всегда так негативно реагирует на свои телефонные звонки?

— Что опять? Я все знаю! — слышу я обрывки фраз, его недовольство перерастает в агрессию. — Хватит меня отчитывать!

Я прикусила губу, нервно ковыряя вилкой жареный помидор.

— Джорджи, — я вздрагиваю от печального тона голубоглазого. — Извини, но мне уже пора…

В его взгляде мелькнуло разочарование и грусть.

— Мне было очень приятно провести с тобой этот день, — он скривился в улыбке, но она совсем не обрадовала меня.

— Сладких снов, Джорджи, — нежно произносит он, стоя в дверях.

— Спокойной ночи, Дин, — выдыхаю я, чувствуя, как сердце разгорается внутри.

Мы еще долго стоим в дверях, но я все же нехотя закрываю дверь, последний раз взглянув в его добрые и глубокие глаза. Защелка раздраженно преграждает мне путь, и я прислоняюсь лбом к холодной металлической поверхности, пытаясь унять биение сердца. На душе смешанные чувства. Тревога, спокойствие, облегчение, удовольствие…Влечение…

Глава 23

Всю следующую неделю я преподавала игру на пианино у маленькой и задорной Люси. Она уже виртуозно могла сама исполнять несколько коротких мелодий в мажоре. На заработанные деньги я наконец смогла выкупить свои вещи у противной миссис Лерман, которая сначала не особо хотела отдавать мне мой ноутбук.

Я каждый день писала и звонила своей дорогой Агате. Кажется, что она начинает понемногу отходить от своего подавленного настроения. Кери же ни разу не написала мне. Она затаила на меня большую обиду. И ее можно понять…

Что касается родителей, они вовсе не удосужились узнать обо мне, отец до сих пор зол на меня, отказываясь разговаривать даже по телефону. Он говорит, что я неблагодарная дрянная девчонка, которая не ценит свою семью…Его слова до боли в сердце тронули меня, разрушая тщетные надежды на какой — либо перемирие. Но не смотря на это, моя жизнь стала налаживаться, хоть и очень медленными темпами. Но так казалось только мне…

— У меня к тебе есть предложение, — улыбчиво говорит Дин и прицеливается в мишень.

Сегодня мы решили сходить в тир, немного пострелять по мишеням, заключив спор, по которому проигравший должен был приготовить сладкий десерт.

— Какое же? — я посмотрела на мишень и прищурилась.

— Мой отец приглашает тебя на семейный ужин.

От его слов я невольно спускаю курок, промахиваясь, слышу хитрую усмешку себе в спину. За эту неделю мы с Дином как-то сблизились. Его общество уже было необходимо для меня, как вода для рыбы.

— Эй, так не честно! — возмущаюсь, надув свои розовые щеки.

— Люси проболтала ему все уши про тебя, — Дин выстрелил прямо в центр мишени и потер свои руки, показывая мне, кто победитель.

— Я вообще — то девушка, и ты должен мне поддаваться, — негодую я, будто пропуская мимо ушей все его слова.

Но сердце не к добру вытанцовывает буйную чечетку, наполняя уши громкими ударами.

— Ну, так что? Ты согласна? — любопытно спрашивает брюнет, разглядывая меня своими ярко-голубыми глазами.

Я уже стала одержима его взглядом, стала зависима от его запаха, и сходила с ума от его улыбки. Он будто знал верное оружие против меня, подавляя во мне все попытки на сопротивление. Но я и не хотела сопротивляться. Неужели я поддаюсь ему, как глупый слепой кролик пленительным чарам удава.

— Мне как-то не удобно, это же семейный ужин, — пытаюсь отмазаться, поправляя кепку на лоб.

Брюнет слегка нахмурился, положив одну руку на пояс.

— Поверь мне, об этом ты можешь не беспокоиться. Да и Люси очень расстроится, если тебя не будет, — он знал, как уговорить меня, поэтому я поддалась его чарам и сдержанно кивнула головой.

— Тогда сегодня вечером я за тобой заеду.

— Как сегодня? — опешив, лепечу я.

