Любовь заказывали? (СИ) - Кристенсен Кристина - Страница 42

— Тебе нужно в больницу, — продолжаю настойчиво шептать.

— Хорошо, я съезжу, но не лягу обратно, теперь я не оставлю тебя одну, ни за что, — парень тихо целует мою ладонь, и я наконец могу с полным наслаждением чувствовать его сладкие и чуткие прикосновения.

— Позвони родителям, они очень волнуются, — тихо произносит Дин и гладит меня по волосам. Он и сам не может насладиться этими ощущениями.

Это сейчас самое меньшее, что мне хотелось сделать.

— Они волнуются.

Мои родителя волнуются? За меня? Это больше похоже на выдумку, на мою фантазию. Но я неуверенно киваю головой, не хочу сейчас противоречить ему. Только стоит мне вставить сим-карту в телефон, как тут же раздается неожиданный звонок. Агата?

— Алло…

— Джорджи? Слава богу, ты где? С тобой все в порядке?

Я оглядываю, спокойно стоящего, парня, который слегка касается своего плеча.

— Да, со мной все отлично…

— Дин нашел тебя?

— Дин? Да, да нашел, — я мысленно поблагодарила подругу за её искреннюю поддержку и помощь. — Джорджи, ко мне Гарри вернулся!

— Что? — я быстро переспрашиваю, чтобы удостовериться в том, что мне не послышалось.

— Гарри вернулся, сказал, что не помнит, что с ним происходило. Он признался мне в любви, — её радостный голос склоняет меня облегченно вздохнуть и широко улыбнуться. — Похоже, что и Эрик вернулся к Кери. Она сегодня была такой веселой.

— Я очень рада за вас, — лепечу, зажмуриваясь от счастья. — Я тебе непременно еще позвоню, дорогая, я очень рада…

— Чары исчезли? Боже, заклятье снято, — прошептала я и вздрогнула от нежного прикосновения к спине.

— Какие чары?

Я поворачиваюсь и тону в его ласковом взгляде. Пара небесных глаз с неким желанием разглядывают меня.

— Не бери в голову, — тихо шепчу и не смело притягиваю его голову к себе.

Парень покорно позволяет мне обхватить руками его шею. Мы долго стоим просто обнявшись, наслаждаясь друг другом, наслаждаясь каждым вздохом, каждым пульсирующем шорохом. Наши сердца торжественно соединились, выстукивая ровный единый ритм, стали одним целым. И уже нетерпеливо я притянула его губы к своим и поцеловала, сначала нежно, едва касаясь его розовых губ, потом настойчивее. Дин заключил меня в свои объятия, не отрываясь от трепетных губ. Его горячий и влажный язык склонял меня извиваться, подчиняясь каждому прикосновению. Парень страстно целовал меня, и уже не сдерживая свой порыв, я стянула с него рубашку, расстегивая пуговицы дрожащими пальцами. Голубоглазый легко и осторожно поднял меня на руки, и я обхватила ногами его сильные бедра. Напряжение его мускулистого крепкого тела обжигало мою нежную кожу, но я только сильнее прижимала его к себе, изголодавшись по его поцелуям. Дин осторожно положил меня на мягкие наволочки огромной кровати, окончательно скидывая с себя назойливую рубашку, как преграду к его желанному телу. Он не смело потянул мою майку, и я с улыбкой поддалась ему, полностью отдаваясь в его руки. Позволила ему овладеть мною полностью, потому что сама дико желала этого. Дергающая боль в груди отзывалась сладким привкусом его горячих поцелуев на моих плечах. Я зарылась пальцами в его шелковистые черные волосы и долгожданное наслаждение пронзило все тело. Голубоглазый навис надо мной, вглядываясь своим ласковым взглядом.

— Ты даже не представляешь, как я тебя люблю.

— Представляю, — выдохнула я и притянула его тело к себе, — потому что я люблю тебя так же, и всегда любила.

— Ты только моя.

— Ты только мой.

