Начало 21 века (СИ) - Макаров Кирилл - Страница 11

— А это правда, что он блевал, как последняя сучка на выпускном? — Безудержно сказал Хантер.

До этого Эдвард никогда не желал ударить человека, но сейчас в миг позора желание возросло до неимоверных размеров. Эдд хотел ударить его, сжал кулаки. Хантер смеялся, улыбался всё так же фальшиво, как и все его дружки. Он медленно шёл в сторону Хантера… остановился. Он сам стал идти и подошел к Эдду вплотную.

— Ну, что? — Накинулся Хантер, — ты же не ударишь меня. — Резким ударом попал Эдду в плечо, — ты же не ударишь! — Уходил с насмешкой, он ниже Эдда на целую голову.

— Я тебя не боюсь… — тихим шепотом вымолвил Эдд. Хантер услышал, обернулся, недоуменно обратно подошёл.

— А я не прошу бояться меня, нет, я прошу не бесить меня. — Весело объяснил Хантер, настораживали его свирепые глаза. Рассел боялся подходить, просто, дружеские отношения взяли вверх.

— Так, хватит, — между ними снова встал Рассел, — Эдд хватит спорить, ты же знаешь Хантера, Хантер не нужно драться любой вопрос можно решить и без кулаков.

— Ты ещё будешь указывать мне, что делать? — сказал Хантер, у него уже чесались кулаки на Рассела, — А ты Эдд, думаешь, тебя спасёт твой дружок? Нет! — Хантер посмеялся, вся шайка уходила. — Идите на уроки, ребятишки.

— Вы поосторожней с Хантером, — сказал Саймон, оставшийся с братом, докуривая дорогие сигареты, подаренные Хантером, — он хоть и маленький, но дерётся… о-го-го…

— И что? — не побоялся ответить Эдд, — Думаешь, он напугал меня?

— Я просто говорю, — продолжал Саймон, — остерегайтесь его, типа, если надо, то промолчите… точнее всегда помалчивайте, если рядом Хантер.

— Понял, — задумался Рассел, держа в руках третью сигарету, — Эдд! Остерегайся… — Шутливо добавил.

— Нет, но, — продолжал Равиль, всегда говорил вдумчиво «с чувством, с толком, с расстановкой», в отличии от своего брата, близнеца, который постоянно говорил «типа», — Хантер действительно боец, что надо. В любой драке, что он участвовал, побеждал либо он, либо его команда.

— Команда?

— А вы что не знали, типа, — вмешался Саймон. — его «банда» уже где-то год ходит на разные «стрелки», где всегда побеждают они. Хантер всю жизнь был таким бойцом, и ты не победишь его, Эдд, ну это без вариантов.

— Я не собираюсь с ним драться, — уверенно добавил Эдд.

— Так всё, идём на урок, — скомандовал Рассел, выбросил докуренную сигарету, — ребятишь, ёп. — Посмеялся.

3

У Эдда сильно болело плечо, хватался за него. Рассел много говорил о Нине, спрашивал у Эдда. «Они оба мало знали Нину, её окружение, мысли оставались далеки от них». Зашли в раздевалку; переобувка занимала меньше времени, чем обычно, сейчас же им хотелось потянуть время. В раздевалке стояла та самая злая уборщица, не любила её вся школа. Как назло, подошла к Эдду, потому он ближе к ней. Учуяла запах сигарет, при чём сильный, Эдд не курил. Она кричала: «Вы что курите?! А если директор заметит?! Родителей хотите в школу?!…» и т д. Эдд молча сидел, не сказал ничего. В голове всплыла одна цитата из ВК: «Если на вас лает собака, то вы же не будите садиться на колени и лаять с ней вместе?» — с такой мыслью подождал Рассела. Уборщица подошла и к нему, но пахло не так сильно потому, что три жвачки сделали своё дело.

Незаметно прошёл звонок, в толпе его услышать не просто. Парни прибежали смотреть расписание уроков. Пока Рассел пытался найти расписание десятого «В» класса, Эдд стоял в стороне, думал. Мысли не были о Хантере или мести, или, как он изобьёт его, нет… Эдд думал о том, что слух про «привязанность Эдда к алкоголю» может разлететься по всей школе, могут узнать не только ученики, но и учителя, а если директор узнает, если мама узнает. Вот самое пугавшее Эдда в сию минуту.

— Чувак, — сказал Рассел, — у нас первым литра!

— И что? — Эдд не понимал из-за посторонних мыслей, потом осознал, — А-а-а ты про учителя.

— Да, именно про неё, про эту гадюку, которая так и ждёт, что бы на кого-то наброситься!

