И взойдет Солнце (СИ) - Ланская Дарья - Страница 14

— Кирилл, я… — начала Маша. Его мама, стоя у нее за спиной, сокрушенно покачала головой, потому что ей было одновременно стыдно и больно за сына.

— Ты что, оглохла?! Уходи! — громче крикнул он, но Маша не послушалась.

Слегка надавив на ручку двери, она вошла и увидела Кирилла. Он сидел на стуле возле окна, сложив руки на колени. Если бы она не знала, что он слеп, то подумала бы, что он смотрит вдаль, настолько был сосредоточен в тот момент.

— Привет, — тихо сказала Маша, закрыв за собой дверь.

— Уходи, — повторил Кирилл, не оборачиваясь к ней.

Она видела только его спину, но уже чувствовала, что он снова настроен враждебно. Что-то переменилось в Кирилле, а ведь только недавно ей удалось немного расшевелить его! Но Маша не собиралась просто так отступать. Она разгладила юбку, убрала за ухо прядь волос и медленно подошла к Кириллу.

— Почему я должна уйти?

— Потому что. Уходи! — упрямо повторил он, не оборачиваясь.

— Кирилл, почему ты не пришел на нашу встречу? — Маша остановилась у него за спиной.

Он уже слышал ее дыхание и чувствовал сладкий запах духов, от которого кружилась голова. Но Кирилл тут же сбросил пелену наваждения и громко сказал:

— Потому что мне не нужна твоя жалость, я уже говорил это! Оставь меня в покое! Иди к своему спортсмену, ты же с ним хочешь гулять!

— Я не хочу с ним гулять, я хочу гулять с тобой, — спокойно ответила Маша, не повышая тона.

— Перестань врать! — поднялся со стула Кирилл и повернулся к ней.

Она снова увидела его глаза, не спрятанные за темными стеклами очков, прямо как тогда, в парке. Невольно Маша залюбовалась ими. Кристально-голубые, как вода горного озера, только сейчас в этом озере был шторм. Как бы парадоксально это ни звучало.

— Чего ты пялишься на меня! Вали к своему спортсмену, поняла?! А меня оставь в покое! — воскликнул Кирилл, чувствуя ее пристальный взгляд.

— У тебя, правда, очень красивые глаза, — Голос Маши дрогнул.

— Меня тошнит уже от тебя и твоего вранья! Проваливай отсюда! — взорвался Кирилл. — И никогда больше сюда не приходи, поняла?!

Слезы обиды и горечи навернулись на глаза у Маши, и она их сдерживала с большим трудом. Слова Кирилла больно ранили ее в самое сердце.

— Кирилл, я сейчас все объясню… — тихо сказала она, почти переходя на шепот.

— Я не хочу ничего слушать! Даже рад, что слепой, потому что видеть тебя не хочу! Уходи!

Сглотнув слезы, Маша толкнула дверь и выбежала в прихожую. Она вылетела на лестничную клетку, перепрыгивая через несколько ступеней. Слезы лились из глаз, не переставая, а в ушах звенел его голос: «Уходи! Уходи! Уходи!».

Глава 8

— Господи, да что же такое творится! — всплеснула руками Людмила Степановна, глядя вслед убегающей Маше.

На площадке она чуть было не врезалась во Владимира Николаевича, но вовремя сумела увернуться и побежала дальше. Отец Кирилла недоуменно проводил ее взглядом и подошел к жене.

— Людочка, что это за девушка была? Она меня чуть с ног не сбила!

— Я ничего не понимаю, Володенька! — Женщина была по-настоящему напугана. — Кирюша так кричал, что чуть стены не рухнули! А потом пришла эта девушка, сказала, что она друг нашего сына, но он прогнал ее!

Владимир Николаевич зашел в прихожую и прикрыл за собой дверь. Он и сам ничего не понимал, но вдруг вспомнился недавний разговор с сыном. Неужели, это та самая девушка, о которой говорил Кирилл? Но что же случилось между ними?

Однако свои мысли мужчина решил оставить при себе, чтобы лишний раз не волновать жену, у которой было слабое сердце. Он лишь обнял ее за плечо и тихим голосом сказал:

— Успокойся, родная. Пойдем, я сделаю тебе ромашкового чая.

— Ох, Володенька… — вздохнула Людмила Степановна, вытирая слезы.

