Пака. Книга сапфировая (СИ) - Шубникова Лариса - Страница 35

— Подумай, amado. Еще раз подумай!

— А что тут думать-то? Переживу. Потом ты будешь сидеть у моей постели, держать за руку и песни орать! Иначе, кошмары замучают! И не дай тебе Бог, Стива, хоть на минуту отлучиться! Проснусь и порешу тебя…сковородкой!

— Эй, понял я. Чего орать-то сразу?

— Это для того, чтобы тебя проняло!

— Уймись, Пачего! Меня проняло, ок? Ну, ты натуральная Виола! — я улыбался своей кошке, и она мне в ответ.

Вот и кто теперь скажет, что она неадекватна? Нет, она психическая, конечно. Еще ни один дан добровольно не согласился на «поглотитель», но именно сейчас, когда была реальная, ощутимая опасность для нас, детка не подкачала.

Алена, я стану дель Торе-Пачего, пробьюсь на самый верх и посватаюсь к тебе. Возможно, к этому времени ты будешь уже старушкой, но я все равно заберу тебя себе.

Мы долго сидели обнявшись, пока она не уснула. Я нес ее в каюту и жалел, что предложил ей «поглотитель».

Потом я ушел в рубку и упал на диван.

Утро наше началось поздно. Пака кормила меня завтраком, а я все время долдонил ей о возможности избежать «поглотителя». То же самое твердил ей за обедом, после обеда, перед ужином, до тех пор, пока она не взбеленилась! Пакита схватила в руки здоровую сковороду и пошла на меня!

— Еще одно слово и я тебя убью! Ты достал меня, майор! Я уже сказала тебе, все, что должна была. Чего ты тут мне бубнишь целый день!!!!! Свали отсюда, ирод! — и покрылась синими искрами!

Алена, это было круто!

Я поднял руки, сдаваясь, и ретировался из салона. Что??! Огрела бы посудой, а у нас Гудали на носу!

В промежутках между едой, Пакита загорала, по моему приказу. Это было необходимо. При изъятии дара, дан бледнеет. Это может быть заметным. Удачно, что мы в теплых краях.

Неудачно, что загорала она на носу яхты, прямо перед рубкой и я залипал на ней постоянно. Чёртова кошка! Озабоченный Стива!

Чтобы хоть как-то отвлечься, я пошел в ее каюту и вынул лежанку из закутка. Это палево, если обнаружат. Свернул матрас и убрал его в шкаф. Потом присыпал пылью из пылесоса, которым пользовалась тиби для уборки, сам закуток. Будет странно, если там ее не окажется. Вдруг, проверяющие не идиоты?

Я все время теперь слушал переговоры по связи. Раньше в том нужды не было. Я просто читал сообщения с береговой линии с последними новостями и прогнозом погоды, а яхта сама передавала сигналы о нашем маршруте. Теперь все иначе. Ближе к вечеру я получил оповещение от пограничной службы Гудали с приказом немедленно прибыть на пункт контроля. Минут через пять, чтобы не вызывать подозрений, ответил, что держим курс к причалу.

Ну, все, началось.

— Алена, мы скоро будем в Гудали. Ты готова? — я стоял на пороге каюты и наблюдал ее возню с линзами.

— Готова, — храбрая девчонка повернулась ко мне и решительно кивнула.

— Через половину часа я начну действовать. У тебя есть еще время, чтобы передумать, — я не сдавался, не желая подвергать ее такой пытке.

— Все будет хорошо, Кочерыжка. Ты же избранный, а это значит, что все будет так, как ты хочешь.

Опс, я совсем забыл об этом, привычно полагаясь только на собственные силы и разум. Ну, мадам Бессонова, давайте! Помогайте своим адским даром!

Пака продолжила.

— Уйди, пожалуйста, мне нужно собраться с мыслями, а ты меня отвлекаешь.

Я ушел в рубку. Достал из своего мешка артефакт, превосходно замаскированный под булавку для галстука. Нужно просто нажать на незаметную кнопку, в тот момент, когда тиби проявит дар.

Долго сидел и смотрел на море. Вот уже и огни города на берегу. Темнело быстро. В южных широтах всегда так.

Ладно. Пора. Яхта шла полным ходом. Встречались попутные суда и встречные. Я не обращал на них внимания. Не до того сейчас.

— Алена… — она сразу же встала с кровати и подошла ко мне.

— Мне полыхнуть?

— Да, если не передумала.

Она заполыхала. И я нажал кнопку. Минута и тиби перестала быть ею. Никакой ауры. Никакого отголоска.

