Сохрани эти чувства (СИ) - Шашлов Никита - Страница 76

От этих слов сердце Марии стало биться чаще. Она понимала, к чему могут привести эти слова, отчего рождался ураган смешанных эмоций, контролировать который никто бы не смог.

— Я люблю тебя, Мария…

Эти знаменательные слова добили Марию. Из глаз её потекли ровным ручьём слезы. Она не знала, как реагировать. Но знала лишь одни слова, которым есть место быть прямо в этот момент…

— Я тоже тебя люблю, Зоренфелл…

Они, как по велению неведомой силы, тянулись друг к другу, закрыв глаза, покуда их губы не переплелись в неловком первом поцелуе. Чувства каждого взорвались и образовали собой вьюгу вблизи яркого неугасаемого костра. Они не хотели отталкивать друг друга, не желая портить пиковый момент радости и счастья. Мария обняла его шею и их поцелуй продолжался на глазах всех окружающих, что в скромном молчании старались не сбить их атмосферу и не заставлять смущаться. Они бы от стыда сгорели, пойми, чем они занимаются на глазах у всех, однако именно сейчас, в этот момент, они находятся в совершенно ином ото всех мире. В отдельной стране романтики и любви…

Когда узы поцелуя разорвались с нежеланием, Зоренфелл и Мария долго обменивались взглядом, не отпуская друг друга. Их танец продолжился, но с более бурными и страстными чувствами…

— Что-то тебе не весело, подружка.

— Чего тебе?

— Так и будешь смотреть на это со стороны?

— Отстань… — фыркнула она.

— Ты и же сама понимаешь, что тебе с ним ничего не светит, Кэтти. Он не из тех людей, что предает друзей, а уж тем более свою любовь.

— Да понимаю я, черт возьми! — воскликнула она. — Но что я могу с этим поделать?! Что?..

— Давай потанцуем? — предложил Крейг.

Кэтти взглянула на протянутую руку горе-мафиози и всё-таки решила принять предложения, не желая оставаться полнейшей дурой, глядя со стороны на ушедшую любовь. Не все остаются в плюсе от любви. Она ранит, но в то же время дарит тебе множество знаменательных и обескураживающих моментов, от которых просто невозможно отказаться. По той же причине нельзя отказываться и от любви, ведь это есть самое прекрасное в мире чувство, что испытывает каждая пара, переплетённая этими узами. Помимо этих двоих, костры заманили к себе ещё несколько пар, в чьём числе Эмбер и Майя, Роза и Доррен. Умеренное пламя увлекло за своей пеленой ребят, окрылённых мгновением, преисполненных чувствами и радостью момента. Для них этот день стал особенным, незабываемым.

Но каждому празднику рано или поздно приходит конец. Ничто не должно задерживаться надолго, иначе вся радость от события быстро превращается в скучную обыденность. Однако перед уходом из школы Селлина выкроила у Зоренфелла момент для краткого разговора…

— Ну как тебе фестиваль, многое ли для себя усвоила? — с приподнятым настроением поинтересовался Зоренфелл.

— Да, более чем, — кивнула Судьба, — я никогда не сталкивалась с таким океаном чувств от разных людей, но по одинаковой причине. Это удивительно и непревзойдённо… Люди любят и ненавидят, но остаются людьми. Пример одного рождает надежду в другом. Взаимодействие людей, пусть даже не прямое, создаёт множество интересных вещей, которым можно посвятить ни одно столетие на размышления.

— А ты набралась новых эпитетов, — усмехнулся Зоренфелл.

— Много слов, много чувств, много деревьев… Я всё это слышала и видела… Теперь я могу покинуть тебя, поскольку, как мне кажется, я усвоила тот урок, что ты старался для меня преподнести. После этого дня я поняла, почему ты желал, чтобы я сама всё увидела и сделала собственные выводы, спасибо. Но как-нибудь обязательно вернусь.

