Четыре сезона власти: Дебют (СИ) - Вольмарко Андрей - Страница 19

— О, разве бы они посмели? — патриций растянул губы в улыбке. Похоже, в этот раз даже искренней. — Вот так просто взять и развернуть толпу! Знаете, человек ваших способностей далеко пойдёт. Если обзаведётся нужными союзниками.

— Я думала, что как минимум один у меня есть, — с нажимом произнесла Джейн, чуть наклонив голову.

— Один — это хорошо, — Пасиенте осторожно забрал у неё бутылку и, дождавшись позволительного кивка, наполнил бокал. — Но мало. Я счёл бы за честь, если где-то через неделю вы бы встретились с одним человеком. Думаю, вы сможете склонить на нашу сторону и его.

Джейн широко усмехнулась, глядя на патриция поверх бокала. «Нашу» сторону. Как быстро моя сторона стала «нашей». Я буду пристально следить за тобой, денежный мешок.

— У вас есть кто-то на примете? — мило спросила она.

Фра Пасиенте широко улыбнулся и наклонился к самому её уху.

— Виареджио, — прошептал он.

Глава 10. Теория всемирного согласия

Глава 10. Теория всемирного согласия

Пасиенте улыбался такой тонкой улыбкой, что ей можно было резать бумагу.

— Ваша милость, когда я говорил, что ваш считают змеёй, я немного не это имел в виду, — обычно гремевший голос просто утопал в общем гуле, наполнявшем выставочный зал.

Джейн одарила его ледяным взглядом и слегка поправила маску.

— Фра Пасиенте, — сладко проговорила она, улыбаясь. — Я пришла сюда только потому, что здесь якобы будет посол Виареджио. И если вы думаете, что мне нравится слушать шутки потрясающей оригинальности о чёртовой маске, то вы ужасно заблуждаетесь.

— Вам не нравятся маскарады, ваша милость? — с лёгкой улыбкой спросил толстяк, поправляя маску ящерицы.

Джейн плотно сжала губы и гневно выдохнула через нос. «Не нравятся маскарады», безмозглый жирдяй? Кому это вообще может нравится? Толпа взрослых людей цепляет себе на лица маски, которые не прикрывают и половину лица, сплетничает напропалую, распускает руки и при этом думает, что думая, что завтра по городу не поползут слухи? Или чтобы щеголять масками, которые стоят больше, чем может заработать за год половина Лепорты?

— Нет, — процедила сквозь зубы Джейн. — Не нравятся.

— Что, и картины вам не нравятся?

— А что, кому-то здесь нравятся? — она гневно дёрнула подбородком, указывая в зал. — Я не понимаю, кому вообще пришла идея устроить маскарад в честь выставки! — впрочем, посетители галереи Оффици, видимо, тоже — большая часть разбилась по группкам и либо общалась, либо постоянно принимала всё новые и новые бокалы вина от снующих туда-сюда слуг.

— Вам нужно расслабиться, ваша милость. Вы слишком серьёзны!

Джейн резко подняла взгляд на Пасиенте. Патриций самодовольно и уверенно усмехался, глядя на группку воркующих женщин в масках канареек. Этот придурок всё ещё не воспринимает её всерьёз… Хорошо.

— Фра Пасиенте, — мягко начала она, беря его под руку и направляясь в сторону окна. — Я знаю, что вы очень занятой человек, и, к тому же, вы сами говорили, что патрициат — тяжёлая ноша.

— Истинно так, — кивнул толстяк, азартно заглатывая наживку.

— Ну так вот, я решила взять на себя смелость и слегка напомнить вам то, что вы в силу занятости могли упустить, — она остановилась возле окна и указала ему на россыпь огней ночной Лепорты. — Где-то там, неделю назад, я спасла вас от разъярённой толпы. Где-то половину недели назад где-то там по моей просьбе выступали северяне, рассказывая о ужасах войны. И каждое утро этой недели в новостных листовках я читала о том, что жители Лепорты, которые недавно хотели войны, войны уже не хотят, — она зло сощурилась и взглянула на него. Патриций продолжал улыбаться, но глаза его похолодели. — Вы за неделю не сделали ничего, чтобы я считала наш союз состоявшимся, а я сделала всё и даже чуть больше, чтобы спасти ваши дела в Виареджио и вас самих от разорения. Понимаете, к чему я веду?

К его чести, он продолжал улыбаться.