Под загаром не было видно, как она бледна, но я ЧУВСТВОВАЛ ее опустошенность и боль. Поскорее обнял ее и выдохнул.

— Я постараюсь все сделать быстро, amado. Идем.

Взял ее за руку и повел на палубу.

Мы только ткнулись бортом судна в причал, а к нам уже спешили четверо данов и парочка вооруженных солдат.

Ни приветствия, ни лишних разговоров.

— Документы.

Я протянул.

Тиби стояла за моей спиной тихо, опустив глаза и не отсвечивая. На нее внимательно смотрели даны. Все четверо! Смотрели долго.

— С какой целью вы были на территории Шахри?

— Отпуск.

— Вы купили яхту на территории Шахри, зачем?

— Я люблю морские прогулки. И цена оказалась приемлемой.

— С какой целью Вы приобрели Ниту Кучти?

— С одной единственной. Ее необходимо озвучить? — дан понял намек и снова глянул на Паку.

В этот момент я услышал всплеск. Под дно яхты полез погранец.

— Мы, согласно приказа, обязаны произвести обыск на яхте.

— Делайте, что должны. Об одном прошу, поаккуратнее. Это четвертый обыск за неделю, — мой обреченный голос прозвучал естественно и дан понятливо кивнул, — Я могу пока закупить воду и попросить о зарядке аккумуляторов? Не хочу оставаться здесь дольше, чем нужно.

— Имеете полное право. Омар, позови работников.

Пока был обыск, весьма капитальный, но бережный (спасибо неизвестный дан), нам перекинули питьевую воду. Поставили зарядник. Я, заметив, продавца продуктов с тележкой и биркой известного супермаркета, поманил его рукой и заказал все по списку, который еще раньше вручила мне тиби. Продавец рапортнул, что через пятнадцать минут заказ будет доставлен.

Пока я все это исполнял, мысли мои были там…с тиби. Держись, детка. Держись! Сейчас. Все кончится, и я буду всю ночь сидеть возле тебя. Орать песни, держать тебя за руку и вообще…все, что пожелаешь. Могу исполнить ритуальный танец клана пачего. Он смешной, тебе понравится. Ты только держись, любовь моя!

Из каюты слышался треск открываемых панелей. Проверяют на совесть!

Уже привезли продукты, загрузили на яхту, а обыск все длился! Я, не удержавшись, обернулся и посмотрел на кошку. Она стояла ровно. Слегка шатаясь, но это можно было списать на качку.

— Нита, мы скоро отчалим. Потерпи.

У нас в запасе была еще половина часа. Но, это ее предел. Терпи, любимая!

Спустя десять минут, пограничники вышли на палубу.

— Все чисто, — рапорт принял дан и кивнул.

Дан вернул наши документы и сказал.

— Доброго пути.

— Благодарю. Мы можем продолжить путь?

— Можете.

С тем группа пограничников и ушла, а я приобняв кошку, втащил ее в каюту. Там, как ни странно, беспорядка не было.

— Все. Уже все, amado. Ложись. Я скоро. Мне надо вывести яхту в море! Я сейчас!

Бледная моя любовь рухнула на кровать и замерла.

Я остановился…развернулся и бросился обратно к ней. Горите все в аду! И я вместе с вами! Зачем, почему я не отговорил ее? Такая бледная, уставшая, напуганная!

— Пака, солнце мое, прошу, дай мне десять минут! — я грохнулся на коленки рядом с ее постелью и обнял, что есть силы, — Сейчас выйдем через «коридор» в море, и я вернусь. Ты дождись меня, слышишь? Ты слышишь?!

Она приоткрыла глаза.

— Стива, я дождусь. Делай, что нужно. Ты только пой громче. Меня «уносит». Боюсь. Голос твой держит. Когда вернешься, обними, — она пыталась меня оттолкнуть!

Клянусь всем на свете, я никогда еще не чувствовал такой вины за дурость свою…

Я запел. Я бы сделал, что угодно, лишь бы ей стало легче!

Побежал в штурвальную под песню «Все идет по плану», пока заводил мотор, пока совершал маневр, начал другую, «Хали-гали». Пока лавировал в «коридоре», между пограничных катеров, орал «Районы, кварталы». Когда вышли в море, вопил «А я милого узнаю по походке». Включая автопилот и устанавливая «ловца», голосил «Звездочка моя, ясная»…допевал уже в каюте Паки, куда ворвался (растеряв тапки!!) словно тайфун, чудом не снеся стену.