— И эти «кто-то» будем мы… — Эдд посмеялся, — да ладно не бойся, пройдёт как-нибудь. — Эдд обнял Рассела за шею, по дороге в класс.

Шагали не так быстро, приближаясь к классу. Знали самого строгого учителя, знали на что она способна. Вот они у кабинета русского и литературы. Сердце подводило Эдда неровными стуками. Слышали её голос, звонкий и противный. Спорили, кто откроет дверь первым, войдёт в класс. В конце концов, на «чи-чи-фо» Эдд проиграл. Открыл дверь. Весь класс обратил внимание, особенно посмотрела Нина и Диана. Извинились за опоздание, шли на свои места, их остановил всё тот же противный голос.

— Почему опаздываем?! — возразила Ольга Геннадьевна с огромной злобой, — Вы же десятый класс! И это вы выбрали идти в десятый класс!

— Но мы немного же опоздали… — тихо оправдывался Рассел.

— Причём здесь немного?! — продолжала всё звонким голосом, оглушая первые парты, — Вы могли бы не идти в десятый класс! Могли бы поступить в колледж! Где можно опаздывать и не ходить на уроки! Зачем вы выбрали десятый класс?! Вы уже не один раз опаздывайте на мои уроки! Всегда опаздывайте! Ладно садитесь! — она села за учительский стол. Эдд и Рассел присели за свою парту, — Вот знаете дети?! Мне уже надоело! Если не хотите учиться, то я вас не держу! Можете идти! А если вы пришли, то будьте любезны прийти вовремя и не опаздывать! Мне всё кажется, что вы себя так сильно любите?! Что плюёте на все правила и на меня в первую очередь!

«В классе русского и литературы всегда тихо, спокойно, (не считая голоса учителя) ни единого звука и тем более телефонов на столе. Учительница могла накричать, высказать всё в лицо, подойти к ученику, могла запомнить любой «косяк» ученика, вечно припоминать, до конца учебного года. Её боялись даже некоторые учителя, например, если нужно взять кого-то из учеников, то никто не возьмёт с урока русского или литературы. Она молодец! Заняла самое удобное место у власти. Её никогда не упрекнут в чём-то. Ученики боятся её, и она знает пользуясь этим».

Урок, как всегда оставался скучным. Учительница много говорит, очень заумно. У учеников «вянут уши», не хотят слушать. Весь урок, да и все другие предыдущие уроки, ругала всех. За то, что они не знали то, или это. Но как они могли знать или вспомнить всё с подробностями? Ученик десятого класса должен учить 11 предметов, из них 2 на углублённом уровне. И за все 10 классов, думайте, он вспомнит что-то из пятого? Или восьмого? Тем же вопросом задалась Нина, сидящая на второй парте третьего ряда. Она сидела с Майклом.

Не хотела с ним сидеть, но так приняла учительница «Согласно посадочным местам!». «Почему не хотела с ним сидеть? Не знаю. Из-за его внешности? Нет. Он привлекательный: мускулист, тёмные чёрные волосы, ровненький нос, карие тёмные глаза, красивая улыбка. Но что мешало Нине сидеть рядом с ним? Он мог «нечаянно» потрогать Нину. Пошло пошутить над ней. За ними, на третьей парте сидели: Кайла и Дарья. Кайла спокойно смотрела, как её парень пошло шутит или трогает Нину. Она ничего не говорила и не была против, так же посмеивалась над Ниной».

Минуты бесконечного мучения прошли. Нина подошла к Диане, взяла за руку. По дороге в коридор говорила что-то на ухо, глядела испуганно Расселу в глаза. Он, не замечая, пошёл к Эдду, постоянно долго собиравший свои вещи в портфель.

— Давай, реще, — приказывал Рассел, будто от его слов что-то изменится.

— Да эти… книги.

— Рассел! — Позвала Диана, выглядывая из-за двери, махнув головой в коридор. Рассел вышел, не дожидаясь Эдда.

Увидел Нину, стоящую у окна, в большом зале, с высоким потолком. Дверь из кабинета русского и литературы как раз выходила в тот зал. Нина красивая, перед светом. Она задумчиво глядела туда, искала ответы на все вопросы, но нет. Солнце скрылось за густые тучи, пока проходил урок литературы. Стало пасмурно. Такую погоду разглядывала сейчас.

— Так, ну и что же, — промямлил Рассел, делал вид, не зная зачем позвали.

— Я же говорила тебе утром перед школой, — пояснила Диана, глядя на Нину, — вот… она ждёт, что бы ты к ней подошел, — Диана долго присматривалась на Нину, они вместе смотрели на неё, — она красивая, даже очень; она добрая, даже очень, не обижай её, и она не такая, как многие.