Мои слова, как согласие, заставляют парня загореться обжигающим жаром и, я чувствуя, как мы тут же становимся одним целым, соединяя наши тела и сердца в полную гармонию и единство…

***

Мы лежали в объятьях друг друга, счастливые и спокойные. Казалось, что на моей душе никогда не было такого душевного спокойствия. Весь мой тяжкий груз, все мои долгие мучения растворились легким туманном в воздухе. Теперь были только мы, такие утомленные, но уже ничем неразлучны. Я свернулась клубочком около Дина, положив голову на его широкую грудь. Я осторожно посмотрела из-за пушистых ресниц на его умиротворенное и усталое лицо. Он тихо лежал, укутывая меня своими нежными руками, будто защищал от всех, будто боялся потерять самое ценное в своей жизни. Его грудь слегка вздымалась и опускалась. Спит…Рядом…Мой…Спокойное сопение призвало к моей коже сладкие мурашки, которые покалывали меня за трепетную кожу. Я зажмурилась, загадочно улыбаясь, чувствовала на своих губах драгоценный привкус любви. Теперь меня ничто не могло разлучить с ним, теперь я всецело принадлежу только ему, желанному возлюбленному…

Сердце наконец оставило меня в покое, покорно кланяясь, больше не тревожилось больными ударами по ребрам. Оно торжествовало, с благоговением принимая эту вечность рядом с ним.

Я проснулась от теплых ласковых лучей, бивших по огромным окнам. Слегка морща нос, сонно потянулась. Усталость переросла в резкою тревогу, когда я обнаружила, что со мной рядом нет его. Я тревожно вскочила, усевшись посреди большой кровати, нервно оглядывалась по сторонам. Звук льющейся воды в ванной комнате заставил меня опустить плечи и выдавить улыбку. Легкий испуг, настигнувший мою грудь, остался только легким покалыванием в висках. Я взяла в руки рубашку, лежавшую у изголовья кровати. Теперь я свободно могла наслаждаться ароматом любимого мужчина. Его запах словно дурманящий наркотик, защекотал мои ноздри. Не смело ступив босой ногой на гладкий пол, я побрела на звуки плещущейся воды. Грудь моя слегка вздрагивала от блаженных воспоминаний происходившего между нами. Губы горели сладким пламенем, заставляя облизываться и кусать их, чтобы вновь ощутить вкус его пленительных губ. Я слегка дернула дверь в ванну, которая с легкостью поддалась, впуская внутрь. Я была настолько нетерпелива, устала ждать, отвыкла от человеческих прикосновений, отчего хотела побыстрее вернуть себе эти приятные ощущения. В ванной стоял легкий белый пар, загораживая мне обзор на его божественное тело. Парень стоял в стеклянной кабине под быстрыми струями воды, которые обдавали его мускулистое тело влагой. Я прислонилась к кабине, мягко улыбаясь, открыла её. Звук открывающейся двери заставил голубоглазого слегка вздрогнуть и обернуться. Его удивление в глазах вмиг приняло теплоту и нежность, которая уже была для меня заменой кислороду. Он расплылся в довольной улыбке, взъерошив свои влажные, от горячей воды, волосы. Это подействовало на меня, как катализатор, и не медля я ступила на влажный пол.

— Ты меня напугала, — улыбчиво сказал он, притягивая меня за талию к своему влажному телу.

Горячая вода тут же болезнено обжигает мою кожу, но я даже не думаю отстраниться. Ни за что, никогда….

— Не бойся, я тебя не обижу, — тихо смеюсь, не отрываясь от его лазурных глаз.

— Я и не боюсь, — нежно прошептал он на ухо.

Волосы мои намокли насквозь, неприятно прилипая к горячей коже. Я чувствовала в его объятьях силу, уверенность и защиту. Он защищал меня, защищал от всего.

— Вы так прекрасны, мисс Эванз. Ваша кожа нежна, как ранние лепестки алых роз, ваши губы слаще самого райского меда, — выдохнул он и прильнул к моим губам, но отстранился, будто дразнил. — Ваши глаза глубже, чем все океаны на земле…Ваша красота не сравнима даже с Афродитой, ваш голос мелодичней композиций Шопена.

Влажные обжигающие губы вновь заставили мое сознание провалиться в сладкий мрак. И уже не владея своим телом, своим рассудком я требовательно впилась в его губы, вкладывая в этот чувственный поцелуй всю себя, сгорая до последней искры. Парень крепко прижал меня к своей трепетной груди, отвечая на поцелуй. Стекавшая по его телу вода вызывала во мне только неистовое желание. Но он отстранился, заключив мое лицо в мягкие, от влаги, ладони. В его глазах загорелось восхищение и блаженство.

— Будьте моей навсегда, будь моей женой.

Я быстро захлопала ресницами, не медля переспросив его. Вдруг это коварная жгучая вода попала ко мне в уши и играет со мной в злые шутки. Но услышав его всежеланный ответ, сердце подлетело на крыльях к самому горлу, затрепетало и заворковало.