Сохрани эти чувства (СИ) - Шашлов Никита - Страница 34

— Братан, вовек тебя не забуду! — воскликнул Эмбер. — Девчата, пойдемте скорее! — полилась из него энергия рекой.

— Агась! — мило улыбнулась Мария и пошла вперед за Эмбером.

— Ты хоть не стесняйся, Майя.

— Пусть это и по-детски, но идем… — неловко согласилась она.

— Веселиться имеет право каждый, не только дети, мы просто постепенно забываем, как это делается, но не переживай, я вам напомню обо всем, — добродушно улыбнулся Зоренфелл.

Глава 24

— Вау! Это место просто огромно! — восхищенно откликалась Мария. — Поверить не могу, что такая громадина находится в нашем городе…

— Ты раньше не слышала о «Белом ките»? Я хоть и живу в соседнем городе, но даже там о нем лестно отзывались, — произнес Эмбер. — Только вот я поверить не мог, что и сам здесь смогу погулять.

«Соседнем городе? — зацепилась за фразу Майя. — Похоже, что Зоренфелл не врал о его причастности к «улицам», но я все равно слабо верю в то, что этот малыш способен кому-нибудь хоть палец сломать…»

— Тогда буду считать себя джином, исполнившим одно мелкое желание, — усмехнулся Зоренфелл.

— А не дорого ли это? — обеспокоенно спросила Мария.

— Думать забудь о таких вопросах, — резко пресек Зоренфелл. — Ты здесь за тем, чтобы повеселиться, чтобы познакомиться с новыми людьми и укрепить отношения со старыми.

— Поняла! — приободрилась она, чтобы не заражать других своими эмоциями.

— Ну, а ты чего идешь такая кислая? — обратился он к Майе.

— Ни в детстве не ходила в такие места и подумать не могла, что здесь окажусь когда-нибудь…

— Я тоже ни разу не бывал, так что стоит попробовать, от нас не убудет, — улыбчиво ответил Зоренфелл.

«Блин, мы вроде как на двойном свидании, а они все хмурые, никакой романтики, никакой тактичности… — недоумевал Зоренфелл от бездействия своих товарищей. — Эмберу лишь бы покататься на карусельках, Марии тоже это интересно, а Майе вообще ничего не интересно. Да как вас, черт возьми, понять, ребята?»

— Так, может план построим, куда пойдем? — предложил Зоренфелл, становясь этим днем энергичной душой компании. — Кто-то куда-нибудь хочет?

— Хочу на чертово колесо! — сказу поддержала Мария.

«Ну нихрена себе предпочтения… Не то, чтобы я чего-то боялся…» — опешил тут же Зоренфелл.

— Круто, это ведь весь город видно будет с него! — воодушевился Эмбер.

— Меня можно не спрашивать, я иду за вами, — тухло ответила Майя.

— Ну ты чего, Майя? — обратился к ней Эмбер. — Давай повеселимся, не зря же мы сюда пришли, в конце концов! Вот поедем на колесе, и я расскажу, как мы толпой на толпу шли одним темным днем на «улицах»!

— Толпа? На «улицах» и банды есть? — заинтересовалась она.

— И не только, много чего есть! Называется, правда, несколько это все иначе и много разных тонкостей… Но тебе, скорее всего, это будет не интересно… — играл театральную сцену Эмбер.

— Пошли на колесо, сейчас же! — воспылала Майя.

— Красава, — шепнул Зоренфелл и показал большой палец.

«Хоть кто-то старается! — обрадовался он. — Стоит ей узнать о его крутости, и её за уши будет не оттянуть от Короля. Так-с… Эмбер старается, и я не должен отставать!»

— В таком случае идем попарно в кабинки, — предложил Зоренфелл. — Вы, ребята, первые, а мы следом за вами.

— Заметано, братан!

— Я не знаю, куда после будет интереснее пойти, глаза разбегаются, — крутила головой Мария.

— Сейчас увидишь все с высоты птичьего полета, и карта даже не понадобится, — ответил Эмбер.

— А ты не боишься? — взял её за руку Зоренфелл, чем вызвал румянец на щечках.

— Н-нет. Мне всегда нравилось кататься на таких колесах и чем больше они, тем лучше, ведь многое можно увидеть на пике, — произнесла Мария. — Когда папа еще ездил по концертам, он мне часто позволял на них кататься, но в последние годы не удавалось…

— Тогда тем более пора восстанавливать традиции, — улыбнулся парень.

