Меняя курс (ЛП) - Мартинез Эли - Страница 6

18 апреля 2009 года мой мир рухнул. Мы с друзьями решили пойти на ужин в нашу любимую пиццерию. Там делали самую вкусную пиццу во всем Чикаго и продавали дешевое пиво. Мы ходили туда почти каждую неделю. Нам с Калебом пришлось отъехать по делу, а Сара с Мэнди решили остаться и закончить ужин.

— Надо идти, детка, — говорю я Саре, кивая Калебу, — кажется, они нашли миссис Рейнольдс, она жива и здорова, похоже, развлекалась с мальчиком в бассейне.

— Боже мой, Бретт, разве ей не семьдесят пять лет?

— На самом деле, семьдесят восемь. Мы должны идти, но скоро вернемся. Нужно заполнить рапорт о том, что, на самом деле, она никуда не пропадала. Семь миллионов страниц о том, как бабуля наставляла рога.

Девушки в унисон сказали:

— Ооууу, — а мы с Калебом встали, чтобы уйти.

— Буду ждать тебя дома, дорогой, — я наклонился к Саре, целуя и заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

— Хорошо, будьте осторожны. Люблю тебя, детка.

Мы оба поцеловали девочек в последний раз, не имея понятия о том, что менее, чем через два часа, одна из них будет мертва, а другая потеряна навсегда.

Мы говорили с миссис Рейнольдс, когда сработали наши пейджеры. Я извинился и вышел в другую комнату, а Калеб продолжил разговаривать с ней. Слова на пейджере будут преследовать меня всю оставшуюся жизнь.

«На I-290 рядом с Даймен-авеню произошла авария. Одна жертва мертва, другая серьезно ранена. Серебряная Honda, две молодые женщины. Детективы Джонс и Шарп, немедленно выезжайте на место аварии».

— Калеб!!! — запрыгивая в машину, плачу я.

В надежде на чудо звоню Саре. В отчаянии я жажду услышать ее сонный голос, представляю, как она берет трубку и говорит, что все в порядке. Срабатывает автоответчик, и мое сердце обрывается.

— Боже! Не могу в это поверить, — шепчу я себе. Сделав глубокий вдох, стараюсь взять себя в руки, чтобы двигаться.

Голова кружится. Может быть, девушки просто увлеклись разговором и до сих пор сидят в ресторанчике. Может быть, после ужина решили сходить в кино. Рядом находится бар, может, они решили заглянуть туда. Беру телефон, чтобы позвонить ей еще раз, произнося втайне молитву, чтобы Сара ответила. Один смертельный исход, и одна ранена. Начинаю отъезжать, едва замечая, как Калеб прыгает внутрь.

— Это не они, Бретт.

— Мэнди ответила на звонок?

— Нет, я просто знаю. Это не они.

— Это они. Я чувствую это, — говорю я, глядя вперед.

— Заткнись! Это, черт возьми, не они!

— Серебряная Honda, две девушки, — говорю я с жутким спокойствием в голосе.

— Это, бл*дь, не они! — кричит Калеб, ударяя по приборной панели. Отчаянно схватив телефон, он пытается вызвать патрульных. Но никто не отвечает на его звонки.

Оставшийся путь мы едем в полной тишине. Один смертельный исход, и одна ранена. В нескольких милях от происшествия я замедляюсь, в надежде, что это не они. Калеб сидит, сгорбившись. Глядя на него, но не чувствуя вины, начинаю молиться, чтобы Мэнди была той, что умерла. Приехав на место, вижу машины скорой помощи. Передняя часть автомобиля Сары приплюснута к дереву. Я совсем не уверен, как после такой аварии кто-то мог остаться в живых. Едва останавливаюсь, как Калеб выскакивает из машины и бежит к искаженной куче металла. Отстав от него на пять шагов, вижу черный пакет, накрывающий тело.

— О, Боже, пожалуйста, пусть это будет не она, — повторяю я, пока бегу к месту.

Протискиваясь между полицейскими патрулями и машинами скорой помощи, случайно толкаю копа. Дэйва Янга. Помню его из академии, парень был единственным человеком сильнее меня. Он толкает меня к пустой машине скорой помощи, закрывает дверь и кричит водителю, чтобы тот сел за руль.

— Какого черта ты делаешь? — говорю я, двигаясь к задней двери скорой помощи. Прежде чем машина трогается, я смотрю в окно и вижу, как Калеб падает на колени на обочине дороги.