— К тому, что я должен быть вам благодарен? Я и так безмерно благодарен вам, ваша милость, и…

— Нет, — жёстко оборвала она, с удовлетворением отметив, как пальцы его левой руки принялись отстукивать нервную дробь по пуговице на рукаве. — Будь вы благодарны, вы бы не вели себя так, будто я глупая девочка, которая ждёт от вас обещанную игрушку.

Судя по дрогнувшей улыбке, теперь до него начало доходить.

— Вас смущают мои шутки? — виновато спросил он, чуть потупив взгляд. Хорошая попытка, но не хватает тонкости исполнения.

— Меня смущает то, что вы думаете, что я не отличу шутку от издёвки. Как и то, что я до сих пор не получила от вас никаких денег, да и посла Виареджио я что-то не вижу. Учтите, — она наставила на него указательный палец, и его взгляд намертво прилип к нему. — Вы уже закрыли себе дорогу к Бернардо. Закроете ко мне — и, быть может, труп вашей семьи станет отличным началом для нашего с ним примирения.

Его улыбка дала трещину, а затем окончательно соскользнула с лица. А глаза, поблескивающие в прорезях маски, теперь смотрели с опаской.

— Не стоит так быстро отталкивать единственного союзника, ваша милость, тем более, если он пока только ищет способы действовать активнее. Я же не могу просто так взять и подарить деньги городу, верно? Я ищу способы, подходы…

Джейн отмахнулась и взяла бокал с подноса у проходящего мимо слуги.

— Лучше найдите посла Виареджио. Потому что, фра Пасиенте, если сегодня его здесь не будет… — и она замолчала, многозначительно качнув головой. Зачем пугать, если его фантазия сама справиться с этим?

Патриций какое-то время молча нависал над ней, неловко молча и нервно барабаня по пуговице. Гул и смех высшего света Лепорты вокруг каким-то образом делал их молчание ещё более неловким.

Наконец, он снова улыбнулся.

— Хорошо, ваша милость, — и тут же исчез в толпе.

Джейн расслабленно выдохнула и сделала ещё один глоток из бокала — на этот раз гораздо больший. Если бы она знала, как всё будет сложно и сколько будет проблем, то после предложения Онесто просто повесилась бы, честное слово. Да, новостные листовки писали о том, что люди хотят войны всё меньше и меньше. Но вчера написали и о том, что прошёл уже месяц с её избрания, а в городе ничего не изменилось.

Чёртовы идиоты. Как она может менять что-то, когда у неё над душой стоит Магистрат, спящий и видящий, как её вышвыривают из города?

Джейн оперлась на подоконник и устало взглянула внутрь бокала. Она перестала высыпаться, забывала поесть — и это при том, что большую часть её работы продолжал выполнять Бернардо. А что будет, когда ей удастся выпихнуть его?

Не когда, а если, пронеслось у неё в голове.

Резкий визг вырвал её из своих мыслей.

Толпа раздалась в стороны, по-светски вздыхая и перешёптываясь, а какая-то женщина быстро удалялась от бугая в маске совы. Тот пьяно хихикал и пытался стереть вино с камзола.

Джейн прислушалась

— Она что, облила его?

— Он схватил её за грудь и объявил её собственностью Его Высочества короля Ксилматии.

— А, так это тот самый ксилматиец? Лорд Скример?

— Ага. В городе всего два дня, а уже наскандалил на несколько месяцев сплетен.

— Не знаете, он женат?

Джейн с огромным усилием подавила смешок. Но, видя, как двое слуг пытаются оттащить к дверям упирающегося лорда Скримера, не выдержала и всё-таки ухмыльнулась. Боги, и почему она не уплыла в Ксилматию, когда могла? Там наверняка веселее, чем в этом зверинце.

Она едва заметно вздохнула, когда прямо перед ней из толпы вынырнул мужчина в маске летучей мыши. О, начинается…

— Прекрасно выглядите, — мягко проговорил он, кокетливо улыбаясь и слегка кланяясь.

— А вы выглядите как летучая мышь, — констатировала Джейн, вызвав шелест смешков вокруг. Мужчину это нисколько не смутило — самоуверенно улыбаясь, он облокотился на подоконник рядом с Джейн. — Я тут жду кое-кого.

— Давайте подождём вместе, — самоуверенно предложил мужчина, вызвав заинтригованные взгляды и перешёптывания у группки женщин неподалёку. Прекрасно. Чего ей не хватало для полного счастья? Слухов.