Четыре сезона власти: Дебют (СИ) - Вольмарко Андрей - Страница 14

— Соседи точат зуб против нас, — хрипло проговорил северянин с татуировкой, вытирая рот тыльной стороной ладони и поворачиваясь на стуле к Джейн. Похоже, разговоры о войне ему нравились больше еды. — Нас зажали отовсюду, а с севера наседают племена аргрингов.

Джейн передёрнуло от одного упоминания этих чудовищ. Она видела парочку в Веспреме, работающих там в порту. Высокие, с острыми зубами, с серой или красноватой кожей, они заставляли её дрожать от ужаса каждый раз, когда проходили мимо. А эти северяне ещё и сражаются с ними?..

— Войны нет, — другой северянин задумчиво покрутил в руке обглоданную до блеска косточку. — Но скоро мы оголодаем настолько, что начнём есть друг друга. Твою мать, — он отшвырнул косточку, и она со звоном упала на серебряную тарелку. — Вы хоть понимаете, что это такое?! — он яростно отодвинул тарелку от себя. — Жрать это всё, когда там наши дети и жёны…

— Хрольф, — железным тоном осёк его Вендель, и северянин тут же как-то осунулся. — Мы благодарны за еду, и Хрольф…

— Извиняюсь, госпожа, — тихо проговорил северянин.

— Не за что извиняться, — заверила Джейн. Она смотрела на них во все глаза и никак не могла понять. Если северяне такие грубые и такие простые — то почему абсолютно естественно играют в дипломатию, даже не притворяясь и не опускаясь до лжи?

Какое-то время все они сидели в молчании. Джейн хмуро и сосредоточенно смотрела в пламя свечи. Бескорыстная помощь городку где-то так далеко, что для многих горожан Лепорты этого места и не существует. Вот что-что, а этого точно никто не одобрит.

— Не знаю, дочитали вы или нет, — подал голос Вендель, — но мы готовы предложить в обмен янтарь, меха и древесину.

— Лучшие корабельные сосны! — заверил Хроди с горящими глазами. — Ни одного сучка по всей длине, обтёсывать одно удовольствие! Крепкие, что зад моей жены, плавают лучше, чем половина моих моряков, а какой у них рисунок… — он закатил глаза, приложил ладонь к губам и чмокнул. — Из такого счастья строгать корабли — одно удовольствие!

— Или их можно продать, — вдохновенно включился Хрольф. — В Веспреме цены на них огромные. Если учесть перевозки и…

— Так, погодите, — Вендель взмахнул рукой — и, к удивлению Джейн, оба северянина мгновенно заткнулись. — Оставьте вашу древесину и дайте госпоже сказать.

Джейн успокаивающе взмахнула рукой.

— Мне действительно было более чем интересно послушать и о торговле, и о древесине, — оба северянина гордо улыбнулись друг другу с видом человека, победившего в споре. — Но у Лепорты всё ещё нет выхода к морю, и…

— Это не будет проблемой, — заверил Вендель. — Мы уже договорились с Торговым Судьёй Веспрема.

Боги. Он уговорил Торгового Судью. Хотела бы она так же уметь — просто молотить всякую чушь, быть собой и добиваться успеха именно этим.

Воспоминания неприятно резанули сходством, и она едва не зашипела от злобы. Ещё один светловолосый северянин. Красивый, умный и такой, чёрт бы его побрал, равнодушный. Ему достаточно было просто улыбнуться, просто раскрыть свой рот — и все слушали, замирая. Он пел — и все подпевали. Он говорил — и все слушали. Он смеялся — и все смеялись. Он любил, чёрт возьми, ту дохлую девчонку — и она любила в ответ!

Ему хватало просто улыбки и себя, чтобы добиваться того, на что у неё ушла жизнь. И она не была уверена, что всё равно хотя бы приблизилась к тем чудесам, которые творил с людьми он.

Чёртов Варг Бьярнсон.

Джейн быстро моргнула, прогоняя предательскую резь в глазах, и сконцентрировалась на словах Венделя.

— …И если мы договоримся, то все будут в выигрыше! — чёрт, он даже похож чем-то на Варга. Если бы ещё была щетина… — Как вы смотрите на это, госпожа?

— Сугубо положительно, — быстро кивнула Джейн. — Я согласна, — меха и янтарь озолотят город и её, а заодно заткнут рот всем недовольствующим.

Северяне обменялись ликующими взглядами. Девушка чувствовала, что шумному восторгу и диким воплям мешает лишь её присутствие.