— Традиции — это хорошо, — кивнул Эмбер с чувством солидарности.

— А вот я всегда боялась их, если честно, — начала участвовать в беседах Майя. — Каждый раз кажется, что один винтик вылетит из кабинки или самого колеса и всем крышка…

«Блин, Майя, за что ты говоришь эти слова?!» — раздраженно подумал Зоренфелл.

— Да там же боятся нечего, ты чего? Пока поднимаемся еще не так высоко, а когда будем на са-а-амой высокой точке, — кинул парнишка взгляд на верхушку, — тогда и думать о страхе не придется, ведь вид там очень красивый.

— Правда-правда! — соглашалась Мария.

— Ну, мы пошли! — прикрикнул Эмбер, заходя в кабинку колеса вместе с Майей.

Колесо медленно вращалось, и вторая парочка также вошла в кабинку. Зоренфелл, в отличие от Марии, не так сильно любил подобные аттракционы, поскольку боялся высоты. Уверенности в этих вещах ему даже не придавала сила останавливать время.

— Зоренфелл, почему ты все это затеял? — спросила напрямую Мария.

— Как я и сказал — ради вас всех.

— В каком смысле? — не понимала она всей сути.

— Эмбер Король «улиц», тех улиц, с которых я когда-то сбежал. Думаешь, что получить такой титул довольно просто? Как бы не так… — слегка поник Зоренфелл. — Мы с ним впервые встретились, когда из-за моих действий подростки начали массово ползти на «улицы», и он попался под горячую руку старших, из-за чего чуть не поплатился своими руками. Я помог ему, хоть и не помню. Но суть в том, что на «улицы» просто так никто не выходит, у каждого есть собственные причины для таких действий.

— Его могли страшно покалечить, но он все равно там оставался? — шокирована Мария.

— Да, это ведь все не спроста. Я не знаю, что может висеть на душе у такого, как он. Он открыт, он добродушен, он веселый, ты ведь заметила это?

— Ага, еще при первой встрече он показался забавным, — кивнула с улыбкой Мария. — Когда вы с Майей отошли, Эмбер спокойно начал со мной знакомиться и разговаривать, без капли стеснения или сомнения. У меня бы так не получилось, честно говоря.

— Ну вот, можешь взять пример с него.

— Но я поверить не могу, что у него какие-то проблемы в жизни…

— На «улицы» не выходят за весельем, только редкие отморозки в качестве исключения, а он на такого не походит. «Улицы» — это как протест против обычной жизни, место, где можно выместить свой гнев на других и это будет приветствоваться; это свобода с устоявшимися нормами.

— И как ты собираешься ему помочь? — поинтересовалась Мария.

— Тем, чем мы сейчас занимаемся — двойное свидание и развлечение.

— Ты хочешь, чтобы он пересмотрел свои взгляды на то, чем занимается и изменился ради лучшей жизни? — предположила она.

— Совершенно верно! — похлопал Зоренфелл. — Близкий контакт с девушкой, разговоры, веселье с друзьями. Показать ему иную сторону жизни, которой он обделен. Тогда, возможно, и он сможет покинуть «улицы», пусть это и сложно… Его могут держать оковы ответственности за тех, с кем он дерется бок-о-бок…

— Так почему бы ему не попробовать также погулять по-обычному с теми людьми?

— Хорошая мысль, Мария, таким образом можно запустить цепную реакцию! — пришел к восхитительному выводу парень. — Но сначала нужно ему позволить повеселиться, а потом просто подтолкнуть к этой самой мысли.

— Тогда что с Майей? Разве у неё есть проблемы? Она популярная, у неё много друзей и хорошие оценки…

— А ты много узнала за пару дней в школе, — удивился Зоренфелл.

— О мне многие говорят, кучу сплетен услышала в компании девчонок.

— От оно как, понял. Тогда ты должна знать и то, что она, как и я, не имеет постоянных отношений, — нашел как выразиться юноша. — Вечно с кем-то встречается, меняет парней и все такое, но выбирает она только сильных. И у неё идет это «чем сильнее, тем лучше».

— Хочешь сказать, что это чем-то вызвано?

— Естественно, остается только узнать, чем. Помнишь, как тебе стало легче после того, как ты выговорилась мне?