— Ты уже согласилась, так что обратного пути нет, — засмеялся он, его слова прозвучали как угроза, сладкая угроза…

— По-моему я тебя выиграл, — брюнет засиял, заставляя меня недовольно скрестить руки и фыркнуть в ответ. — С тебя сладкий десерт.

Его тон заставляет меня вспыхнуть и поежиться от прилива безжалостных мурашек, которые тут же выдают меня со всеми потрохами, вызывая у брюнета нежную улыбку.

***

Я нервно разглядываю себя в зеркало, пытаясь уложить непослушные каштановые волосы в высокую прическу. Одному локону все же удается ускользнуть от меня, нависнув сбоку кудрявой прядью. Я улыбаюсь своему отражению. Напротив меня стояла молодая девушка в облегающем по колено черном платье, которое я в торопях купила в первом попавшемся бутике. Платье подчеркивало все изгибы хрупкого тела, делая меня еще миниатюрнее. Длинные ресницы, накрашенные жгуче черной тушью, придавали моим глазам некой выразительности. Я покрутилась, рассматривая себя со всех сторон. Высокая прическа очень шла черному платьицу с легким вырезом на груди. Поправив серьги, мое сердце внезапно екнуло от неожиданного звонка в дверь. Я отпрянула от зеркала, последний раз взглянув в потрясающее отражение. Именно так я сейчас выглядела, а сердце уже давно знало, для кого я так стараюсь и кого хочу так сильно засмущать.

— Привет, — в дверях стоит он, увидев меня, его выражение тут же меняется.

В его глазах вспыхивает восхищение, которое заставляет трепет охватить мое бледное тело. Я заметила, как уголки его ровных губ нервно задрожали.

— Привет, — на этот раз я была намного уверенней, чем черноволосый, который и глаза не отрывал от меня.

— Что? — насмешливо спрашиваю, возвращая парня в реальность.

— Ты… — он слегка мямлит, вероятно ищет подходящие слова. Неужели мне удалось добиться нужного эффекта? — Ты выглядишь потрясно, то есть прекрасно.

Его осечка вызывает у меня легкий смешок и, одевая черные туфли, я расправляю плечи, заставляя бедного парня совсем опешить и потерять рассудок. Теперь ситуацию контролировала я, найдя подходящее оружие против его обаяния.

— Ну, что мы едем? — нетерпеливо говорю, поправляя кудрявый локон, хитро взглянув на парня.

— Да…конечно, — он открывает передо мной дверь, пропуская меня вперед.

Я чувствую на себе его пристальный взгляд, и продолжаю играть с ним, как кошка с мышкой. Но не опасная ли это игра? Ведь я могу рисковать, сильно рисковать, постоянно напоминая себе о чертовом заклятье. Но чем я больше думаю о нем, тем сильнее меня охватывает желание…Желание воспользоваться им… Но мне нужно его снять, необходимо исправить все свои ошибки.

— Почему ты молчишь? — хитро спрашиваю я, кода брюнет ведет автомобиль, бросая на меня неуверенные взгляды.

— Честно, потерял дар речи от такой красоты, — смущенно произносит он, пряча от меня свой взгляд.

Я расплываюсь в широкой улыбке, разглядывая знакомую местность через стекло автомобиля. Сердце трепещет в предвкушении и в маленьком отмщении за проигрыш в споре. Весенний, излучающий тепло и свежесть первых цветов, ветер слегка обдувает мои пунцовые щеки, словно пытается скрыть мое сильное смущение. Машина останавливается у огромных ворот. Только сейчас я понимаю всю серьезность сегодняшнего вечера, ведь мне предстоит познакомиться с его отцом. Нервный тик охватывает меня, заставляя пульс ускоряться при каждом приближении к двери. Светловолосая Люси радостно прыгает, увидев нас. Я заключаю её в теплые искренние объятья. Из-за этого проклятья я совсем отвыкла от человеческих прикосновений, которые в последнее время боялась, как огня.

— Я так ждала тебя! — радостно лепечет маленькая девочка, обнажая свои зубки.

— А где папа? — спрашивает Дин, снимая свои черный пиджак, из-за которого можно увидеть слегка расстегнутую голубую рубашку.