— Тебе не нужно быть там, Бретт, — говорит Дэйв, — Она, наверное, сейчас в больнице. Врачи сказали, что твоя жена дышала, и ее сердце билось, но они не могли привести ее в сознание. У нее на руках и ногах глубокие порезы, ее выбросило из машины, и она сильно ударилась. Но Дан сказал, что прежде чем ее отправили в больницу, Сара что-то бормотала. Это хороший знак, Бретт.

— Боже, — напряжение начинает стихать, адреналин уходит из моего тела, руки и ноги дрожат, и слезы льются из глаз.

— Мы в нескольких минутах от твоей жены, не позволяй ей увидеть, какая ты на самом деле киска, — пытается шутить он.

Я позволяю себе облегченно рассмеяться и забыть о только что случившемся горе.

Глава 5

Бретт

Скорая подъезжает к приемному покою, и я выскакиваю на ходу с Дэйвом на хвосте.

— Помедленнее, Шарп. Ты ведь знаешь, они не позволят нам увидеть её.

— Мне нужно знать, что происходит, — говорю я, шагая к стойке регистрации и показывая медсестре свой значок.

— Сара Шарп, ее доставили пару минут назад после автомобильной аварии. Где она? — беспокойно рявкаю я, щипая себя за переносицу, пока медсестра печатает что-то на компьютере.

— Сэр, ее еще не определили в палату. Подождите минуту, я узнаю у врача, где она находится.

— Забудьте, — огрызаюсь я, кивая на двери приемного покоя. Она замолкает, не зная, должна ли позволить войти внутрь неуравновешенному человеку. Затем смотрит через мое плечо на Дейва, и тот кивает, чтобы медсестра впустила нас.

Дэйв бросается вперед, останавливая меня.

— Тебе нужно успокоиться! Я знаю, что ты расстроен, но никто не скажет тебе, где она, пока ты так себя ведешь. Ты пугаешь медсестер. Даже если найдешь её, думаешь, что своим сумасшедшим видом поможешь ей? Сделай глубокий вдох, черт возьми!

Знаю, он прав. Но несколько минут назад я думал, что моя жена мертва. Мне просто нужно увидеть её и убедиться, что все в порядке. Делаю глубокий вдох и позволяю Дэйву узнать у врачей и медсестер о местонахождении Сары.

Наконец, врач сообщает нам, что она не спит, и они проводят компьютерную томографию. Он ведет нас в палату и просит подождать здесь. В углу, на стуле, лежит пластиковый пакет с ее вещами. Я залезаю внутрь и достаю её украшения, пытаясь найти то, из-за чего почувствую себя ближе к ней. Мне нужно что-то реальное. Я решаю найти обручальное кольцо, но первое, что достаю — глупую половинку сердца, на которой написано «лучшие». У Аманды есть другая половинка, и если их объединить, то получится «лучшие друзья». Девочки постоянно носили эти дурацкие кулоны. Я бы предпочел сказать, что они носили их со средней школы, но правда в том, что Сара и Мэнди купили их в прошлом году во время отдыха.

— О боже, Аманда, — до меня доходит, что она умерла. Падаю в кресло, и слезы застилают мне глаза. — Это происходит не со мной.

Дэйв прислонился к двери, предоставляя немного уединения, но не оставляя меня.

— А где Калеб? — удается выдавить мне.

— Он с ней. Ее тело привезли несколько минут назад.

— Мне нужно найти его.

— Нет. Ты должен быть здесь, когда Сара вернется. Ты ничем не можешь ему помочь.

Опять же я знаю, что он прав, но при мысли, что сейчас чувствует Калеб, мне становится еще больнее. Усаживаюсь в кресло еще глубже, пытаясь успокоиться и напоминая себе, что Сара жива и здорова. Мне очень повезло в этой ситуации. Какая ирония. Фигово — чувствовать себя счастливым в подобной ситуации.

Час спустя врачи привозят покалеченную женщину, которая едва похожа на мою жену. Я вскакиваю с кресла, и когда наши взгляды встречаются, Сара начинает плакать. Я срываюсь с места, чувствуя непреодолимое желание прикоснуться к ней (хотя по виду моей жены можно сказать, что ей ужасно больно). Так нежно, как только могу, я наклоняюсь над кроватью, приближая её лицо к своей шее.

— Что случилось, Бретт? Никто ничего не говорит мне. Они просто повторяют, что я попала в аварию, но я даже не помню автомобиль. Продолжают пристально смотреть на меня, но я не могу ничем помочь и чувствую, что что-то упускаю.