Пока родители ушли на кухню, Олег выбрался из своего укрытия и тихонько вернулся в комнату Кирилла, хотя знал, что какими бы бесшумными не были его шаги, друг все равно слышит их. Обмануть его невозможно.

Кирилл лежал на кровати, отвернувшись к стенке, и держался за голову. Ему казалось, что она вот-вот разорвется на тысячу мельчайших осколков от перенапряжения. Мысли спутались в бессвязный клубок, а в душе была только ненависть не только на Машу а, в первую очередь, на самого себя. Не нужно было верить ей с самого начала, разве могла нормальная зрячая девушка просто так обратить на него внимание? Это была жалость, не более того.

— Кирилл, — позвал его Олег.

— Чего тебе? — грубо отозвался тот.

— Ты как?

— Отвали от меня.

— Может, поговорим?

— Я сейчас не хочу ни с кем разговаривать. Просто оставьте меня все в покое! — попросил Кирилл.

— Ладно, как хочешь. Я тогда пойду? — осторожно спросил друг.

Он понял, что сейчас разговаривать бессмысленно. Отчасти Олег считал себя виноватым в том, что произошло, но по-другому поступить не мог.

— Вали, — был ему ответ.

Также тихо Олег вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, но даже эти еле слышные шаги раздавались в ушах у Кирилла словно шум колонны солдат. Настолько его слух был обострен в тот момент.

Он злился. За то, что позволил себе поверить в то, что может понравиться девушке таким, каким стал. Как же хорошо она маскировалась! Лицемерная, подлая, отвратительная! Наверное, рассказывала своей подружке, как умело обвела вокруг пальца калеку, и они смеялись над ним. Смеялись, смеялись…

Маша бежала по двору, наспех вытирая слезы, лившиеся из ее глаз ручьями. Она уже давно не контролировала их. Ей было все равно, что косметика на лице окончательно размазалась, а грязные черные пятна от туши капают на новое платье, которое она купила для Кирилла.

Не нужно было ходить на это дурацкое свидание! Надо было отказаться! Сразу! Тогда ничего бы этого не было! Они бы сегодня с Кириллом пошли на настоящее свидание, которого она так ждала. Дура, какая же дура!

— Маша? Господи, что с тобой? — Мама открыла дверь.

— Извини, мам, все потом, — пробормотала Маша и быстро закрылась в ванной.

Шум воды заглушил мамины вопросы и просьбы открыть дверь. Маша села на край ванной и посмотрела на себя в зеркало. Он думает, что она предала его, обманула! Но ведь это не так! Она бы никогда не смогла сделать это. Он нужен ей… очень! Но как его вернуть?!

Маша твердо решила для себя, что ей нужно поговорить с Кириллом. Она сумеет его убедить в том, что это было лишь дурацкое свидание, которое устроила ей подружка, не более того! На самом деле она ждала другой встречи. С Кириллом.

На следующий день Маша отправилась в его двор. Но на скамейке Кирилла не было, там не сидела даже та старушка, любившая кормить голубей. Но Маша не спешила уходить. Она сама села на эту скамейку и принялась ждать. Пусть придется тут просидеть час, два, да хоть пять! Она все равно дождется. А если нет, то придет сюда завтра, послезавтра, да она каждый день будет приходить!

Прошел час, но Кирилла все не было. Может, он специально не выходит, потому что знает, она может ждать его? Маша уже перебрала в голове все возможные варианты, но одно она знала точно — отступать не будет! За то небольшое время, что Маша знала Кирилла, она поняла, что этот парень нужен ей. Как-то незаметно он вошел в ее жизнь и занял там слишком прочное место, чтобы сейчас уйти. А может, если она узнает, в чем причина болезни, удастся его вылечить? Вдруг еще не все потеряно, и его глаза смогут видеть?

Наконец дверь подъезда открылась, и на улицу вышла мама Кирилла. Маша сразу узнала ее, хотя до этого видела только мельком. Скромная пожилая женщина в темно-зеленом платье до колена и с какой-то несуразной цветной авоськой в руках. Всем своим видом она вызывала лишь умиление и добрую улыбку. И поэтому, недолго думая, Маша решила подойти к ней. Это был ее единственный шанс.

— Извините, пожалуйста, вы же мама Кирилла? — Маша поравнялась с Людмилой Степановной.

— Да, это я. А ты… вчера приходила к нам, да? — Людмила Степановна вгляделась в черты Машиного лица.