— Обязательно, буду ждать, — улыбнулся Зоренфелл. — И да… Напоследок: сохрани эти чувства, хорошо?

— Обязательно, — улыбнулась Селлина, испаряясь в ночном звёздном небе. — Посети свою маму. Чудо пришло и к тебе…

— Постой… Что?! — хотел он услышать ответ, но Селлины и след простыл.

Однако ответ себя долго ждать не заставил. На телефон Зоренфеллу последовал звонок от отца, который он тут же принял дрожащими руками.

— Да, пап? — спросил он первым.

— С-сынок… Мама… Наша мама проснулась! — воскликнул он весь на нервах.

— Я приеду завтра! Нет, сегодня же!

— Дурак, не торопись! — хотел было остановить он, но отца уже никто не слушал.

— Мария! — крикнул Зоренфелл.

— Что?

— Моя мама… Она вышла из комы! — сам со слезами на глазах подошёл к ней Зоренфелл.

— Это прекрасно, — обняла его Мария.

— Поехали к ней прямо сейчас? Я хочу вас познакомить.

— Прямо сейчас? — опешила девчонка.

— Да, я позвоню Эриху и отпрошу тебя.

— Поехали! — улыбнулась Мария.

«Не знаю, ты ли это сделала, Селлина, или кто-то другой, но я благодарен тебе за то, что ты подтолкнула меня к размышлениям о собственных чувствах. Без твоей помощи, я бы как дурак тянул бы с этим… Спасибо, Селлина» — глядя на небо, подумал Зоренфелл.

Дорога не заняла много времени, когда ты окрылён счастливыми новостями и лепестками любви. Каждый из них не мог поверить, что этот день настал, что слова были сказаны, а действия сделаны. Они не страшились этих чувств, Мария и Зоренфелл всегда были искренни друг к другу и прямо сейчас их руки ничто не сможет разъединить.

— Поверить не могу, что мы стали парой… — ненароком произнесла Мария.

— Я, если честно, тоже. Но я правда люблю тебя… Непонятное чувство внутри заставляет меня говорить эти слова вновь и вновь…

— Это и есть любовь, Зоренфелл, я испытываю то же самое… — крепко сжимая его руку, ответила Мария.

Прогулка по ночному городу добавляла романтической атмосферы этому вечеру. Нет ничего в этом мире, что могло бы расстроить их в этот самый миг, когда твоя мечта оказалась реальностью, а чувства сплелись в одну прекрасную картину, что стереть нельзя и невозможно забыть. Однако ни одна ночная прогулка в чужом городе не может быть одобрена заботливыми родителями, что совершенно не могу контролировать столь своевольного и нахального мальца:

— Сынок, зачем же ты так поздно приехал, ночь же! — с порога начала его отчитывать мама.

— Это совсем не важно. Главное, что с тобой всё в порядке! — подлетел Зоренфелл к больничной койке.

— Будет тебе, меня таким не пробить, уверяю! — задорно улыбнулась она, показывая, что сил в ней хоть отбавляй.

— Ещё кое-что… Я хотел тебя кое с кем познакомить… Проходи, — позвал он Марию.

— Здравствуйте, — неловко поклонилась она, — меня зовут Мария.

— Я люблю её, очень сильно люблю, — твердо сказал Зоренфелл, вгоняя краску свою девушку и оставляя эмоции удивления на лицах своих родителей.

Однако не для всех эта новость и подобный гость стал удивлением…

— Так вот, значит, кто мне приснился, — загадочно произнесла мама.

— О чем ты? — спросил отец.

— Когда я спала, я видела её. Она потянула меня за руку, но я не слышала её слов, благодаря чему я и очнулась.

— Да быть того не может… — опешил он, усевшись на кресло.

— Подойдите ко мне, — позвала парочку мама, — я хочу вас крепко-прекрепко обнять… Я знала, что ты сможешь найти настоящую любовь… Я так рада… — со слезами на глазах, говорила мама, а руки её детей были связаны друг с другом.

Конец.