— Тогда, пожалуй, я буду наглой и попрошу вас об одной услуге, — она опёрлась о стол так, чтобы грудь была сжата между локтями. Приглушённое профессионализмом чувство гордости завыло где-то вглубине, когда взгляд Венделя сполз с её лица гораздо ниже. — Вы не откажете в чести выступить перед людьми? Рассказать им, как ужасны воины на севере? Сколько гибнет хороших людей, как это больно и ужасно? — она едва заметно качнулась, и Вендель облизал разом пересохшие губы. — Ведь было бы хорошо, если бы не только я, но и народ Лепорты знал, почему помогает вам.

— Само собой, — дёргано кивнул посол, не сводя глаз с её груди. Подумать только. А ведь он почти убедил её, что мастер-дипломат. — Как скажете, да.

Прекрасно. Ну что ж, Бернардо. У меня новая фигура на доске. И если завтра я смогу переманить кого-нибудь из этих индюков Магистрата, я, возможно, даже буду жива к концу месяца!

— И было бы ещё хорошо, — Джейн резко уселась обратно в кресло, заставив Венделя сбросить оцепенение и снова п однять взгляд на её лицо, — если бы я сама узнала побольше. Например, почему Садках оказался в таком положении.

— Потому что им не нравится наш ярл, — слишком быстро ответил Вендель.

— Им не нравится не наш ярл, а как он взял власть и что с ней собирается делать, — фыркнул Хрольф, игнорируя бешеный взгляд Венделя. — Но ярла не выбирают. Как и братьев, да?

— Да, — проскрипел Вендель, потирая бровь. — Мой брат просто жертва обстоятельств.

Джейн кивнула. О да, разумеется. Все политики — жертва обстоятельств, когда всё идёт наперекосяк.

— Вы меня заинтриговали, я безумно хочу послушать ваши истории о ярле и Садкахе, — кокетливо улыбнулась она Венделю. — Давайте закончим деловую часть и перейдём к разговорам. Только вот… — она протянула Венделю пергамент. — Что это за руны? Я, к стыду своему, давно практиковала северный, так что…

Посол широко усмехнулся.

— Имя нашего ярла, госпожа, и моего брата. Варг Бьярнсон.

Её швырнули в ледяную прорубь. Её бросили в костёр. Раздавили камнем. Ударили прямо под дых.

— Кто? — слова оцарапали пересохшую глотку изнутри и больше походили на хрип умирающего, чем на привычный звонкий поток.

— Варг Бьярнсон, — повторил Вендель, улыбаясь. — Вы слушали о нём, да? Наверное, ту байку про то, как он песней остановил битву?

Все её слышали, чёрт возьми, и это не было байкой! Твою мать, твою мать, твою мать! Как она сразу не догадалась?! Они же похожи как две капли воды!

Она судорожно вздохнула, успокаиваясь. Всё в порядке. Всё хорошо. Это старые дела минувших времён. Оставить, забыть и идти дальше.

Но её рука уже сама потянулась к графину.

— Посол, если не хотите, чтобы я подумала, что лепортийское вино вам не нравится — придётся выпить ещё. Вы же не хотите дипломатического скандала? — произнёс кто-то её губами.

О боги, как же я ненавижу Бьярнсонов. Как же я ненавижу себя.

Глава 8. Закажи себе картину

Глава 8. Закажи себе картину

Джейн всегда восторгалась Мёнхенским театром.

Он был довольно большим и старым, тот театр при Коллегии. Много галерей, огромная сцена, целые лабиринты декораций и склады реквизита. В том здании всё отдавало историей актёрского мастерства, древнейшего искусства обмана.

Только вот Мёнхенский театр казался дешёвкой по сравнению со Старым Имперским Театром.

Он был огромен и напоминал Джейн какой-то заброшенный бастион. Осыпающиеся арки и покосившиеся колонны, обвалившаяся императорская секция, потрескавшиеся ступени скамьи… Боги, даже засыпанной снегом, разваливающийся и обветшалый, он давал сто очков перёд Мёнхенскому. Девушка на мгновение представила, что здесь было во времена Седой Империи — и с трудом подавила дрожь.

Но, как только гонфалоньер опустила взгляд на сцену, ощущение былого величия испарилось без следа. Там, в окружении сидящих на скамьях послушников, спорили два жреца. Дрожащие и слабые голоса разносились эхом над пустыми зрительскими рядами и звучали больше похоже на карканье ворон.